Война (СИ)

Попаданка проводила их взглядом — только отъехав на приличные сотню шагов отец с сыном смогли вынуть головы из плеч и распрямиться.
- Дубок, мы так и будем стоять? — поторопил браконьера Клойк.
Через пару гонгов они выехали на вполне приличную дорогу, а к полудню, как и говорил их проводник, увидели стены Ожола.
Этот город был королевским, то есть подчинялся королю, хотя и находился на землях Адайского герцогства. По сути, его существование являлось одной из причин низких доходов Адайских владетелей — через Ожол шла почти треть товарных потоков герцогства, но захватить такой крупный город предки Гертера и он сам пока так и не сумели, хотя несколько раз пытались.
- Ворота нараспашку, а ведь, вроде бы, война началась, — удивилась Вика.
- Так напали-то не на них, — усмехнулся Клойк, — А то, что война, так, боюсь, из-за этого нам грозит остаться ночевать на улице. Наверняка в городе толпы ещё не пристроившихся наёмников.
- Слетаются, как мухи на мёд, — кивнул Флемм.
Оборонительные сооружения города внушали уважения, а ворота, так и вовсе не уступали по своим габаритам и защищённости милонегским.
Их кавалькада пристроилась в хвост обозу с фуражом. Пришлось ждать своей очереди.
Вике в новом мире раньше везло, в том смысле, что до сих пор она заставала на традиционных здесь предвратных местах казни только трупы.
Сейчас же, пока повозки медленно проезжали сквозь двойные ворота в город — каждую телегу или фуру тщательно осматривали, чтобы взять соответствующую плату — попаданку словно сверлил отчаявшийся полубезумный взгляд молодой измождённой и исполосованной плетьми женщины, сидевшей в одной из подвешенных клеток.
Женщина почему-то из большого количества людей на въезде в город выбрала объектом своего внимания именно попаданку. Как будто бы подобно варварским шаманам углядела ауру богини.
Конечно, это было не так. Вика видела, что женщина не одарённая.
- За что её так? — спросила она у пожилого одутловатого стражника, кивнув в сторону умирающей от голода и жажды преступницы.
- Твоё-то какое дело? — грубовато ответил тот, но получив от Флемма десять энн сверх установленной платы, подобрел, — Нищенка. Из Кожевенного района. Детей своих новорожденных придушила, двоих, и в городской ров выкинула. Всё, проезжайте, не задерживайте! — вновь построжел он, — За вами, вон, ещё караван подходит.
Похоже, что Ожел и его окрестности были выбраны монархами Фридланда и Шройтена местом сбора обозов, где они будут ждать ещё неделю-две, как стает снег на перевалах. Вика, обернувшись на подходивший с северо-востока караван, заклинанием Дальновидение обнаружила на десяток лиг в том же направлении ещё три почти таких же по размерам обоза.
- Вика, поехали, — разбудила подругу от зимней спячки Эрна, — Нам ещё место искать надо будет. Мы ведь остановимся в городе?
Конечно, день ещё только был в самом разгаре, и можно продолжить путь, но лишний раз напрягать своих друзей и соратников преодолением трудностей, попаданка не собиралась.
Она бросила последний взгляд на так и смотрящую на неё с мукой и надеждой казнимую нищенку и проехала под тяжёлую металлическую решётку, почему-то поднятую не высоко, так, что попаданке, вслед за проехавшими впереди неё Дубком и Эрной, пришлось пригнуться к шее лошади.
Наверное, князь Мышкин из романа Достоевского "Идиот" испытывал похожие чувства, когда увидел в Швейцарии казнь человека. Так и Вика никак не могла определиться в своих желаниях.
Убийца двоих невинных младенцев была мразью, бесспорно, но, блин, на гостью из другого мира смотрела-то несчастная, погибающая в страшных муках жертва жестокой судьбы.
Вика, разумеется, при желании могла легко организовать спасение преступницы, только это было бы не правильно. А как должна выглядеть справедливость в таких вот случаях? Попаданка — справедливо это или нет, она и сама не знала — решила ночью поступить с нищенкой также, как в своё время с вором Щукой, хотевшим по приказу Кита похитить и изнасиловать новую обитательницу Вьежа. То есть, дать умереть. Быстро и легко?
 
