Всё было не так (СИ)

— Не важно. После того сюжета на репутацию семьи легла тень.
— И что же теперь делать?! — в отчаянии спросила Ирен, судя по разлившейся по коже бледности, она уже знала ответ.
— Я все решу.
— Ты?! Ты решишь?!
Она разрыдалась в голос. Он прижал к себе жену, механически поглаживая ладонью по спине. Он ничего не чувствовал, окончательное решение выжгло огромную часть души, не оставив даже пепла.
Глава 17
Рози красилась в своей комнате.
«Своя комната, — усмехнулась она. — Ну кто бы мог подумать?! Живу как богатая»
Она никогда не жила одна — сначала делила спальню с двумя сестрами, родители и брат жили хоть в крошечных, но отдельных комнатках. Все личное пространство — диван за отцовским шкафчиком, потом тесная конура с мужем напополам, в соседних комнатах ютились семьи его братьев и родители, после развода пришлось снимать жилье с девочками. И вот теперь судьба забросила в странное место.
«Чтобы одарить своей комнатой»
Она отложила тушь и обвела взглядом отражение помещения — серые бетонные стены, диван, застреленный желтым покрывалом, над ним картина с солнечным морским пейзажем — желтый песок, ярко-голубая вода плещет в скалу с арочкой — красота! И на прикроватной тумбочке банка из-под джема с пышным букетом оранжевых роз.
— Я бы подарил желтые, — смущаясь, сказал Альберт. — Не решился, потому что примета плохая.
Она горячо заверила, что куда больше любит оранжевые розы, док растаял. Рози увидела, как от воспоминания о нем губы расплываются в улыбке.
«Как хорошо, что меня позвали именно к нему»
Да, если бы не душка-доктор, пришлось бы туго. Он, мать его, гребаный волшебник! Как можно превратить эту конуру в приятное место?! Никак, а у него получилось. И большое зеркало раздобыл, и прилепил на стенку напротив кровати, и спереди привесил три лампочки треугольником. Не сам, конечно, Тома позвал. Этот лысый крепыш, оказывается, на все руки мастер — и полочку сколотит, и зеркало приляпает, и новый свет подведет, кстати, бесплатно.
— Все равно делать нечего. Да и доку всегда рад помочь. Он меня считай с того света вытащил.
Да, выполнил, а как повесить лампочки, чтобы свет на лицо падал, а не на зеркало, Альбертик придумал. Он умный.
Рози достала кисточку с румянами, продолжая думать о своем Альбертике. Он особенный, не такой, как все. А она много мужиков повидала. При мысли о некоторых клиентах блевать тянуло, некоторые, правда, ничего — кое-кто вспоминается с удовольствием. За ней ухаживали, дарили цветы, покупали украшения, обувь, сумки, платья. Док тоже дарил, но по-другому. Не покупал, не играл в любовь и не тащился от собственной щедрости, он заботился. Непривычное ощущение, скажи ей раньше, что мужчины умеют заботиться, — ни в жисть бы не поверила, а Альбертик умел.
Вчера устроили романтический вечер, Малена заказала фруктовый салат с мороженым, съесть смогла ровно три столовых ложки.
— Угощайтесь.
И удачно так сказала — как раз лысый крепыш от двери отошел. Рози потихоньку в свой холодильник перетащила и душке-доктору прошептала на ушко:
— Загляни как заснет. Угощу вкусненьким.
Он еще раньше признался, что сластена заядлый. Должен оценить угощение, впрочем, Альберт и сам не подкачал — явился с огромным букетом оранжевых роз и бутылкой сладкого вина в придачу.
«Красиво получилось, почти как в старом кино»
Конечно, они не могли громко слушать музыку, ведь за стеной спала выздоравливающая пациентка.
«Он и правда ее вытащил, с ума сойти!»
Больше не нужен кислород, вчера она заставила дотащить себя до ванны и помочь вымыть голову. Если женщина вспомнила о своей внешности, значит, идет на поправку, значит, есть повод устроить себе маленький праздник.
Свечи оказались замечательной идеей — исчезли голые бетонные стены, можно представить, что танцуешь хоть в дворцовой зале, хоть на лесной поляне, где пляшут феи.
