Королева любить желает (СИ)

— Я переборщила, да? — спросила я её.
— Смотря для чего… — начала она с сомнением, но в дверь раздался стук. Его стук. Это был он. Я узнаю его из сотни стуков. Сердце чуть не пробило лёгкие и грудную клетку.
— Войдите, — прохрипела я. Куда голос-то исчез?
— Я пойду, — скользнула за дверь Ююка, увидев пришедшего. Он сделал шаг вперед, но не успел даже закрыть дверь.
Такой красивый, высокий. Со шрамом на широкой нижней челюсти. Гладко выбритый, в кои-то веки. И этот взгляд из-под чёлки, упавшей на глаза. Так хотелось убрать её от лица, обнять эти широкие плечи.
— Я…
От его голоса меня прострелило и сорвало. В одно мгновение я оказалась не просто рядом — я повисла на нём, ничего вокруг не замечая.
— Ты приехал, — шептала я, уткнувшись носом в его ключицу и вдыхая неповторимый мужской аромат, и в тот момент меня нисколько не смущало, что от него ещё и потом пахнет, ведь он скакал, наверняка еще до рассвета выехав. Он был здесь, был рядом. Меня било мелкой дрожью, а он гладил меня по спине, тихо шепча, что всё хорошо, и вообще, чего это я так переволновалась. А я и ответить ничего не могла. Просто не могла, казалось, ничего, особенно разжать руки.
— Не бросай меня больше. — Я нашла в себе силы поднять голову и заглянула в его глаза.
— Никогда, — тихо, но твёрдо ответил он.
А тем временем у нас были свидетели. И я сейчас не об охране, для которой наверняка моя реакция тоже стала неожиданной. Я о младшем короле, который так и не решился прервать нас и вообще обозначить своё присутствие. О нём я узнала гораздо позже.
Полагаю, что именно охрана и закрыла дверь. Ибо только её хлопок немного отрезвил и заставил разжать пальцы. Но почему же так обидно, что я легко скользнула вниз, не задерживаемая его руками?
— Прости, я… — хотела извиниться за своё поведение, но не могла найти правильных слов.
— Перенервничали. Я понял, — улыбнулся он странно. А по взгляду действительно было понятно, что он всё правильно понял. Так и стояла, просто всматриваясь в него, впитывая каждую чёрточку.
— Вам нужна моя помощь, миледи? — прервал он это молчание.
— Нужна, — тяжело вздохнула я, отворачиваясь. Действительно, расклеилась совсем. Пришлось рассказывать о своей дилемме и обо всём вообще, чего ему ещё не сообщила. Так за разговором расслабилась, действительно погрузилась в мысли о преступлениях и наказаниях. Что-то он комментировал, что-то оставлял без внимания. После полной истории настоящих отношений Элен и королей он долго ничего не говорил, а я ждала чего-то. И смотрела только на свои руки, не способная поднять глаза.
— Вот видите, не всё так ужасно. Возможно, вы сможете построить адекватные отношения с мужьями, — глухо произнёс он. И только по тону было понятно, что эти слова ему тяжело даются. Я же была в некотором шоке. Опять.
— Ты…
— Я ваш вечный верный охранник и советчик, если позволите, — грустно улыбнулся он. А у меня опять слёзы наворачивались. Ну за что?
— Да, — выдавила я. Хотя с чем из двух утверждений я согласилась? Сама не знала. В принципе, я была не согласна ни с одним. Но…
И опять он вернул меня в деловое русло. Может быть, он сам решил держать дистанцию, а тут я?
Уже к вечеру я знала нужную, по сути, страшную клятву, которую потребую. Но больше всего я была издёргана его присутствием. Меня постоянно тянуло прикоснуться хоть кончиком пальца к нему.
Ночь была кошмарной. Мне снились странные сны. То он от меня отказывался, то выбирал, но Богиня его убивала, то мужья казнили, то выгоняли. И так по кругу. И ни в одном из вариантов сновидения мы не оставались вместе. И от этого было тошно.
Как итог, утром я встала, мягко говоря, недовольная, зато готовая убивать!
  
