Всё было не так (СИ)
— Очень надеюсь. Я привез доктора, чтобы он объяснил, почему нам очень важно одолжить аппарат.
— Я уже ответил вашему прихвостню — привозите сюда вашу пассию.
— Нельзя, — ответил Альберт, ни одному из людей Картера не пришло бы в голову говорить без разрешения босса, но врач не входил в организацию, поэтому он продолжил речь, ничуть не беспокоясь. — Сейчас по городу ходит как минимум четыре штамма вируса К. Пациентка переболела одним, если заразится другим, ее шансы выжить минимальны.
Боевой задор сошел со священника, крепкое тело расслабилось, приняло более естественную позу, только ручной протез распрямился в положение «руки по швам».
— Сколько процентов поражено?
— Более пятидесяти. Надо приступать к реабилитации немедленно, иначе наступят необратимые последствия.
— Как и у четырех пациенток, которые проходят реабилитацию.
— Вы говорите так, будто я прошу последний аппарат, — заметил Эрик.
— Напомню, мистер Картер, — резко ответил отец Мур. — У нас эпидемия в самом разгаре. Вы считаете, что у нас оборудование простаивает?
— В мыслях не держу. Мы с доктором подсчитали, если каждый из четырех оставшихся аппаратов станет работать на два часа больше, все пациенты получат помощь.
— На два часа больше?! Наши врачи работают по шестнадцать часов в день! Силы человеческие не беспредельны!
— Всего две недели, святой отец, обещаю, — вскинул обе руки ладонями вперед Эрик. — Потом я верну вам доктора Альберта.
— Которого вы же у меня и забрали.
— Нет, падре, — покачал головой босс. — Я привез вам настоящего доктора из Австралии. Не просто так, а с условием, что по первому звонку он поедет лечить кого я скажу. Так было или не так?
— Так, — сквозь зубы признал Мур.
— Он научил ваших врачей работать по австралийским протоколам, после чего у вас стало выживать в два раза больше пациентов, чем в городских клиниках, так?
— Так.
— А теперь я прошу вас на две недели одолжить мне часть оборудования. Всего на каких-то две недели! Неужели я многого хочу?!
Святой отец молчал несколько минут, подняв очи вверх, могло показаться, что он молится.
— У меня связаны руки, — наконец признал он. — Вы покупаете лекарства, платите докторам и медсестрам..
— Вы слишком мрачно смотрите на вещи, падре.
Но священник продолжал.
— Ваши люди привозят качественные медикаменты, которых не достать в Республике ни за какие деньги. Я даже думаю, что за эту пандемию вы спасли больше жизней, чем погубили за всю жизнь.
Эрик почувствовал, как каменеет его лицо.
— Я отдам вам аппарат. Ведь это вы купили оборудование для больницы. У меня лишь один вопрос.
— Какой? — спросил Картер, без приглашения усаживаясь на ближайшую скамью, разговор с отцом Муром отнимал чертовски много энергии.
— Эта женщина леди?
Леди-леди-еди, эхо слов отражалось от стеклянных стен пустого собора, дразнилось, аукалось, скрываясь в переплетении нервюр на потолке. Конечно, леди. Перед глазами появилась Малена в шелковом платье, вспомнился тихий нежный голос, рука ощутила мягкое тепло ее щечки. От воспоминаний стало теплее, словно в сумрачном зале затопили десяток каминов разом. Прогоняя наваждение, Эрик ответил чуть резче, чем собирался.
— А что?
— Вы поклялись мне, что ни вы, ни ваши люди пальцем не тронете леди. Видит Бог, в городе хватает падших женщин. Не сбивайте слепых с пути.
— Сердцу не прикажешь.
— Вы обещали! — вскричал священник, его лицо побагровело.
— Нет, — покачал головой Картер. — Я обещал жениться, если нечто подобное случится.
— Вы готовы обвенчаться?!
Услышав вопрос, доктор поджал губы и отвел глаза, к счастью, падре не смотрел на него, воспаленные глаза священника вцепились в лицо босса. В наступившей тишине слышался дробный стук капель по стеклу, дождь усилился. Надо отвечать на вопрос, на который он сам для себя еще не ответил.
— Боюсь, что так, — неожиданно для самого себя сказал Эрик. — Но сначала ее нужно вылечить.
