Наследник от Тирана (СИ)

– Мы? Ты хотел сказать «мы»? – говорю елейным тоном, ловя эйфорию. Давно её не чувствовала, уже позабыла…
– Нет, ты остаёшься дома, – говорит грубо. Не поняла… Мои глаза распахиваются, взмахиваю ресницами и уже сжимаю его майку пальцами, желая ударить его и как можно сильнее.
– В смысле?
Самир вздыхает, прикрывает глаза и наклоняется вперёд. Дотрагивается до моих губ. Оставляет лёгкий, дразнящий поцелуй, от которого я млею за какую-то секунду.
– Давай так. Ты беременна, и мне не хочется, чтобы ты сейчас летала. Хорошо? Я свихнусь, если с тобой что-то случится. Тем более, кто будет присматривать за Димой?
Я бью себя по лбу. Как можно забыть о беременности и мальчике?
– Точно, – прихожу в себя. Новость о том, что я скоро увижусь со своей малышкой, выбила все мозги. – Хорошо, да, ты прав. Мы останемся тут. Ты прямо сейчас хочешь улететь? Может, поспишь? Ты, наверняка, устал.
Хотя мне не терпится увидеть мою булку! Мы общались только по телефону, но… Щёк её через телефон не потрогаешь.
– Ты такая заботливая, – довольно шепчет. – Посплю в самолёте. Я уже позвонил Николь, она собирает вещи Камиллы.
Я не выдерживаю, обнимаю его изо всех сил, что у меня есть. Кто-то из тройняшек, соприкоснувшись с отцом, бьёт его ножкой. А я, не совладав с эмоциями, быстро выпаливаю:
– Люблю тебя!
Как же я рада!
Снова увижу свою малышку! Потискаю её за щёчки. Интересно, как там моя булочка? Она наверняка переживала, мамы долго нет рядом. А скоро мы увидимся!
Прижимаюсь щекой к его груди, чувствую на волосах его ладонь. Поглаживает, успокаивает по ним. И так радостно становится, умереть готова.
– И я.
Ничего не понимаю, не слышу. Стою посреди комнаты, чувствую тепло его тела и нарадоваться не могу.
Но улавливаю отдалённо звуки телевизора.
– Сегодня ночью был пойман сбежавший преступник Тимур Багров.
Я резко отрываюсь от мужчины.
Значит, это правда. Самир всё решил?
– Не слушай, – вдруг говорит несносный Хаджиев. Пытается закрыть мои уши ладонями, но я делаю шаг назад. Чего это он? – Мила-а-а-ана.
От своего имени не слышу какие-то важные слова.
– Полчаса назад произошла авария, в которой Тимур Багров сконч…
Ладони уши накрывают. И слышу только шум.
Я психую, пытаюсь их убрать.
– Отпусти!
Не сразу, но слушается.
– А теперь перейдём к следующим новостям.
Чёрт! Я всё прослушала!
Оборачиваюсь к Хаджиеву и без стеснения выпаливаю:
– Что это значит? Я не поняла? Он...
Догадываюсь. Хаджиев явно не собирается отвечать на мой вопрос, раз уже отдаляется от меня, поднимаясь на второй этаж.
– Я в душ! Пока порежь арбуз. Я столько часов ходил с ним, что захотел его сам.
В обиде поджимаю губы. Снова вспоминаю, что он не позвонил мне. Но он ведь был занят… Делаю вид, что ничего не поняла.
Улыбка на губах появляется.
Почти что всё закончилось…
  
Глава 29
 
– Нашёл её? – спрашиваю у Кирилла, смотря в планшет. Меня сейчас интересуют два человека. Моя бывшая жена и мой ребёнок. Хоть я и сказал Милане, что полечу за Камиллой, по пути меня ожидает одна остановка.
– Да. Она убежала в Крым.
М-м, Чёрное море. Хорошее место она выбрала.
– Тогда заскочим по пути, – усмехаюсь и падаю в кресло. Откладываю планшет в сторону и потираю устало переносицу. Не спал почти двое суток. Нормально не питаюсь. Ещё и силы все высосала эта бестия, которая вдруг решила рассказать мне перед отъездом, как обращаться с ребёнком в самолёте. Я всё прослушал. Спать хочу ужасно. Поэтому и откидываюсь на спинку кресла. И засыпаю, пока не приходит стюардесса, трогая меня за плечо.
– Мы прилетели.
Я киваю. С трудом разлепляю глаза, встаю и иду на выход из самолёта. Там меня ждёт авто, которое повезёт в одну из захудалых гостиниц на окраине города. Не в стиле Войтовой. Я брезгую, когда касаюсь двери. Поднимаюсь в один из номеров.
Она серьёзно думала, что я оставлю это так просто?
Нахожу нужную цифру, открываю дверь и захожу в комнату. Один. Это будет откровенный и щепетильный разговор. Пусть о нём никто не знает.
 
