Больше не люблю тебя, жена (СИ)

Егора я не перевариваю. То скользкий, то слишком прямой резкий. Его прямота и вспыльчивость мне нравятся, потому что бояться нужно молчаливых — именно они за спиной они творят дичь. Но этот парень все время разный — всегда надо быть настороже.
Шурин смотрит на меня странно. Избегает прямого взгляда. Вопросительно выгибаю бровь, глядя на него. Мне совершенно не нравится его поведение.
— Тормоза не сработали. Слава богу, что это произошло не на трассе, а на тихой улице. Чтобы не сбить ребенка, пришлось врезаться в забор чужого дома.
— Пап, главное, что с тобой все хорошо и пострадавших нет. А что с тормозами — версии есть? Полицейские не разобрались еще?
— Не знаю, дочь. Но одно ясно точно: кто-то был в нашем дворе. Возможно, и с машиной что-то сделали.
Егор трет лицо ладонью, глаза у него бегают. Склонив голову набок, смотрю на него в упор и жду, когда наши взгляды встретятся.
— Есть предположения, кто это может быть, пап? Может, на работе что-то произошло… Может, конкуренты…
— Дела в офисе не так чтобы хорошо, дочка. Но я ни с кем не спорю и стараюсь не лезть в конфликты. Поэтому даже не знаю…
Тесть лежит и смотрит на Сашу. Теща сидит на диване, наблюдая за мужем и дочерью. Егор стоит и окна, то и дело пялясь на экран телефона.
Жена расспрашивает отца, и я понимаю, почему: надеется получить конкретный ответ. Хочет увериться, что я тут ни при чем.
— Выйдем, — говорю одними губами, встретившись взглядом с шурином. Он выдыхает, но из палаты выходит. Иду следом. Доходим до коридора и сворачиваем за угол — к лестнице.
— Выкладывай.
— Что?
— Все, что знаешь! — рявкаю я. — И не нужно отрицать. Я все равно все выясню. Не нужно испытывать мои нервы на прочность.
— Это Денис, — выдыхает Егор. — Я с ним вчера поспорил. Он обещал расплатиться. Короче, так просто они с Мезенцевым не отстанут.
— Ты зачем тигра за усы тянешь? — чеканю зло, надвигаясь на Егора. — Какого хрена лезешь не в свое дело? Кто тебя просил?
— Я с ним поговорить хотел! А он начал выделываться. Пришлось врезать. Он, конечно, не ответил, зато противно усмехнулся. Вон, сообщение отправил, мол, знай свое место. Миха, нужно их как-то за глотку взять.
— Твоя смелость меня поражает! — Я едва сдерживаю рык. — Заткнись и не лезь, понял? Я не хочу из-за твоих выходок лишиться жены! Правильно говорит тебе Денис: знай свое место!
— Я хотел как лучше, — набычивается шурин.
— Получилось?
Из-за угла раздается трель телефонного звонка. Я узнаю Сашкин мобильник.
— Почему подслушиваешь? — спрашиваю, едва она появляется.
— Да, Оль. Взяла? Хорошо. Жди, скоро буду. — Игнорируя мой вопрос, жена говорит с подругой.
Спрятав телефон в сумку, Саша складывает руки на груди. Смотрит убивающим взглядом на брата, а потом переводит его на меня.
— Мой брат как всегда в своем репертуаре. А ты… — цедит сквозь зубы. — Какого черта врешь? Говоришь, что все из-за тебя, хотя это вовсе не так!
— Я сказал, что нужно разобраться.
Подгадав момент, пока мы с женой заняты друг другом, Егор ловко обходит нас и сваливает.
— Ты теперь будешь постоянно врать мне, Миша?
  
— Я тебе не врал.
— Да? — зло усмехается Сашка. — То говоришь, что изменял. То отрицаешь…
— Я не говорил, что изменял.
Я делаю шаг к жене. Между нами какие-то сантиметры.
— Ты сказал, что едешь к… Альбине.
Будь я проклят, когда это говорил.
— Я тебе не изменял, Саш…
— Врешь!
Выдыхаю и прикрываю глаза. А открыв их, ловлю пристальный взгляд жены. Она разглядывает мое лицо, сжав губы в тонкую линию.
— Саш, поехали домой? Сядем, поговорим… Я расскажу тебе все как было. Обещаю.
— Миш… Я и без разговоров все поняла, — говорит она дрожащим голосом. — Ты меня больше не любишь. Какой смысл тянуть кота за хвост? Нам просто нужно развестись. Ты начнёшь новую жизнь… с другой. Ну, тебе же есть с кем… Альбина в помощь. А я — с другим…
Под ребра будто острый нож вталкивают. Хватаю воздух, чтобы не задохнуться.
— Никакого другого, Саша, ты поняла меня?
— Это жизнь. Не тебе решать, с кем мне встречаться после развода. И да, сегодня свяжусь с папиным адвокатом, чтобы он подготовил документы о расторжении брака. Пожалуйста, не нужно препятствовать. Ты меня больше не любишь, я тебя, кажется, тоже. На этом все.
Жена отворачивается, чтобы уйти, но я ловлю ее за руку и тяну на себя. Вжимаю в свое тело и впиваюсь в ее полные губы поцелуем. Она хнычет, упирается ладонями в мою грудь, отталкивает, но бесполезно. Я атакую ее рот, вталкивая в рот язык. Саша сдается и я, воспользовавшись ее слабостью, углубляю поцелуй.
Пи#дец, как ее хочу.
Сашка отстраняется тяжело дыша, глаза сверкают как звезды в ночном небе. Она кусает нижнюю губу и сглатывает.
— Саш…
— Пусть это будет последним поцелуем, Миша, — наконец хрипло произносит жена. — Скоро мы разведемся. Не хочу, чтобы нас что-либо связывало. И тебя… больше не хочу.
Врёт как дышит. Уверен. Это мне ответка за те слова, что я ей в ту проклятую ночь сказал. Возможно, это правильно. Нужно скорее разобраться в ситуации. Если все действительно так плохо, как мне кажется, то… пожалуй, нужно будет развестись, хотя мне совершенно этого не хочется.
— Не звони мне больше, — бросает Сашка напоследок. — Со своими проблемами я сама разберусь. До тебя со всем справлялась сама. И без тебя тоже справлюсь, — буквально плюет в лицо словами.
Разворачивается и уходит.
  
Глава 12
 
Александра 
От ощущения его губ на моих меня захлестывает ностальгия. Воспоминания о наших счастливых моментах, смехе и бесконечных разговорах снова оживают в памяти. Мы так мечтали о будущем, безгранично веря друг в друга…
Однако мысли о предательстве, о том, как он обманул меня, убил мои чувства и разрушил наши планы, разрывают раненое сердце, которое колотится, словно пытаясь выбраться из груди.
Хочется быть сильной, но тяжесть от осознания его измены ледяной волной сбивает с ног. Разочарование и ненависть смешиваются с любовью. Я вроде как люблю его, но в то же время ненавижу за то, что он сделал. Это противоречие — как яд.
Радость от близости любимого человека и его поцелуя, но в то же время злоба и горечь, которые не отпускают ни на минуту.