Э 7 (СИ)
— А я думал соплеменники Ааба сильнее. Но у всех бывает момент разочарования. — с улыбкой ответил я.
— Дерзкий. — рассмеялся Наместник. — Это хорошо. Из дерзких получаются лучшие слуги и самые верные надсмотрщики.
— Я не стану твоим слугой. — тут же ответил я.
— Станешь, иначе все твои родичи отдадут души алтарю. Не эти, а все. — растянул толстые губы в улыбке Титан. — Вы уже проиграли, только ты об этом еще не знаешь.
— Мы выжили в сезон Жатвы, победили в сезоне Возвышения и убили вашего бога. А, ну и разрушили твой остров. — усмехнулся я в ответ. — Даже если проиграю я, люди выиграют. Вам не победить.
— Ваши деяния поистине легендарны, о таких героях слагают поэмы. — расхохотавшись сказал Наместник, широко разведя все четыре руки. — Особенно о тех, кто порабощает и побеждает таких героев. И за такую возможность я тебе благодарен. Как и за два остова для моего нового дома. Когда я порабощу предателей у меня будет лучший остров.
— Если ты называешь предателями кристаллидов-наставников, я с удовольствием посмотрю, как они испепелят любого, кто к ним приблизится. — ответил я, не отводя взгляда.
— Гордый, но глупый. — вздохнул Наместник. — Ты заставил мою кровь вновь кипеть, чего не было тысячи лет, и по тому я дам тебе то, чего ты заслужил. Братья не будут против, ведь это МОЕ право. Но прежде чем продолжать… Жрец!
— Я здесь, господин. — тут же склонившись в поклоне произнес высокий гуманоид без носа, но в богатых одеждах до пола и с посохом в лапах. — Я ваш новый верховный жрец…
— Мне не интересно твое имя. — недовольно отмахнулся Титан. — Да и прошлый мне нравился больше. Братья уже на месте?
— Да, господин, созвездие уже собралось на месте старого храма. Все ждут только вас. — все так же кланяясь произнес жрец. Наместник кивнул и показал на меня пальцем. В мозгу появилась мысль что хоть палец этот я смогу отрубить, особенно если сумею приблизиться еще на шесть шагов.
Но реальность оказалась не так радужна. Меня просто подняло в воздух, одновременно лишая способностей, и я лишь барахтался, как в невесомости. С высоты в несколько метров мне было прекрасно видно, как сопротивляющихся волколаков, пару гоблинов и дварфов подтаскивают к смутно знакомой пентаграмме. Я даже возмутиться не успел, как им отрубили головы и кровь заполнила выбитые в камне символы. А еще через мгновение открылся портал.
Меня, болтавшегося в воздухе, перекинуло на ту сторону одновременно с Титаном. Следом зашли стражи ведущие за собой пленников. И когда я оглядел открывшуюся новую картину, не смог сдержать отборный мат. На месте черного храма призраков стоял остров Наместников, куда нас и перенесло. Но куда больше внушали даже не колонны горилл и летающих обезьян — а толпы людей, подземников и гоблинов, зажатые между рядами стражи.
Сколько здесь? Десятки тысяч? Как они сумели приволочь стольких людей в одном место, а главное зачем? Хотя, черт возьми я знаю зачем… мы появились перед пирамидой у подножия которой стоял точно такой же кровавый алтарь, как тот на котором из меня извлекал силу Кукловод. Их привели для жертвоприношения.
— Ты говорил, что вы убили нашего бога. — усмехнулся Титан. — Но бога невозможно убить, лишь усыпить. И когда мы его пробудим, он будет очень щедр. Тысячи новых миров, миллионы рабов и новых игрушек. Таких возможностей не было с момента обретения, и вы те, кто открыл нам эти двери. И откроете еще больше. Братья… ОТЕЦ!
Наместник повернулся к пирамиде, и мне пришлось здорово изогнуться чтобы увидеть тех к кому он обращается. Все же невесомость без опоры — противная штука. Когда же я сумел повернуться то обомлел. Оказывается, тот монстр, что скрутил меня по рукам и ногам своей способностью, был коротышкой по сравнению с настоящим гигантом. Перед жертвенником стояло пять тронов, а на первом камне пирамиды еще один — с семиметровой спинкой. И на нем восседало существо, слабо напоминающее даже Тысячника.
