Цветочный город (СИ)

Анька приволокла меня в свою фирму, которая после чопорной металлургической компании производила впечатление бесконечно крутящейся карусели. Знаменитый на весь город холдинг «Праздники жизни» устраивал разнообразные мероприятия, начиная от общегородских масштабных гуляний и заканчивая корпоративами и детскими днями рождения. У фирмы имелся договор с местным ТЮЗом, который снабжал компанию штатом профессиональных актеров. Кроме того, в холдинг входили сеть цветочных магазинов и отделы изысканных подарков во всех крупных торговых центрах города. Общительная Анна держала связь с несколькими танцевальными студиями, японским и австрийским культурными центрами и клубом любителей Индии. Это помогало ей регулярно подбрасывать новые идеи и организовывать тематические вечеринки вместо обычных пьянок с банальными конкурсами.
  
Я и не заметил, как втянулся в интересную работу. Первые три месяца прошли, словно в эйфории. Каждый день в офисе что-нибудь случалось: то полдня толпились три поросенка и серый волк, в гриме и костюмах, которые по какому-то странному графику путешествовали с одного праздника на другой, между представлениями появляясь у нас для перекусов и кофе. То вдруг восточные красавицы завалились под вечер, волнуясь перед вечеринкой в большой фирме. По поводу отдельных неадекватных людей я уже не заморачивался. Нормальные особи в организации праздников не участвовали. Все аниматоры были людьми пугающе позитивными и немножко странными.
Наш отдел состоял из аниного одногруппника Евгения Круглова и примкнувшего меня, работающих с немцами и голландцами, красотки Юленьки, которая даже по-русски говорила с легким французским акцентом, кореянки Полины Ми – она напрямую общалась с китайцами. Два странных чувака - Дик и Боб - всегда торчали за приставками и болтали на каком-то своем сленге. Их держали на экстренный случай, когда был срочно нужен очень хороший английский или адекватный американский, а в обычной жизни парни выполняли работу сисадминов. Начальницей сидела Тамара Ивановна, дама под пятьдесят, двадцать лет проработавшая завучем языковой спецшколы, еще красивая, черноволосая и синеглазая, похожая на породистую испанку и в совершенстве владеющая испанским и итальянским. «Царица Тамара» создала в нашем веселом отделе и у соседних менеджеров железную дисциплину. На нового сотрудника народ пялился ровно полдня, а я понял, что удачно попал в индустрию праздника, клоунов там хватало и без меня.
Анна, неузнаваемая в строгих брючных костюмах, с гладкой косой или классическим узлом, сначала меня искренне пугала. Начальником она была суровым. К счастью, наш отдел ей непосредственно не подчинялся. Спустя неделю после трудоустройства, я столкнулся в коридоре с Анькой и смутно знакомым парнем. В Андрее Денисовиче, начальнике отдела закупок, я едва опознал тусующего в московском клубе викинга с преданным взглядом. На работе он казался уверенным и цивилизованным, длинные волосы были завязаны в аккуратный русый хвост, выглядевший даже по-пижонски на фоне безукоризненного серого костюма.
Хотя Анька и изображала деловую леди, но осталась той же оторвой и экспериментатором. Она осуществила мечту юности и покрыла тонкие руки от запястий до локтя причудливой вязью татуировок. Выглядело это круто, но шокирующе. Впрочем, Анька считала, что татухи сразу отпугивали от нее неподходящих парней. Насмотревшись на незакомлексованную Аню, я смог воплотить в жизнь и свою давнюю мечту.
За полгода я выехал заграницу лишь два раза, на контрасте с ежемесячными командировками в Москве. Зато какие это были поездки! В Баварию мы отправились в начале октября, на праздник пива, на встречу с поставщиками этого самого пива для организации аналогичного мероприятия в нашем городе. Два дня мотались по Мюнхену и Нюрнбергу, пьяные не столько от чрезвычайного употребления пенного, сколько от атмосферы нереального веселья, кружившего голову вместе с золотистой листвой осенней Германии.
А потом была предрождественская Австрия. Сказочная. Нереально волшебная. До слез, до пронзительных мурашек по спине. С менеджером по закупкам мы три дня договаривались на поставку новогодних деревянных и стеклянных игрушек по небольшим семейным фирмам. Менеджер, юная сероглазая брюнетка, моментально прониклась прелестью окружающей среды. В последний день командировки, разогретые глинтвейном, мы передвигались в ритме вальса от площади к площади, от одного маркта под открытым морозным небом к другому, впитывая в себя необыкновенные запахи жареных каштанов, красного вина с корицей, выпечки, шоколада. Мы словно попали в рождественскую открытку. Нереальность происходящего продолжилась жаркой ночью в маленьком отеле, словно эпилогом чудесной сказки.
