Война (СИ)
- Смотрю, ты успела узнать в замке всё не хуже меня. Даже, какие негодяи сейчас содержатся в тюрьме. Ну, тогда ты, возможно, в курсе того, что их ожидает?
- Да ладно, — Вика, развернув карту, всё же прошла к дивану и села, — Одной казнью больше, одной меньше….Не сильно-то нам этой преступник и нужен. Подумала, что за спрос денег не берут. Но раз нет, то и не надо. А что вот эта загогулина означает? — гостья ткнула пальчиком в карту, — И вот ещё такие же.
Ворд подсел к ней и увидел, что её ноготок, который, похоже, был не обгрызен, а необычно аккуратно срезан чем-то острым, указывал на один из значков костра.
- Здесь были обнаруженные егерями стоянки банд, — пояснил он, — Я отдам вам браконьера. Можете делать с ним, что хотите.
Мелочиться в отношениях с целительницей и её спутниками полковник не собирался.
- Благодарю, — вновь сверкнула зубками красавица, — Со своей стороны обещаю, что больше он тут никого не побеспокоит.
Кухарка догадалась вручить рабыне кувшин самого лучшего вина. Ворд дождался, когда служанка расставит всё принесённое на столе и предложил Вике жестом пересесть.
- Могу всё же я узнать, когда точно уважаемая Эрна собирается покинуть Нола-Тор?
Вика свернула карту и удивлённо посмотрела на него.
- А она разве ещё тебе не сообщила? Завтра. В первой половине дня.
Глава 2
Вика проснулась очень рано — рассвет ещё только начал пробиваться сквозь щели в ставнях узкого оконца её комнаты — но вставать не спешила. Это была её последняя ночь в гостеприимном Нола-Торе, и она не могла предположить, когда в следующий раз ей придётся поспать хотя бы в такой довольно убогой постели с набитыми соломой подушками, матрасом и одеялом.
Комендант им оказал большую честь, позволив поселиться в самом замке, а не в ближайшем вонючем городке Ноле. Хотя, тут ещё надо разобраться, кто кому оказал больше чести. Если по существу, то они с Эрной пришлись Ворду Стайту и всему гарнизону северной крепости как нельзя кстати.
Попаданка потянулась и не могла сдержать улыбки. Пусть этот мир был для неё ужасен в плане комфорта и обычных бытовых условий, пусть здесь не было ни её байка, ни её ноутбука с доступом в интернет, зато она теперь выступала в роли могущественной волшебницы, и — что Вику особенно радовало — чаще волшебницей доброй.
Хотя Эрна для максимального исцеления раненых и больных в Нола-Торе выкладывалась полностью, но главную лямку в этом благом деле, находясь в тени своей подруги, всё же вытянула сама Вика, так что результат оказался впечатляющим.
Командование и население замка готово было носить магиню-целительницу на руках, а весьма импозантный комендант изъявил готовность оказать любую возможную помощь в их дальнейшем путешествии.
Хорошим дядькой этот полковник Ворд оказался, Вика не пожалела вчера инкогнито исцелить и его самого, и его замечательную супругу, которую в дополнение одарила ещё и Омоложением. Пусть незаметно, года на два-три всего, но всё же сделала. Почему бы не помочь хорошим-то людям?
- Ты не спишь, хозяйка? — шёпотом задала риторический вопрос просочившаяся в комнату рабыня, увидев, что Вика уже скинула с себя одеяло и лежит с открытыми глазами, заложив руки за голову, — Я не опоздала?
Юнта выглядела растрёпанной, довольной и пахла блудом.
- Нет, даже рано, я ещё не собираюсь вставать, — благожелательно улыбнулась попаданка, — Как развлеклась, не спрашиваю — у тебя на лице всё написано. Интересное что-нибудь ещё выведала?
После того, как с Викиного разрешения, её магистр науки выкупил своих слуг — а ботаны, оказывается, тоже могут быть хитрецами, и Флемм Орваль верно рассудил, что начальница не откажется омолодить его старую верную Зуру — и коварная интрига попаданки по подталкиванию своих магистров к близости дала свои плоды, Юнта официально была передана в собственность от Эрны к Вике. Впрочем, рабыня давно не испытывала иллюзий, кто реально ею руководит.
