Клан Северин (СИ)

Дела и заботы, проекты и планы. Я перечислил только часть того, что должен сделать в ближайшее время, а помимо этого хватает и других направлений, по которым необходимо работать…
Стоп! Я почуял опасность, сбросил обороты двигателя и снегоход замер. До Пернатой горы, которая, когда нет снега, издалека кажется головой птицы с густым оперением, не доехал каких-то шесть километров. Вокруг неизменная снежная тундра и на горизонте ничего подозрительного. Однако чутье меня раньше не подводило и сейчас оно дает хозяину четкий сигнал предупреждения.
  
Ладно. Торопиться не надо. Я в очередной раз просканировал местность на полный радиус действия и определил местонахождение проблемы. Несмотря на однообразный и безлюдный пейзаж, живые существа в округе водились: лисы, лемминги, какие-то снежные кроты, а иногда вдалеке мелькали дикие олени. Но в одной точке пустота. Нет ничего. Совсем ничего. А отсутствие сигнала тоже сигнал. Кто-то прикрылся очень качественным маскировочным полем, которое не позволило мне его обнаружить. И тогда я пустил вперед бестелесного призрачного шпиона, который быстро преодолел расстояние в пятьсот метров и нашел затаившегося противника. Это изможденный лохматый мужчина, не старше тридцати лет в грязном полушубке и наброшенном поверх маскировочном халате белого цвета. Несомненно, чародей. Именно он контролировал маскировочное поле, сидел в овраге под грубым тентом, смотрел перед собой безумным взглядом, и его тело сотрясала сильная дрожь.
Все понятно – изгой. Наверняка, что-то натворил. Возможно, кого-то убил и не смог откупиться, украл древний артефакт или за пренебрежение родовыми традициями был изгнан из клана. Убивать его или арестовывать сразу не стали, и он рванул, куда глаза глядят, а глядели они на север. Ну, добежал он сюда, и что дальше? Забился в нору и ждет смерти, а всех, кого на своем пути встречает, воспринимает как врагов. И если бы я проехал дальше, он бы меня атаковал. Не убил бы, но технику, если бы я расслабился, мог повредить. Про таких одиноких бродяг обыватели сочиняют страшные сказки, которые любят рассказывать непослушным детям, дабы они кого-то боялись. А на деле это несчастные люди, которые всего боятся, голодают, страдают от одиночества и не в состоянии изменить свою жизнь. Кто посильнее и умнее, тот бежит заграницу или меняет внешность, а потом живет по поддельным документам. Но этот не из таких.
– Вот же гадство, – пробурчал я себе под нос, медленно трогаясь с места, – не хотелось тормозить, а придется.
Снегоход снова набрал среднюю скорость. Курс неизменный. Ориентир – Пернатая гора. Сто метров позади. Двести. Триста. Изгой уже рядом и, если бы он не дергался, а продолжал тихо сидеть в овраге, я бы его не трогал. Но он решил меня атаковать, сбросил маскировку и запустил огненный шар высокой плотности. Неплохо. Однако я лишь слегка вильнул в сторону, пропустил заклинание и развернулся на изгоя. Расстояние между нами стремительно сокращалось, и он снова метнул огнешар, а я опять увернулся. В нескольких метрах от оврага, остановив снегоход, спрыгнул с него и широкими шагами направился к противнику. Да, я мог объехать убежище изгоя. Но вдруг он здесь не один и мое появление в этом месте не останется незамеченным? Значит, придется поговорить с человечком, а уже затем решать, как с ним проще всего поступить.
Третий огнешар вылетел из укрытия, и я отбил его простым силовым жгутом, лишь слегка подправив движение смертельного заклинания. А затем изгой, сжимая в правой руке какой-то клинок, вроде стального мачете, бросился мне навстречу и закричал:
– Не сдамся! Все равно не сдамся! Умри, проклятый охотник!
Я сбил противника с ног очередным силовым жгутом и немного не рассчитал, перебил изгою кость и он, выронив оружие, рухнул на снег, закрутился на нем и завопил от боли. Схватив неспособного оказать сопротивление человека за шиворот полушубка, потащил его в овраг. Через несколько секунд оказался в низине, бросил пленника, осмотрелся и заметил возле землянки горку хвороста. Закинул его на кострище и поджог. Жадное пламя охватило редкое в этих местах дерево и, не обнаружив в укрытии изгоя ничего ценного, кроме ящика с консервами, сухарей, старого двуствольного ружья и походных мелочей, я рассеял своего бестелесного шпиона и приступил к допросу.
