Наследник от Тирана (СИ)

Вздыхая, сажусь в салон. Благо, Самира здесь нет.
Я всю дорогу смотрю в окно, кусая губы.
Не знаю, почему нервничаю.
В курсе исхода всех событий. Но всё равно не нахожу себе места.
А когда подъезжаем к ресторану, возле которого стоит толпа охраны, тревожность усиливается. А я так надеялась, что все эмоции отключатся, как и чувства…
Ни черта подобного.
Выхожу из автомобиля. Прохожу мимо охраны. Не удивительно, что её так много. Губернатор ведь…
Мне открывают двери, и я проваливаюсь в полумрак коридора. Делаю несколько шагов и попадаю в светлый зал. Везде пустые столы, и только один занят мужчиной. Взгляд которого падает на меня.
Я без заминок дохожу до него. Сажусь за стол напротив Хаджиева. Благо, стол квадратный, и нас разделяет достаточное расстояние.
– Обговорим всё быстро, – бьёт пальцами по листам бумаги перед собой.
Чего это быстро? Жена дома заждалась?
– Я даю тебе денег на операцию дочери.
До сих пор не верю, что он согласился…
– Взамен ты сама знаешь что.  
Да…
– Можешь жить со своей дочерью в той квартире. Делай, что хочешь. Мне нужна ты.
– Я согласна, – выпаливаю, не раздумывая. – Но у меня есть условие.
– Ты не в том положении, чтобы ставить условия, – отрезает.
– Мне плевать, – рявкаю. – Все наши встречи будут проводиться без присутствия Камиллы.
– Ладно, – соглашается. Хоть на этом спасибо. У него остались частички благоразумия.
– И ты сделаешь ДНК-тест, – говорю вдогонку.
 Я просто хочу утереть ему нос.
– Слишком много просьб, – усмехается. – Не находишь? Это тебе нужны деньги, а не мне. И сам буду решать. Если мне вдруг взбредёт в голову проверить ребёнка своего брата, я сделаю это. Но сейчас… Подписывай.
Протягивает мне листы бумаги.
– Здесь наше соглашение. Лечение твоей дочери полностью ложится на мои плечи. Фактически денег ты не увидишь.
Закусываю губу.
«Твоей дочери»…
Урод.
Плевать мне на деньги эти.
– Как и няня во время наших встреч.
Поднимаю на него недоумевающий взгляд.
Серьёзно? Хаджиев и об этом позаботится?
– Не подумай, – усмехается. – Я ради своего комфорта.
– Хорошо… – выдыхаю, просто соглашаясь. Беру ручку. И, не колеблясь, подписываю свой личный адский приговор. Пододвигаю к нему.
За жизнь моей булочки это – ничто.
Вытерплю.
Мне не в первой…
Я знаю, что он любит. В курсе о его слабых местах.
Выучила за то время, когда я жила с ним.
И даже знаю его следующие слова.
Которые он кидает через несколько секунд, откидываясь на спинку кресла:
– Начнём?
Милана
Захожу домой, кидаю сумку на пол. Не замечаю Злату с малышкой на руках, встречающих меня у дверей.
– Ты быстро, – удивляется.
Я сама не ожидала.
Но я рада вернуться туда, где моя малышка, сонно потирая глазки, смотрит на меня и улыбается.
Она всегда улыбается. Ещё и заражает улыбкой меня.
– Да-а-а, встретились, поболтали, – улыбаюсь.
– С кем, если не секрет? – подруга подозрительно щурится. – Явно не с обычным знакомым.
И как она это поняла? Невольно в зеркало смотрю. А, поняла как. Платье горло не прикрывает. Но да ладно.
– С отцом Камиллы, – натягиваю улыбку. Не буду вдаваться в подробности. – Он помогает мне с лечением Камиллы.
Она глаза округляет. Глупо провести подругу.
– Это тот, кто?...
Я киваю.
– Расскажешь?
Хочу забрать у неё свою малышку, но она отворачивается с ней и морщится.
– Обязательно, – смеюсь. – Только искупаться схожу.
Бью малышку по носу, и тут же мчу в ванную. Закрываюсь, и улыбка автоматом пропадает с лица.
Скидываю с себя вещи.  Залезаю в ванну и сажусь на дно, включая душ.
Обнимаю себя за колени, утыкаюсь лицом в свои колени.
Прикрываю глаза, переводя дыхание.
Минус один день. Самый тяжёлый.
Я немного отвыкла от такого… От него. Но ничего, войду в ритм. У нас странные отношения. Очень. И от этого сжимаю зубы, бью кулаком о кафель.
Как же я его ненавижу!
За то, что даже оставаясь таким кретином, он всё равно притягивает к себе.
Время прошло. И казалось, чувства охладели. Но нет. Стали ещё сильнее.
 
