Наследник от Тирана (СИ)

Помню, как она говорила: «Па».
До сих пор сердце от этих слов горит.
– Самир, тут такое дело… – слышится за спиной. А я не останавливаюсь. Дохожу до кроватки, смотрю вниз.
Ребёнок.
Улыбка с лица пропадает.
Не мой.
– Камилла ещё в Испании.
– Кто это? – цежу сквозь зубы, смотря на непонятного ребёнка. Лицо знакомое. Но не пойму. Это же пацан? Пацан.
Какого? Где Камилла? Что здесь происходит?
– Это… Ребёнок Войтовой.
– Что ты сказала? – повторяю ещё раз.
– Это ребёнок твоей жены. Бывшей, – вдруг выпаливает. Да так уверенно, смело. – А теперь сядь и отдохни. Тебе наверняка нельзя много двигаться. Это раз.
Она подходит ко мне, давит на плечо, сажая на диван рядом. Такая маленькая, хрупкая, но заставляет сесть, пока мои ладони быстро сжимаются, превращаясь в кулаки.
– Не смотри на меня зверем. Это два. Ты не в курсе произошедшего, поэтому не можешь меня судить.
Она права.
Но нет. Я не понимаю. Пока Камилла в Испании, она здесь, с ним?...
Милана уходит и через несколько минут возвращается с водой. Суёт мне.
– Охладись.
Выхватываю бутылку из рук, залпом выпиваю. Капец полный. Что за дичь происходит вокруг?
– А теперь слушай и не перебивай, – говорит спокойно. Эй, откуда всё это взялось? Милана за это время словно… Повзрослела. Взгляд другой стал. Глубокий, осмысленный.
– Камилла до сих пор с Николь. Я подумала, что сейчас опасно привозить её сюда, – слышится печаль и тоска в её голосе. Чёрт, это из-за меня она три месяца с дочерью не виделась.
Но она полностью права. Хоть и Филиппа, сливающего информацию, поймали, рисковать не стоит.
– После выписки из больницы Саид отвёз меня сюда, в безопасное место. А через несколько дней привёз Диму.
Она смотрит на кроватку тоскующим взглядом.
Да чёрт!
– Сказал, что охрана нашла на пороге твоего дома. Они не знали, что делать, поскольку тебя там не было, и приказ отдать было некому… Поэтому Саид привёз его сюда. Спросил, куда его деть. В детский дом, полицию или…
Она опускает взгляд вниз, на свои пальцы, сжимающие ткань платья.
– Я не могла его бросить, как родная мать, поджавшая хвост, – говорит со злостью. – И хоть ты не одобряешь моего решения, меня бы потом мучила совесть. Он наверняка напуган, особенно после того, как Войтова пропала. Дети очень чувствительны в таком возрасте.
Саид сказал про Войтову.
Но этот придурок ни разу не упомянул об этом! О детях! О тройне живой! Да я извёлся по пути! А сейчас он даже в дом не заходит! А как же ему втащить хочется!
– Ладно, – беру её за тёплую ладонь. Нежная кожа успокаивает. Я параллельно отношусь к этому ребёнку. Он не виноват в том, что его родители такие. Что мой брат – больной придурок. А его мать… Просто жесть. Слов нет.  – Ты поступила правильно.
Тяну её на себя и обнимаю. Поддерживаю. Неважно, что она сделала. Бывает. Вообще плевать. Главное, что моя дочь в безопасности, как и родные, а остальное всё неважно.
– Спасибо, что понял, – зарывается носом в рубашку. – Мне тебя так не хватало. Хоть кого-то рядом. Я так соскучилась по нашей малышке…
Я тоже. Адски по ним соскучился.
– Ничего, – глажу её по волосам. – Мы всё решим. Заберём её, как только со всем разберёмся. Обещаю, долго ждать не придётся.
Неожиданно хлопает входная дверь.
– Всё, переговорили? – мои зубы скрипят от одного голоса Саида. Метаю в него злой взгляд, оборачиваясь. Сразу понимает моё осуждение.  – Ты хотел, чтобы я тебе это рассказал?
Недоумевает, показывая на себя пальцем. Нет, не хотел бы. Тогда банально не понял бы Милану. А, может, и понял. Не знаю.
– Пошёл ты, – огрызаюсь.
– Это хорошо, что вы помирились, но… – его взгляд мигом становится серьёзнее. – Есть дела. И раз уж ты очнулся, есть работа. Которую надо быстрее сделать. Я, знаешь ли, нянькой не нанимался. У меня беременная девушка дома ждёт.
Очуметь.
Вот это я поспал. Саидов, да с беременной девушкой связался? Или сам отцом стал?
– Ну, хорош, – морщится. – Не удивляйся. Потом расскажу. Вставай, давай, бывший губернатор, и за работу. Малец уже готов сдать Багрова с потрохами.
 