7
 
По моему указанию на площади, служащей, как и в любом средневековом городе, и местом казни, и местом ярмарки, и местом празднества, установили клетки. Натуральные такие клетки, только высотой в человеческий рост. Конечно, здесь была классическая гильотина и виселица. Только были здесь и специальные приспособления.
 
— Зачем это всё? — спрашивал Фрост, не присутствовавший на моей консультации палачей, которые уже были от меня в ужасе. То ли ещё будет, когда я приговорю последних преступников.
— Узнаешь. Элен решила напугать народ так, чтобы они и подумать на сторону боялись, — произнёс Милон, покосившись на меня. Он уже мне высказал, что это изуверство. И да, я знаю, что приготовила одни из самых жестоких казней. Но эти люди и совершили столько преступлений, что просто повесить будет милостью. Отец говорил, что частенько жизнь может оказаться хуже смерти. И вот эти мрази, что долгие годы не только грабили целую страну, а развернули войну, убили предыдущих королей, убили Элен и её малыша, по их милости тысячи людей нищенствуют и умирают, они должны мучиться. И никак иначе!
По моему приказу сначала заключённых, причём всех и сразу, вывели в эти клетки. И все они уже знали, что приговорены. Самые злостные, то есть Дюранец, Цулако и Пунино, содержались отдельно. Именно для них были отдельные казни.
И только когда всех разместили, а толпа зевак насмотрелась вдоволь, вышли мы.
— Граждане, — обратилась я к народу. Да, сейчас полагалось говорить только мне, как королеве. Толпа стихла. — Сегодня, в этот солнечный осенний день, как бы мне ни было жаль омрачать его, я сообщаю, что разбирательства по целой сети преступлений завершились, суды прошли и вы можете видеть здесь всех осуждённых на смерть.
Толпа вновь загудела. Я дала им некоторое время.
— Но у нас есть ещё целый список тех, чьи преступления не заслужили смертной казни.
Я махнула рукой, и глашатай добрых полчаса зачитывал имена и наказания. Эти люди стояли на отдельной территории, чуть в стороне, а сразу после казней будут отправлены из столицы без права возвращения. И жестокие наказания будут в первую очередь именно для них. Ведь они уже совершили преступление…
— Остальные осуждённые предали страну, обворовывали всех в течение нескольких лет, а за счёт количества долгие годы уходили от правосудия. Но они не только совершили заговор против страны, решив самим сесть на трон, убили королевскую семью, последнего короля даже после отречения, а графиня Цулако лично столкнула беременную королеву с лестницы, убив законного наследника. Кроме этого, эти люди в разное время и различными способами совершали покушения на жизни королей и мою. Неудачные, но от этого не менее страшные преступления. Благодаря их стараниям на наши территории совсем недавно вторглись сразу два соседних государства…
Да, в попытке сохранить земли Ануза прислала переписку с герцогом Дюранец, который чего только не обещал: и магов, и женщин, и моё графство, только трон хотел себе. И мне никогда не понять, зачем ему разрушенная страна? Стать спасителем, как он говорил уже в допросных и на суде? Странный, по мне, мотив, ну да Богиня с ним.
— Итак, пособники, участвовавшие во всём вышеперечисленном в качестве исполнителей, приговариваются к гильотине или виселице. Здесь мы им даже даём выбор.
Дальше опять глашатай называл имена, людей выводили и предлагали выбрать. Интересно, что большинство выбрало гильотину. Хорошо, что таких оказалось относительно немного. Меня уже подташнивало. В какой-то момент я покачнулась, но чья-то рука не дала мне упасть.
— Терпите, миледи, — шепнул Фрост, впрочем даже не отворачивая лица от площади, — просто не смотрите. Отведите взгляд поверх последних рядов толпы. Так вы не увидите самой казни.
— Спасибо, — выдавила я и последовала совету. И действительно, стоять с отрешённым лицом, смотря в никуда, было гораздо легче. Точнее, тошнота прошла, от звуков это ничуть не избавило.
— Миледи, вы можете изменить способ казней даже сейчас, — шепнул сзади Ифор. Но решение принято, и я не собиралась отступать. Люди должны знать, что за страшные преступления наказание будет не менее страшное.