И за это ненавижу себя.
Потому что даже здесь он победил.
А я снова прогнулась.
И самое обидное не это. А то, что этот мужчина никогда не примет меня обратно. Не признает свою дочь.
Да он считает меня падшей.
А мне только и остается, что жевать сопли, смириться со своим положением. И глушить все свои чувства к нему.
  
Глава 10
 
– Как она? – спрашиваю у доктора, к которому только двадцать минут назад нас привезли на машине Хаджиева. Он не обманул, и ровно в указанный час за нами приехал автомобиль. Только приехав, я сразу же отдала малышку.
И почему-то я не вижу её на руках у врача…
Это значит, что всё плохо, да?
– Вы вовремя к нам обратились.
Сердце кровь перестаёт качать.
– Операция не потребуется? – спрашиваю с надеждой. Не могу спокойно сидеть, зная, что мою малышку могут оперировать и резать.
– Потребуется. И в ближайшее время, – доктор словно выливает на меня ведро ледяной воды, от которой я дёргаюсь. – Я назначил операцию на завтра, на утро. Сегодня она останется здесь. И ещё примерно на неделю. Там мы уже будем смотреть на её состояние.
– Я ведь могу остаться с ней?
– Сегодня да, – кивает доктор. – Мы определили её в одиночную палату. Можете остаться с ней до шести вечера. Дальше у нас не разрешено. Завтра вы сможете её увидеть только вечером в лучшем случае, если девочка будет хорошо себя чувствовать. 
Слышу это, и потряхивает всю. Я так долго не могу не видеться со своей малышкой. А тут почти сутки!
– От меня что-то требуется? – сминаю ткань футболки.
– Нет, – качает головой. – Господин Хаджиев уже обо всём позаботился. Перевёл деньги и расписался, где нужно.
Расписался.
– Разве это делают не законные родители? – стараюсь говорить без претензии.
– В нашем случае, – улыбается доктор. – Нет.
И всё. Разговор выдаётся коротким, и я сразу иду в палату. Кама выглядит… не очень хорошо. Снова капризничает, плачет. Может, и что-то болит. Успокаиваю её, укладываю спать. Сижу с малышкой до вечера, и вообще готова была всю ночь, но меня выгоняют после семи. И так дают час, который  пролетает очень быстро.
Расстроенная, отправляюсь домой. Выхожу из клиники, стираю слёзы.
Не могу я так.
Никогда настолько долго не оставляла её.
К тому же, операция.
Кто вообще придумал эти глупые правила?
Состояние теперь разбитое. В нём и иду на остановку, чтобы поехать домой. Ещё бы знать, как отсюда выбраться. Я бы с радостью это сделала, но в этой части города я впервые.
Достаю телефон, чтобы найти информацию в интернете, но прямо перед моим носом останавливается тёмный автомобиль.
Меня сразу бьёт тревога.
Но она тут же улетучивается, когда с водительской стороны выскакивает тот блондинистый парень, появляющийся в самые неожиданные моменты.
– Ты меня преследуешь? – выпаливаю.
– Да, – радостно улыбается и чешет макушку. – Приказ, простите.
Приказ?
– Велено довезти до дома, – оббегает машину и открывает мне дверь.
– Нет, спасибо, – отвечаю и хочу пройти мимо. – Я сама.
Но парень перегораживает мне путь.
– Приказ. Не могу его нарушить. Садитесь в машину, – уже строго проговаривает.
– У вас приказ, а у меня – нет, – делаю шаг в сторону, чтобы его обойти, но парень хватает меня и затаскивает в автомобиль под вздохи недоумения и страха. Даже крикнуть не успеваю.
Пока поднимаюсь на сиденье, парень оббегает автомобиль, садится за руль. И блокирует двери.
– Простите. Но я не могу против приказа пойти, – произносит, заводя мотор.
Приплыли…
Это Самир подразумевал под словами «Делай, что хочешь»?