Королева любить желает (СИ)

Мы работали днями, а ближе к вечеру собирались, обсуждая всё новое, не собираясь повторять ошибки прошлого. Хотя мы и разделили области влияния, больше мы не будем полностью абстрагироваться от общей ситуации в стране. Спасибо, уже знаем, чем это может окончиться.
В процессе работы мы наладили контакт с Ифором, как мне казалось. Я наблюдал за ним и понимал, за что она его полюбила. Спокойный, уверенный, надёжный. Ни капли лишних эмоций или жестов. Как она сама говорит — за ним как за каменной стеной. Такой действительно способен защитить от всего. А когда мне сообщили, что после её появления в нашем мире было совершено покушение и именно Ифор принял на себя отравленную стрелу, моё уважение выросло значительно.
Теперь я не просто хотел стать сильнее и взрослее, не выглядеть мальчишкой на фоне брата. Теперь у меня был серьёзный соперник. Я стремился усвоить побольше информации, наверстать упущенное, не замечая, как Ифор начинает отстраняться от нашей девочки.
Когда я это заметил, сначала радовался. Как же, любовник охладел к жене, к беременной моим ребёнком жене. Но время показало, что она воспринимает это очень близко к сердцу.
— Ты почему мне не сказал? Зачем вы вообще это затеяли? — кричал я на брата, узнав о случившемся.
— Я не ожидал, что она через столько времени будет так глубоко переживать, — повинился Фрост. Только мне было не легче. Низак ввёл её в искусственный сон, навеянный.
— Не ожидал он, — всплеснул я руками. — Да ты хоть представляешь, чем это могло закончиться? — А потом повернулся к Ифору. — А ты? Чем ты думал? Ты же знаешь её. Знаешь, что она не такая, как мы привыкли. Она не кричит, не капризничает, не требует. Отдали ей на откуп дворец — она привела его в идеальный порядок. Сейчас пылинку невозможно найти ни в одном коридоре дворца. Одна надежда на тайные ходы, но о них я не знаю.
— Я предупреждал, что ни время, ни расстояние уже не изменят наших с ней отношений, — вздыхал Ифор.
— Не знаю, зачем вы ставите эксперименты над беременной женщиной, — вышел в гостиную из спальни, где мы оставили Элен, почти злой Низак. — Но я вам, как целитель, запрещаю над ней издеваться. У миледи нервный срыв. Сильнее был только от казней. Чего вы добиваетесь?
— Мы не будем больше экспериментировать, — тяжело вздыхал Фрост.
— Конечно, не будем. Мне нужна здоровая и счастливая жена. И сын тоже. А вы двое устроили для них стресс. Если тебе, Ифор, вдруг Элен стала не нужна, скажи ей об этом прямо, но желательно после того, как она родит. Всего месяц остался. Вы хоть понимаете, что она могла…
Я схватился за голову, представляя, что могло произойти. Низак же покачал головой и вышел, оставив нас одних разбираться в случившемся.
— Я не брошу её. Боюсь, что вам так или иначе придётся смириться с моим присутствием в её жизни, — решительно произнёс Ифор.
— Значит, не смей больше отстраняться от неё.
— М-да. У нашей жены теперь пожизненно будет любовник. Ты хоть представляешь, какие последствия для общества это может понести?
— То есть, когда у тебя и Бабена были любовницы, это нормально? А ей нельзя?
— Мы не любили их, не ставили наравне с женой…
— Да. Ваши любовницы всего лишь травили её и унижали.
— Давайте не будем сейчас опять поднимать эту тему, — вмешался Ифор. — Вы снова разругаетесь, но так ни к чему и не придёте. Я переговорю с Элен, возможно, мы сможем скрывать наши отношения.
— Нет. Весь дворец и так уже знает о ваших отношениях. Как ни крути, люди не дураки и видеть умеют. Слухи будут всегда. И с точки зрения политики и отношений с другими государствами нам это ещё аукнется, — скривился Фрост.
— Не совсем понял. При чём здесь другие страны? — нахмурился Ифор.
— Потому что закон для правителей всех стран мира один. И там нет особого статуса для любовника. Что случится, если другие страны также пренебрегут законом? Да и в нашем государстве только пока всё тихо. Свежи ещё события коротких войн и казней, за ними последовавших. Но время сотрёт яркость этих воспоминаний, и люди закономерно или возмутятся, или будут брать пример. И получим мы очередную эпидемию.
 