Ого, это хорошо. Он прав: чем быстрее со всем разберёмся, тем лучше.
– Дай хоть десять минут отдохнуть, – морщусь. Вот так всегда. Когда только решил побыть с любимой женщиной, а тебя сразу тащат по делам.
Слышу злой вздох Саида. Пусть злится.
– Кстати, – чуть не рычит. – Сам объясняйся, почему из больницы сбежал. Наконец-то, устал прикрывать свой зад. Стал самостоятельным мальчиком.
Жалуется и словно хозяин поднимается на второй этаж дома. Ну и пусть валит. А я пока вдыхаю запах моей девчонки. Наслаждаюсь её объятиями. И, чёрт, не могу оторваться. Ладонь сама лежит на круглом животе. Только сейчас понимаю – он у неё всё-таки большой. Как его можно не заметить?!
– Ты не сказала Саиду, что беременна? Почему? – мучает один вопрос.
– Да я и не скрывала, – говорит куда-то в грудь. – Просто платья ношу свободные, остальные давят. Он ни разу не заикнулся, да и я… Ну, зачем?
Фух. Ладно, она всего лишь не хотела об этом говорить.
– Ничего. Скоро всё придёт в норму, – обещаю ей. Мне этого хочется. Наконец-то из всего дерьма вылезти.
А пока отрываюсь от неё, встаю с дивана, потягиваясь и разминая мышцы. Тело все болит.
– Я жуть как хочу твоей еды. Приготовишь? – улыбаюсь, смотря на Милану сверху вниз. Она кивает, встаёт, расцветая на глазах.  И, чёрт, я вижу её другой. Она – абсолютно другая. Похорошела за это время. Беременность сделала её ещё привлекательней. И даже этот животик не отталкивает меня ничуть. Наоборот хочу трогать её и трогать. – Пойду пока, поработаю.
Она кивает, а я, как бы ни хотел остаться, поднимаюсь за Саидом.
  
Глава 26
 
– Мы допросили пацана, – Саид заваливается в кресло, а я осматриваюсь и на полном серьёзе проговариваю:
– Я надеюсь, ты не додумался везти его сюда.
– Я тебе чего, совсем что ли отбитый на голову? – язвит. Ничего не меняется. – Да, боксёр, но мозги не все растряс.
Хмыкаю. Вижу пиалу с конфетами. Беру её в руки и сажусь в кресло. На сладкое что-то потянуло. Три месяца не ел, соскучился даже, хотя раньше равнодушен был.
– Да кто тебя знает, – а зная Саида… Мы с ним вообще чем-то похожи. Поэтому я часто предугадываю его.
– Нет, – отрицает. – В лесу домик есть. Там он. Рассказал, что это он аварию подстроил.
Гад. Вот так спас на свою голову пацана. Теперь всё, никакой доброты.
– Водителем он был? – уточняю. Закидываю вторую конфету.
– Нет. Другой был. Он умер на месте.
Просто хотел удостовериться в этом.
– Багров где? – это всё, что мне важно. Я сам виноват, что достал его из тюрьмы. Хотел многое узнать. Кто покушение на Милану подстроил, на меня. В итоге, хуже сделал.
– Отсиживается где-то, – пожимает плечами. –Пацан не знает. Связывались по телефону они. Откуда был вызов, найти не смогли, линия защищённая, либо номер давно заблокирован. В общем, ничего толкового. Максимум, что смог сказать – слышал проезжающий поезд. Больше ничего.
– С чего он такой разговорчивый? – хмыкаю, запуская очередную конфету в рот. Тут же её выплевываю. Фу. Беру другую в надежде, что она будет вкуснее.
– Пообещал ему помилование, – усмехается.
– И ты оставишь его в живых? – выгибаю озадаченно бровь. Если он сейчас скажет «да», я разочаруюсь в жизни.
– Ну-у-у-у, – многозначительно тянет.
– Не продолжай, – прерываю его. Решил уточнить. Если что, его прикончу я. – Мало. Железных дорог поблизости много. Он вообще может быть в другом городе.
– Поэтому здесь нужен ты, – подытоживает. – Вы же братья.
Я фыркаю.
Да какие мы братья? Родственники, дальние. Может, хватит уже. Ну, ещё кое-как контактировали в подпольных кругах. Всё!
Ну, с женой я его разобрался. Случайно и за дело. Какая-то девица пыталась убить меня в постели, пока я спал. Что мне оставалось делать? Я даже не знал, что они знакомы. Она много натворила прежде, чем я разобрался с ней. Отравила двух моих подчинённых. Предала.