Мерцающий, будто колыхающийся образ казался чуть размытым, но одновременно не оставалось сомнений что передо мной не проекция или иллюзия, а реальное существо. Голый торс, с четырьмя грудными мышцами, был украшен разноцветными татуировками, часть из которых жила своей жизнью. По предплечьям текли символы, словно по граням пирамиды, а голова скрывалась под маской с высокой короной из перьев.
— Отец, я принес тебе дар, равного которому не было уже тысячи лет. — ухмыляясь продолжил мой надсмотрщик. — Чемпион сезона возвышения, убийца Старших, победитель Бога и непослушный раб, у твоих ног.
— Чем он отличается от тысяч таких же как он? — махнул лапой один из наместников под пирамидой.
— Разве ты не расслышал? — произнес Ааб, и грохот, проникающий в голову, мгновенно вымел все мысли. — Он принесет нам удачу?
— Да, отец! Этот юнец будет моим новым фаворитом, а его Наставник — станет частью моего дома. — широко ухмыляясь произнес Титан. Я попробовал возразить, но воздух словно уплотнился, застряв у меня в горле. Не вдохнуть, не прокашляться.
— Думаешь мы не понимаем, что ты хочешь сделать? — рассмеялся другой наместник. — Ты потерял дом и право быть одним из нас, не смог защитить даже то что было твоим по праву, а сейчас пытаешься убедить нас в том что эта букашка представляла угрозу? Мы не отдадим тебе наших рабов!
— Довольно. — вновь прогрохотал голос Ааба, и заткнулись все. Даже те, кто очень хотел что-то сказать, как я, просто не могли. — Эта букашка по праву стала Чемпионом? Кем будем мы, не соблюдая собственных правил? Старшими, возомнившими себя ровней нам и попытавшимися поднять восстание?
Давление спало, и я с облегчением вздохнул полной грудью, наполняя горящие легкие кислородом. По вздохам стало понятно, что не одному мне заткнули рот. Но в следующее мгновение произошло то, чего я никак не ожидал. Меня поставили на землю, рядом с алтарем. Правда я не мог двигаться и скорее лежал в чьей-то невидимой руке.
— Чемпион не может существовать в одиночку, его народ станет новыми слугами, новыми старшими. — проговорил Ааб, и никто не смел спорить. — Какое из этих племен, твое?
— Они все — мое племя. — ответил я, даже не оглядываясь.
— Нет. — голос Ааба буквально взорвался у меня в голове, а затем я почувствовал, как в ней роются словно в ящике стола, прибираясь и вытаскивая на свет интересные воспоминания. Образы, один за другим, появлялись перед глазами, и тут же из колонн поднимались отдельные люди. Без видимого проявления силы. Их просто вытягивало вверх, а затем несло по воздуху к нам, и постепенно перед алтарём появлялись старые знакомые.
Герман и Кристина, Миша и Зая — которую принесло с противоположной стороны, Борис и Петр «гений». Генерал Орлов и Гарвия. Не было многих кого я мог вспомнить с теплотой, многие уже ушли и никогда не вернуться, а те, кто сейчас стоял передо мной — были мрачнее тучи. Все, кроме постоянно оглядывающегося Петра и улыбающегося Бориса.
— Десять тысяч. Выбирай. — прогрохотал Ааб, махнув в сторону залюченных.
— Прошу! Спаси моих родичей, хоть пять тысяч! — упав на колени тут же взмолилась королева Гарвия. — Я сделаю все что угодно!
— Сынок, ты знаешь, как надо поступить. Ты сражался с этими людьми, они охраняли твой сон и покой и до катастрофы. — сказал, шагнув ко мне, генерал Орлов. — Десять тысяч мужчин и женщин, выбери их, можешь не брать меня.
— Спаси женщин и детей! Так будет правильно! — заревела Кристина, обхватив себя руками. — Чем больше женщин — тем больше будет детей в будущем!
Они что-то кричали еще, орали… молча, но требовательно смотрели. Улыбался только наш «пророк», я сам нахмурился, не выдержав его жизнерадостности.
— Я не хочу выбирать… — проговорил я, глядя на Бориса.
— Знаю, но в этом мире по-другому людей не спасти. — пожал плечами Ратник. — Этот мир, даже не мир смерти. Хищные деревья, плотоядные черви, гигантские насекомые и тысячи монстров что готовы сожрать любого, кто попадет в их лапы, а теперь еще и собирающийся на дне океана Голод. Либо подчиниться и выбрать десять тысяч, что будут жить как Старшие, либо умереть. В этом мире другого выбора нет.