Может, шаманы Снежных волков не так уж и неправы приписывая ей суть богини Смерти?
- Вот и первый трактир. И, похоже, тут битком, — сказал ей Флемм, когда они выехали на первую попавшуюся им в городе площадь, — Есть смысл туда заходить?
На пространстве с разбитым покрытием из булыжников кроме куч мусора и десятка подозрительных оборванцев по краям — они до боли повадками, взглядами и движениями напоминали Викиных сотрудников из офиса Шторма — имелось ещё большое разлапистое дерево по середине.
- Ты у меня спросил? — уточнила попаданка, — Всем не нужно, а Дубок пусть сходит. Только не насчёт мест узнает — в этом гадюшнике я останавливаться не собираюсь — а поспрашивает, где в этом городе есть приличная гостиница. Разумеется, с шансом, что там найдётся, где нам приткнуться.
Трактир и в самом деле выглядел скверно, а доносящиеся оттуда среди бела дня пьяные выкрики и шум драки, только усиливали неприятное впечатление.
Дубок и Клойк, пошедший с ним на всякий случай, для подстраховки, вернулись довольно быстро.
- Правда, тут всё занято, госпожа, — доложил браконьер, — Трактирщик говорит, что в городе сейчас места для ночёвки очень трудно найти. Хоть цены и задраны в два раза, но много наёмников и охранников обозов, да и сами обозники и торговцы…
- Дубок, меньше слов — дешевле телеграмма, — Вика прервала поток слов браконьера одной из вспомнившихся бабушкиных фраз, — Короче давай.
Тот усмехнулся и махнул рукой в сторону одной из пяти отходящих с площади улиц.
- Нам туда, в сторону дома со шпилями, — сказал он.
Трактиры и постоялые дворы Ожола хоть и были переполнены, но в гостинице трактира "Золотая гора" свободные номера имелись. И причина тому была проста — цены в ней и в обычные времена сильно кусались, а сейчас же, вовсе выросли до небес.
- Да ты в своём ли уме, уважаемый? — услышав цену в лиру за номер, и это без питания, оплаты услуг прачечной и бани, Флемм не смог сдержать эмоций, — Включи хотя бы тогда еду.
- Только завтрак, — чуть уступил трактирщик, — Посмотришь, какие номера, согласишься, что деньги беру справедливые. С учётом нынешнего спроса. У нас уже четыре дня сам младший виконт Шройтен со своими дворянами живёт, — снизив голос доверительно сообщил он, — Ехали на войну, но у меня остановились и пока ехать дальше не торопятся, — его многозначительная улыбка лучилась самодовольством, — До утра с моими девками развлекались, до сих пор спят. Но на ужине можете увидеться и познакомиться.
- Настоящий принц! — обрадовалась Вика, но поймав недоумённый взгляд отельера посерьёзнела, — Понятно, мудрый воин предпочитает воевать в обозе.
Сняли три номера, чтобы не выглядеть подозрительно богатыми. Вике выпало остановиться с Миокой и Баркой. Наверное, это не по её уже сложившемуся высокому статусу, но попаданка девушка не гордая — в детском лагере приходилось и в комнате на пятнадцать девочек по целому месяцу летом тесниться.
- Переживаешь за Оникара? — спросила она Миоку.
Десятник егерей не мог просто расторгнув контракт сразу же покинуть Нола-Тор. Необходимо было как минимум четыре недели отслужить после заявления, а уж во время войны договор найма и вовсе не имели право прерывать никто из воинов, кроме случаев несвоевременной или неполной оплаты.
- Да, — честно призналась наёмница, укладывая вещи в сундук возле доставшийся ей кровати, — Крепость наверняка осадили. А может уже и штурмуют.
- Осадили, скорее всего, да, а вот штурмовать… Ты же видела не хуже меня, как Нола-Тор укреплён, и маги там, во главе с Никтисом, не пальцем деланные. Так что, всё будет хорошо. Мы задерживаться в дороге не будем. В войне я участвовать не собираюсь, но порадеть за родных человечков, приставив их к крестишку ли, к местечку, это завсегда готова.
   
Глава 18
 
Размышления Вики о том, что на себя надеть после бани, которую им уже подготовили, прервала Эрна, ворвавшаяся в гостиничный номер.