Пойдемте, — кивнул отец Мур. — Я позвоню в больницу.
Глава 22
Когда температура перестала подниматься выше тридцати семи с половиной, медики выждали три дня подряд, а потом закатили пирушку в соседней комнате. Малена в тот вечер настолько переусердствовала с дыхательной гимнастикой, что уснула сидя, скорее всего, ненадолго, на каких-нибудь полчасика.
Разбудил звон бокалов и голоса за стенкой. Судя по обрывкам фраз, босс отсыпал щедрую премию.
— Чем будешь заниматься?
— Без понятия. Могу не работать пару месяцев. А ты?
— В ресторан тебя позову. Пойдешь?
— А то как же!
Звон бокалов, громкий смех. За стенкой виновница торжества легла, накрылась с головой пледом, надеясь снова провалиться в мир грез. Не получилось, ворочалась с боку на бок, пытаясь заснуть. Счастливые голоса бесили сильнее сотни комариных укусов. Она ругала себя за грех зависти и отчаянно пыталась заснуть.
— Не хочешь пойти на медсестру?
— Я?!
— Чего удивляешься, красавица? Мы с тобой пациентку с того света вытащили. Если бы ты хоть раз забыла температуру померить — все! А еще у тебя легкая рука, я бы взял тебя в помощницы. Босс не против.
Молчание, потом тихий ответ Рози.
— Выйдешь замуж — все забыто, — сказал Альберт.
— Это типа предложение?
«Ого! Неужели так бывает?!»
Малена изо всех сил напрягала слух, но за стеной говорили тихо — голоса звучали, но слов не разобрать. Пока она боролась с искушением, раздался мужской смех.
— Послушай, красавица, я пятерых сыновей поднял. Каждому квартиру купил. И машину купил, и университет оплатил. Я лицензии из-за младшего оболтуса лишился! Имею я право пожить в свое удовольствие?
— Ну я тебя предупредила!
— Поздравляю!
«Ой, кажется, я сказала вслух»
И достаточно громко. Праздник переместился к ней. Рози быстро убрала лекарства в ящики тумбочки, стол пришлось притащить из соседней комнаты. Оттуда же перенесла бутылку вина и блюдо с фруктами, вдвоем придвинули стол с угощением к диванчику, который так долго служил ложем болезни. Очень скоро к ним присоединился Картер, заметно уставший после длинного рабочего дня. Алкоголя не наливали, сильные антибиотики из Синая, по словам доктора, были не совместимы со спиртным. Но через неделю он торжественно обещал разрешить красное вино.
— А как насчет шампанского? — хрипло спросил босс, небрежно закидывая руку за плечо Малены, только сейчас она заметила на левом безымянном пальце след, как будто обручальное кольцо вросло в кожу, оставив неизгладимый шрам.
— Мы что-то празднуем? — спросила она, стараясь не пялиться.
— Твое выздоравливание, куколка! Что же еще? Мои друзья, я думаю, поженятся гораздо раньше, а?
Оба заверили, что завтра же отправятся к отцу Муру, а он скор на руку — не упустит шанса направить еще одну заблудшую душу на путь истинный, а также заполучить новую медсестру для больницы.
**
Пока жизнью правила болезнь, плен казался терпимым. Какая разница, где валяться — дома, в больнице или у бандитов в гигантском гараже? Но вирус отступил, вернулись силы, а с ними вся палитра человеческих потребностей во всем богатстве разнообразия.
Заточение в комнате с бетонными стенами угнетало до тихой истерики. Однажды не выдержала и пожаловалась Эрику. В последнее время он частенько заглядывал в гости, просто поболтать, как он говорил. В один из визитов ее прорвало:
— Я больше не могу!
— А что случилось? — он старательно изобразил удивление.
— Вы шутите?! Я не понимаю, зачем столько работать, если полжизни приходится проводить в убогих халабудах!
— Чтобы не оказаться в местах похуже.
Тут в кармане завибрировал телефон. Картер извинился и вышел, а она осталась в пустой бетонной коробке совсем одна. Рози уехала на шопинг. Ей пришлось готовиться к знакомству с семьей жениха. Альберт обзвонил сыновей, рассказал, что собирается жениться на девушке с острова.