- Никтис, главный маг, считает, что госпожа Эрна пользуется не обычным исцелением, а каким-то другим заклинанием, — Юнта уселась перед кроватью хозяйки прямо на дубовый пол, ковры тут были большой редкостью и ценностью, в Нола-Торе Вика видела пока только один — в кабинете коменданта, — Соболь слышал, как тот рассказывал об этом лейтенанту-магу егерей. Но им всё равно, на самом-то деле, хозяйка. Никто ни о чём госпожу Эрну выспрашивать не собирался. Боятся хоть чем-нибудь обидеть или расстроить. А Оникару все егеря завидуют. Каждый хотел бы сейчас оказаться на месте десятника и пойти с вами. Надоело в крепости сидеть и по ближайшей округе патрулировать, а комендант, после гибели четверых егерей и ранения капитана Улага, временно запретил углубляться в леса небольшими отрядами, чтобы вновь в засаду не угодили. Да и очень стремятся вам чем-нибудь помочь.
Подход, известный Вике из прошлой своей жизни и заключающийся в том, что если пьянку нельзя предотвратить, её необходимо возглавить, она решила использовать и в отношении своей служанки.
Нет, конечно местные порядки давали Вике широкий набор средств по воспитанию у Юнты высоких стандартов нравственности, но заниматься наказаниями или истязаниями подневольной девушки попаданке хотелось меньше всего. К тому же, в отличие от свободных жителей этого мира, считающих людей подобных Юнте чем-то вроде скота, Вика смотрела на них совершенно по другому и легко придумала, как извлечь пользу даже из того обстоятельства, что её рабыня была банальной, как говорили на Руси, шалавой.
Любвеобильная Юнта теперь эффективно работала ещё и Викиной доносчицей. Или разведчицей. Тут кому как нравится называть.
Именно она, начинающая шпионка, разведала все обстоятельства жизни угрюмого десятника Оникара, того самого, что в день прибытия их отряда в Нола-Тор решил сбить спесь с молодой десятницы, обронив при этом фразу, сразу Вику заинтересовавшую. Насчёт того, что у него бы дочери могли такими же вырасти, но быть наглыми он им бы не позволил.
Вика в тот день не стала унижать боевыми издёвками пожилого серьёзного мужика, в чьих глазах, казалось, навечно поселилась боль. Она быстро и эффективно десятника обезоружила, под удивлённый дружный выдох огромного числа зрителей — Оникар был мечником первоклассным.
Юнта от очередного постельного партнёра узнала и главную мечту всей жизни этого десятника егерей — однажды лично встретиться с Насмешником и спросить с него за свою семью.
Вика три дня назад нашла возможность ему это гарантированно пообещать. И, похоже, обзавелась ещё одним преданным соратником.
- Никтис — умный мужчина, быстро сообразил, — попаданка встала с постели и прошлёпала босыми ногами до ванной комнатки, — Пусть думает, что хочет, и голову себе ломает. Не знаю, заскочим ли мы ещё раз сюда на обратном пути, да и не будут ли они к тому времени уже сидеть в осаде.
- А вы не станете им помогать? Они ведь сдаваться не станут, даже если сама уродина Жагета их станет просить, — полюбопытствовала Юнта, наполняя кувшин водой из принесённой дворовым накануне вечером бадьи, — Ох, сейчас я полотенце возьму.
- С какой стати? — пожала плечами Вика, скидывая с себя нательную рубашку и вешая её на деревянный крюк, — Это не наша война. Давай лей. И это, если ты ещё раз так уничижительно и оскорбительно выразишься о герцогине Жагете, я тебе рот зашью. Поняла?
- Да, хозяйка, — кивнула рабыня, — А ещё Дубок сидит перед крыльцом гостевого дома. Я сейчас видела, когда возвращалась.
Хорошо это или плохо — Вика не определилась — но Юнта перестала воспринимать угрозы хозяйки буквально. Вику она опасалась, уважала, но не боялась. Попаданка это чувствовала, и на данный момент её это устраивало.
- Какой ещё Дубок? — Вика с досадой посмотрелась в бронзовое зеркальце размером с тарелку — много ли там разглядишь? — и вздохнула, — Ты яснее можешь выражаться?
Юнта протянула полотенце — обычную льняную полосу ткани, даже без всякой вышивки.