— Брат, у меня есть другая идея. Я уже отправил людей на поиски, только результатов пока нет.
— Что ты придумал? — одновременно произнесли они, чем удивили друг друга. На их переглядывания только посмеяться стоило.
— И? — первым отвёл взгляд Ифор, но заговорил Фрост.
— Мы должны взять его в сомужья.
Минута тишины была мне ответом. И надо сказать, что Ифор принял мою идею скептически, но была в его взгляде благодарность, что ли. Зато Фрост сначала пытался посмеяться, но, смотря на мою серьёзность, начал злиться.
— Ты хочешь выставить нас дураками перед всем миром? Короли дали согласие на простолюдина в сомужьях? Это немыслимо, не говоря уже о том, что всё тот же закон не позволяет этого.
— И не собирался. Для начала я отправил несколько людей на выяснение полной родословной Ифора. Вспомни, брат. В законе говорится: «Королева может быть замужем только за представителями королевской крови». Именно этим упущением собирался воспользоваться герцог Дюранец. Он был представителем королевской крови и по этому закону мог претендовать на мужа королевы, а там уже, само собой, и на корону.
— Допустим, — помрачнел Фрост. Его вообще выбешивал сам факт, что тот хотел заполучить нашу девочку. — Но Ифор же не представитель королевской крови. Герцоги Дюранец были единственными ответвлениями за две тысячи лет.
— А где в законе написано, что представителем именно НАШЕЙ королевской крови он должен быть? — самодовольно улыбался я. И вспоминал, как случайно подумал об этом в разговоре с Элен, которая рассказывала, что пошла учиться только ради того, чтобы находить вот такие вот лазейки в законе.
И снова повисла тишина. Кажется, оба пытались осознать сказанное мной. И на лице Ифора уже не было столько скептицизма, хотя до радости далеко. Фрост же просто переваривал и сопоставлял в памяти.
— Я не могу сейчас дословно процитировать закон, — сдался он, — но, если даже ты прав, сможешь найти у него королевскую кровь? Хоть одной из стран. Ты разве не коренной житель Шамбуры? Ты рождён не в нашей стране? — задал тут же он вопрос Ифору.
— Я родился в Шамбуре. Один из отцов тоже здесь, а другой, насколько мне известно, из Икерии. Больше ничего мне не известно, — развёл Ифор руками.
— Мои люди уже выяснили намного больше. Но чтобы подтвердить их данные, тебе придётся пройти тестирования. Что ты на это скажешь?
— Какие угодно, если это… — он не смог даже произнести вслух желание.
— Даже если по какой-то нелепой случайности в нём есть королевская кровь. Ты готов его короновать?
— Это будет зависеть от Элен. Коронация не является обязательным условием. Он может быть мужем-консортом. Но не вижу в этом ничего страшного. Если он станет сомужем… — Я пожал плечами, ибо действительно не видел ничего особенного. Ифор уже показал себя как ответственный, умный и дисциплинированный мужчина. Почему нет?
— Я не знаю, — всплеснул Фрост руками.
— Подумай об этом. Всё равно нам ещё предстоит получить все данные от моих дознавателей, а потом ещё и тесты пройти. И если всё получится, вероятность чего очень мала, мы одобрим его в сомужья. А пока настоятельно советую Элен ничего не говорить. Во-первых, не тревожить лишний раз. А во-вторых, не обнадёживать раньше времени, ведь ещё ничего не известно.
  
27
 
Проснулась я со звенящей пустотой в голове. Даже глаза открывать не хотелось, но разговоры за стеной очень нервировали и вызывали любопытство. Стоило лишь рукой провести по кровати, чтобы удостовериться в правоте своих умозаключений: Ифора рядом не было. Зато знакомые голоса раздавались из-за стены. Усилием воли, хотя больше любопытства, я поднялась. Только не смогла разобрать слова, поэтому логично пришлось открывать дверь.