– Ты кто? – присев перед пленником на корточки, поинтересовался я, не применяя свои способности.
Он не ответил. Зажимая руками сломанную ногу, продолжал выть от боли, и пришлось ему помочь. Есть простое и довольно действенное заклинание, которое я подсмотрел у военных целителей в мире Арапахос, где всегда идет война во имя двух богов, получающих энергию от смерти последователей. Называется «Блокада» и не требует значительного расхода драгоценных эргов. Я применил его, направив на ногу изгоя, и он затих. В ближайшие полчаса он не будет чувствовать боль и этого времени для допроса должно хватить.
– Ты кто? – усилив голос подавлением воли, повторил я вопрос.
Пленник понимал, что происходит, и пытался оказать сопротивление. Однако его разум ослабел, воля просела, изгой изможден и давно не спал. По этим совокупным причинам у него ничего не вышло, и он ответил:
– Рудольф Яват, дипломированный чародей, теперь уже изгой.
Фамилию Яват я недавно слышал. Этот клан месяц назад объявил о своем роспуске, а почему и отчего, я не знал. Слишком незначительное семейство где-то на окраине Республики и Северины никогда не вели с ними дел.
– Ты из клана Яват? – уточнил я.
– Был из клана.
– Почему по северным пустошам бродишь и на людей нападаешь?
– Ты же охотник. И тебя послали за моей головой. Значит, должен знать.
– Я не охотник за головами и мне на тебя плевать. Так что отвечай.
– Меня изгнали.
– Когда?
– Три месяца назад.
– За что?
Вопрос-ответ. Все происходило быстро, и вскоре я получил информацию к размышлению. Несколько месяцев назад Рудольф Яват, второй сын главы клана, занимаясь археологическими раскопками, обнаружил под родовым замком огромный ангар с древними механизмами. Естественно, доложил старшим, а эти олухи не смогли сохранить находку в тайне. После чего на чужое добро позарились соседи, которые потребовали долю, а самое главное – они смогли расколоть семью Яват изнутри. Начались конфликты, и Рудольф стал действовать самостоятельно, без оглядки на старейшин. Повел нескольких молодых парней на встречу с соседями, поспорил с ними и вступил в бой, прикончил двух врагов, но при этом потерял всех родичей. Вот за это его и осудили, признали виновным, а потом изгнали. Рудольф лишился защиты клана и по его следу немедленно рванули кровники. Уйти через стационарный телепорт он не смог, слишком далеко, и пришлось на автомобиле бежать на север. Машину обменял на снегоход и припасы. За это время пару раз сталкивался с искателями наркотического ягеля и одного убил, а другие поклялись, что вскоре его найдут. Больше двух месяцев сидит в глуши. У снегохода кончилось топливо. Продукты на исходе. Весь на нервах. Всего опасается. И про распад родного клана, который, вероятнее всего, добили внутренние разногласия, он ничего не знает. Ну а когда обнаружил приближение незнакомца на снегоходе, который мчится к его укрытию, решил сражаться.
Вот и что мне с ним делать? И надо ли вообще что-то делать? Он жертва обстоятельств и перед законом Республики ни в чем не виноват. Имели место разборки между провинциальными аристократами, и все осталось внутри кланов. Значит, Рудольф изгой только для своих, а не для государства и может спокойно выйти к людям. Единственная для него опасность – кровники и наемники. Однако он продолжал сидеть в снежных пустошах. А все почему? Да по той причине, что в упор не видел альтернативы. Для него всю жизнь на первом месте был клан и когда маг оказался вне его, он просто растерялся и расклеился, испытал шоковое состояние и не захотел включить мозг. Дурень? Наверное. Однако понять его можно и, как вариант, я мог бы подтянуть его к себе. Не сразу, а когда немного оклемается. Тогда поговорим иначе и, велика вероятность того, что клан Северин прирастет одним чародеем. Не самым крутым и сильным, но огненные шары Рудольф кидает вполне прилично, да и маскировку сумел поставить мастерски, а значит пригодится.