Девушка, сидящая на кровати, резко роняет телефон из рук и поднимает голову. Сначала хочет возразить, почему я зашёл без стука, но потом осознаёт, кто перед ней.
– С-самир? – голос дрожать начинает. Удовольствие медленно растекается по всему телу. Не от её страха, а от того, что скоро всё закончится. Мы купим дом вдали от всех. Я защищу своих девочек и тройняшек. Никто. Больше никто не посмеет сделать моей семье больно. – Ты что здесь делаешь?
– Как что? – не сдерживаю усмешки. – Моя жена сбежала, оставив своего ребёнка. Что скажут окружающие?
Я молчу о том, что жена давно уже бывшая. Когда ещё был в Испании, в последнюю неделю развёлся. Осталось только бумажку о расторжении брака из ЗАГСа забрать.
– А тебе ли не плевать? – вяло отзывается. – Оставил меня одну. Что мне оставалось делать? Только уходить.
– Бросив собственного сына?
– Балласт. На него надо слишком много денег.
Ладони в кулаки превращаются.
Ты не бьёшь женщин, Самир!
– Возможно, если бы не твоя тряпка, всё было бы нормально. Мы бы спокойно жили вместе, а Дима…
Тряпка? Тряпка?!
Я делаю несколько стремительных шагов. Подлетаю к ней, но не трогаю. Не хочу даже дотрагиваться, пачкать руки об такую, как она. Стерва. Просто дрянь.
– Заткнись, – приказываю её и вижу, как она сжимается, пряча голову в плечи. Правильно, бойся. Я могу превратить твою жизнь в ад. – И даже не думай о Милане. Не смей говорить о ней. Не марай своим ртом её образ.
Пухлые губы превращаются в тонкую полоску.
– Так любишь её? Ты любить не умеешь, Хаджиев.
Я тоже так думал. Раньше.
– Иди к чёрту, – выпаливаю. – Тебя это не должно волновать. В отличие от твоей жизни.
– Ты пришёл меня… – округляет от ужаса глаза.
– Нет, – говорю честно. – Предупредить. Что если ты появишься в округе нашего города, отправишься сама знаешь куда. Сына я тебе не отдам. Такая, как ты, просто его не заслуживает.
Бросить ребёнка. Годовалого, мать его, ребёнка. Он не мой, но даже у меня сердце сжимается от такой мысли.
– Забирай, – выплёвывает. – Пусть твоя новая курица за ним смотрит. Знаешь, в какой-то степени я даже рада, что она выжила тогда, а не сдохла с твоим ребёнком. Теперь я могу скинуть с себя свой балласт.
Каждое её слово ударом молотка о колокол в ушах раздаётся.
Шумно выдыхаю, стараясь не зарычать.  
– Что. Ты. Сказала? – чеканю каждое слово со злостью. – Это ты сделала? Отравила Милану и пыталась убить моих детей?
***
– Ты чего злой такой? – Николь аккуратно шагает рядом, пока мы идём в дом, где меня ждёт моя дочь.
– Ничего, – гаркаю.
С Войтовой разобрался, а никакого удовольствия после этого не почувствовал. Но не сдержался. Просто не мог. Узнал, что это она повинна в тех адских часах, когда я думал, что свихнусь. Но теперь всё в порядке.
Особенно когда захожу в комнату, вижу Ирене. На руках у неё моя малышка. Сидит, смотрит по сторонам и издаёт странные, но такие любимые звуки.
– Детка, смотри кто приехал, папа, – Ирене поворачивает девочку ко мне. Сердце сжимается. Да когда я таким сентиментальным, чёрт, стал? Готов расплыться в улыбке, выхватить девочку из рук и крепко обнять.
Что и делаю.
Малышка пугается моих действий. Корчит рожицу.
А я вспоминаю, что говорила мне Милана.
Плачет – целуй!
Дотрагиваюсь губами до её щёчки. Короткий всхлип прекращается так же быстро, как и начинался.
А потом маленькие ладошки хватают меня за щёки.
– О-э-а-э-а-э, – начинает вопить и прыгать у меня на руках. Дьявол! Я готов пойти на всё, лишь бы видеть эти эмоции. Эти пухлые щёки, подпрыгивающие в такт её движений. Эти маленькие зубки, торчащие за губами. Сколько же я проспал… Недавно вот не было! – Па!