Больше не люблю тебя, жена (СИ)

Мне хочется повернуться и посмотреть, что она там увидела. Я смотрю ей в глаза и вижу там животный страх. Рука, которой она сжимает ремешок сумки, дрожит.
— Клянусь тебе… Между нами ничего не было. Хотя я так давно этого хотела... И да, я вляпалась в говно, связавшись с Денисом и тем ублюдком, на которого он работает. Очень пожалела. Сейчас пришла попросить у тебя прощения. Потом скоро уеду отсюда как можно дальше, иначе меня убьют. Прости, хорошо? И верь ему. Он тебя защитит. — Последние предложения она говорит настолько тихо, что я едва могу расслышать.
Моя машина останавливается в пяти метрах от нас. Оля выходит и идёт к нам. Она обнимает меня, а я, воспользовались случаем, смотрю в ту сторону, где эта Аля что-то увидела. Мужчина стоит у черного внедорожника наблюдает за нами. Притворившись, что не увидела его, улыбаюсь подруге.
— А это кто? — Олька выгибает бровь.
— Подумай хорошенько, ладно? Не руби сгоряча, себе же хуже сделаешь. Он тебя любит и при любом раскладе не оставит. Пойдет за тобой даже в ад.
Альбина тычет пальцем мне в грудь и я вижу, как дрожит ее рука. Она притворяется, и это все какой-то спектакль. Но она точно чего-то боится.
— Ты же умная женщина, — цедит Альбина сквозь зубы, а потом толкает меня и быстро уходит.
— Эй! — Оля уже подаётся вперёд, хочет догнать, я ловлю ее за локоть.
— Пусть катится, — говорю нарочито громко. — Пойдем.
Уже дома рассказываю подруге обо всем. И о разговоре с Мишей, и о том, что сказала эта дрянь, которую я на дух не переношу.
Нет, после ее слов легче не стало. После сегодняшнего разговора с Мишей я и так уверилась, что между ними ничего не было. Он говорил искренне, и да, я ему поверила. Но он все равно к ней ходил. А когда вернулся, от него пахло ее духами. И вот это больно. Вот это я простить не смогу. Он унизил меня словами и разбил мне сердце. Он… он…
О, боже, он столько всего сделал…
— И что собираешься сделать?
— Без понятия вообще.
— Думаешь дать ему второй шанс? Было бы неплохо. Я верну тебе твою машину, — смеётся Оля. — Кстати, квартиру должны были снять…
Выдыхаю. Сама не понимаю, чего хочу. Уехать? Это необходимо. Я боюсь оставаться здесь. Не думаю, что кто-то поедет со мной в какую-то глушь, лишь бы навредить мне и так отомстить Михаилу. Обо мне даже думать не будут.
Но и Мишу здесь страшно оставлять. Что бы между нами ни произошло… Я боюсь за него. Боюсь за его жизнь.
— Пусть снимают, — решительно заявляю я. — Приготовишь что-нибудь? Я душ схожу. Остыть надо и подумать. А вода всегда помогает.
— Конечно. Мясо пожарить?
— Я не против. Спасибо. — Встав, целую Ольку в щеку и иду в ванную, на ходу расстегивая пуговицы блузки.
До вечера время почти не движется, хотя мы с Олей долго разговариваем обо всем на свете. Моя решимость рушится как карточный домик, соображать адекватно становится трудно. Глянув на настенные часы, понимаю, что Рома так и не заглянул. Интересно даже: может, что-то изменилось? Он точно не забыл бы ко мне заглянуть, я же сама добро дала.
— Останься у меня, пожалуйста.
— Да с удовольствием. Я и так не думала сегодня тебя одну оставить. Пойдем спать?
— Угу.
Сплю я мало, постоянно вижу тревожные сны. То как я бегу по пустой дороге в темноте, слыша за спиной чьи-то шаги и приказ остановиться, то падаю в яму, где полно змей… Просыпаюсь несколько раз, вся в поту. А потом некоторое время кручусь на постели, уснуть получается с трудом.
  
Не могу открыть глаза, когда слышу звук будильника. Нащупываю телефон, нахожу его на тумбочке и отключаю. Некуда мне спешить. Работы больше нет. А потом чувствую запах омлета и, потерев лицо, пытаюсь встать. Пахнет вкусно, аж слюнки текут. Босыми ногами шлепаю по прохладному полу и застаю Олю в гостиной.
— Доброе утро.
— Доброе, соня. Вообще-то, уже обед, — смеётся она. — Я тут решила несколько фотографий сделать и знакомому отправить. Сама ведь вчера попросила.
— Угу. Снимай.
— Умойся и иди кушать.
— Пять минут.
Едва проглатываю пару кусочков омлета, к горлу подкатывает тошнота, и я бегу в ванную. Чувствую себя отвратительно.
— Тебе звонят, Саш, — Оля ставит на стол два телефона. Мой и тот кнопочный, который Миша мне дал. — Легче стало? Или опять тошнит?
— Лучше.
— Таня… Примешь?
— ПФ, — качаю головой. — Нам сегодня на вечеринку ехать. У директора юбилей, отмечает в ресторане. Нас тоже пригласили. Туда поедем.
— Отлично. Отвлечешься. Ты только ключи от квартиры оставь. Мне тот знакомый сказал, что хочет приехать и посмотреть.
— Ради бога… — Я принимаю звонок. — Да, Тань.
— Привет, роднуль. Ты собираешься?
— Третий час…
— Ну так пробки! Пока ты себя в порядок наведешь, пока доедешь…
— Ладно-ладно. Я поняла. Скажу тебе, когда из дома выйду. — Отключившись, кладу телефон на стол. — Боже, мне из дома выходить не хочется. Можно я посплю?
— Нет, Сашуль, иначе с ума сойдешь. Тебе отвлечься надо. Так что вставай. Готовиться будем.
Уже через сорок минут я кручусь перед зеркалом. Бордовое платье, которое я когда-то покупала на день рождения мамы. Мы ехали в отцовский загородный дом, папа кучу гостей тогда пригласил. Помню, как мы с Мишей подарок выбирали… А теперь я те дни вспоминаю с горечью.
Распущенные волосы, минимум макияжа. Клатч и туфли…
— Ты прекрасна. Понятно же, почему Загорский не может тебя отпустить.
— Уже отпустил, Оль. И опустил ниже плинтуса… Дальше некуда.
— Не начинай. Надеюсь, ты всё-таки дашь ему шанс.
— Мне пора, — игнорирую слова подруги.
Вызываю такси. Да, Таня была права, когда говорила о пробках. Я действительно на пару часов застреваю в дороге, но все же удается добраться вовремя .
В ресторан захожу одна. Поднимаюсь на нужный этаж и, оказавшись в просторном помещении, ищу глазами подругу. Звонить ей не стала, она по-любому тут и подойдёт, как только увидит меня.
Однако вместо нее вижу другую приближающуюся фигуру и невольно морщусь.
— Сашуля… Я думал, ты не приедешь. — Денис оглядывает меня с ног до головы.
— Почему это? Я тоже в списке приглашенных.