Рози улыбнулась и покачала головой. Все шло хорошо, слишком хорошо, чтобы быть правдой.
«Где это видано, чтобы мужчина, получив, что хотел, остался таким же лапочкой? И что с ним таким хорошим делать?»
 
Не то что бы в нее никогда не влюблялись, не заваливали подарками. Было, все было. Ей даже на личном опыте посчастливилось узнать, почему много мелких подарков предпочтительнее крупных.
«Неприятная получилась история»
Однако с тех пор Рози предпочитала раскручивать щедрого ухажера на десяток-другой платьев, оставляя себе штук пять. Остальные сдавала в магазин, а деньги откладывала. Абсолютно безопасный заработок — через неделю ни один магазин не примет платье по чеку, а значит, остывшему любовнику нет смысла посылать дуболомов с требованиями вернуть подарочки.
С Альбертом накопленная в эскорте мудрость казалась бесполезной, его не надо раскручивать — сам приносил полезные презенты. К тому же по меркам спутницы бизнесменов был не так уж и богат. Он не объект охоты, он из тех мужчин, ради которых бросают профессию женщины вроде нее.
«Попробовать, что ли, пожить нормальной женской жизнью? Говорят, у некоторых получается?»
Рози последний раз тронула щеки кисточкой, пора, через пять минут плановый осмотр. Нельзя заставлять клиента, то есть пациента, простите, пациентку ждать.
**
Малену разбудила медсестра, в последнее время она сама просыпалась, стоило услышать стук каблучков по бетону. Одна мысль об осмотре выбивала остатки сна. Каждое утро посторонний мужчина видел ее голой, немыслимо!
«И как только Рози не ревнует?»
Несмотря на температуру, она заметила: у этих двоих роман, порочная связь, как говорили приличные женщины. Однако медсестра совсем не ревновала и только закатывала густо подведенные глазки, когда Малена просила прикрыть тело.
— Ты вздурела, подруга? — с обычной бесцеремонностью сказала она. — Это доктор, вкуриваешь? Ему твои легкие интересные, а не другие места.
Однако от стресса после осмотра резко поднималась температура и начиналась одышка. Физиологическую реакцию медики не могли игнорировать. Рози ругалась последними словами.
— Ее так воспитали.
— Меня, знаешь ли, тоже. Ничего, привыкла.
— Тебе пришлось. У нее другая ситуация.
Медсестра фыркнула.
— Как бы то ни было, мы не можем заниматься психотерапией. Значит, нужно придумать менее травматичный способ осмотра.
— Это как?
— То, что ниже спины меня не интересует, можно прикрыть одеялом.
— Спасибо.
В итоге осмотр проходил так — Малена ложилась на живот, Рози прикрывала одеялом все, что ниже спины, скатывала валики из полотенец, чтобы заслонить грудь сбоку, потом спину намазывали гелем для лучшей электропроводности и приглашали врача со сканером. Говорят, Картер от души расхохотался, когда ему описали процедуру, и пообещал премию за изобретательность и особую деликатность.
«Впрочем, Рози могла и приврать, просто так, ради красного словца»
Однако утренняя пытка, как она называла ежедневное сканирование легких, стала терпимой. Конечно, неприятно, когда тебя мажут холодной жидкостью, и сканер немного покалывает, но это неизбежное зло вроде катетера в вене, можно и потерпеть.
Сегодня все прошло как обычно — она поздоровалась с Рози и тут же перевернулась на живот, заработав грубоватое одобрение за проворство, потом получила холодный гель на спину и доктора со сканером.
— Процент поражения не меняется. Предполагаю, что нам удалось остановить процесс.
— Только остановить?
— Живые ткани восстанавливаются, понаблюдаем состояние, если изменений не будет, перейдем к следующему этапу лечения.
Малена коротко поблагодарила, уткнувшись лицом в подушку, медсестра стирала салфетками липкую жидкость со спину.
— Тук-тук, — сказал голос Тома. — Док, вас шеф зовет.
— Иду, — коротко отозвался врач.
Он направился к дверному проему, судя по смешку Рози, проходя мимо, Альберт умудрился погладить по чувствительному месту. Почему нет? Малена все равно ничего не увидит, а даже если умудрится подсмотреть — ничего не скажет, постесняется.