А после новогодних праздников, случайно, в автобусе, я встретил Маринку, ту девушку из университета, с которой имел непродолжительный и неискренний роман. Она мало изменилась за это время, я сразу узнал ее лицо и не смог скрыть радостной улыбки. Маринка сначала косилась на меня, делая вид, что совсем не при чем, но потом вдруг присмотрелась повнимательней и пересела поближе.
Марина оказалась кладезью бытовых историй. Пассажиры полупустого автобуса наверняка утомились, выслушивая кто с кем из нашего универа сошелся и разошелся в течение прошедших трех лет. Попутно она ругала какого-то чувака за брошенную жену с маленьким ребенком, постоянно возвращаясь к незнакомой паре после каждого рассказанного сюжета, как к припеву надоедливой песни. Видимо, ссора неслучившейся семьи была ей как заноза в сердце.
Я уже посматривал в окно на заснеженный город, выбирая остановку, на которой можно было бы пересесть на другой маршрут, когда последняя фраза Маринки заставила меня окаменеть.
- А я еще в универе говорила Ирке-дуре – «На фига тебе этот Привозов, он же эгоист, только о себе думает!» Так нет, вцепилась в него, как пиявка. «Ах, красавец!» Ну хорошо, хоть ребенок на него похож, уже сейчас глаза чернющие…
- Какой Привозов? - вклинился я в ее речевой поток, внезапно ощущая, как сердце ухнуло и заколотилось часто-часто.
Маринка посмотрела на меня, как на дауна.
- Как какой? А ты еще какого-то знаешь? Помнишь подругу мою, Ирку? Она с Илюхой с французского крутила. Вот, докрутилась!
- А давай-ка мы с тобой выйдем и по центру погуляем? - я посмотрел в окно. На город, вместе с сумерками, наступала метель. - Или в кафешке посидим, поболтаем?
Маринка весело блеснула глазами. Автобус как раз остановился на главной площади города.
Мы сидели в кофейне на центральной пешеходной улице и пили сладкий ванильный кофе. Маринка поглощала вторую порцию фирменного штруделя и с чувством рассказывала семейные перипетии университетской подруги по второму кругу. Только теперь я уже внимательно слушал.
Ирка и Илья поженились через год после окончания универа. Еще год все было прекрасно, а потом понемногу идиллия преобразилась в будни и начала подтачивать фундамент счастья. Илья работал на военном производстве, чтобы получить бронь от армии. Впрочем, этот факт его биографии был мне знаком и раньше. Ирка устроилась в школу педагогом, попутно занимаясь репетиторством. Не думаю, что работа радовала обоих. Если Илюха еще регулярно имел языковую практику и выезжал во Францию на авиавыставки и промышленные командировки, то Ирке в школе было совсем не кайфово. Денег мало, нагрузки много, к тому же, если не говорить на иностранном языке с носителями, то навыки быстро теряются. Потом Ирка забеременела и, по словам Марины, надеялась на резкое улучшение отношений. Но с беременностью все стало только сложнее. Плохое самочувствие и настроение, резкое недовольство собой, переживания за ребенка… Короче, когда сын появился на свет, у родителей уже не осталось сил ковать счастье. А ребенок, как известно, это еще одно сильное испытание на прочность. К уже существующим проблемам добавилась финансовая. Кроме того, Ирка подозревала, что пока она, уставшая и злая, сидит дома с постоянно орущим младенцем, Илюха шатается по бабам и тратит на них какие-то левые деньги. Обычная грустная история. Развелись они пару месяцев назад, когда сыну еще не исполнилось и полугода. Я догадывался, что половину причин выдумали сами подруги, но сверкающей глазами Маринке об этом говорить не стал. У меня и так голова шла кругом от обилия информации. Теперь девушка материла Илюху за то, что тот не спешил мириться с бывшей женой и все никак не мог уйти с оборонного предприятия, договор с которым уже истек. Платили там копейки, а подрастающему сыну нужны были одежка и памперсы. У Илюхи, видимо, наступила черная полоса. Маринка точно знала, что парень рассылал резюме по всем сайтам, пытаясь найти работу по специальности, с переводами и работой заграницей, но в нашем городе, относительно недавно открытом для иностранного капитала, все хорошие места оказались заняты.