Всё было не так (СИ)

«Так какие претензии могут быть к несчастной нейросети?»
Кстати, пользоваться искусственным интеллектом нельзя на территории Священной Республики строжайше запрещено, его модель VideoCreator подлежала изъятию с последующим уничтожением, хотя, скорее всего, никто не стал бы ломать дорогую игрушку, аппарат просто переехал бы к какой-нибудь шишке из правоохранителей, а законный владелец заплатил штраф — сто дензнаков в казну славной страны с прекрасными законами.
Тем временем диктор закончил перечислять небесные благословения в виде дождей, благоприятных для будущего урожая. Эрик отхлебнул еще чая.
«Нигде не умеют заваривать такой вкусный чай, как на этом благословенном острове»
VideoCreator выдал очередную плохую новость об Австралии — арестовали мэра столицы.
— Так ему и надо! — вслух сказал Картер.
Мэр ему никогда не нравился, тот еще жучара! Сидел на довольствии у конкурирующей организации, которая благодаря связям с чиновниками год за годом выигрывала все подряды на ремонт и строительство дорог. Разумеется, долго такое продолжаться не могло. Это вам Австралия, не какая-нибудь благочестивая страна, где дороги чинит фирма, принадлежащая одному из сыновей градоначальника, потому весь асфальт в колдобинах. Впрочем, асфальт австралийские ребята клали неплохо, но и конкуренты сделали бы не хуже и, пожалуй, чуть дешевле.
«Уж постарались бы, назло этим»
Картер представил, что сейчас начнется, и порадовался, что перенес зону своих интересов на север. Ему здесь нравилось.
«В мутной воде удобнее рыбачить»
Особая прелесть состояла в том, что его нынешняя деятельность не нарушала законы родной страны. В Австралии свободно продавали телефоны, способные подключаться к спутниковому интернету и VideoCreator, оснащенные искусственным интеллектом. Запрет интернета на родине называли цензурой, а признание нейронной сети дьявольским изобретением служило любимой мишенью как профессиональных сатириков, так и всех интернет-юмористов. Некоторые шутки были очень смешными.
Нужную новость выдали в эфир сразу после известия о неприятностях бедолаги мэра.
— Новый этап в расследовании дела о контрабанде, — бодро тараторил смуглый мужчина в темно-сером костюме, глядя пустым взглядом в камеру. — Как нам стало известно из источника, близкого к правоохранительным органам, — на этом месте Картер поперхнулся чаем, так его еще не обзывали, впрочем, показали не его, а мелкого чинушу из силовиков, закадровый голос продолжил, — полиция провела проверку клиентов, склады которых успел посетить водитель грузовика компании Сондер. Финансовый аудит выявил значительные доходы у клиента грузоперевозчика по фамилии Вайт. Фискальный орган констатировал движение сверхкрупных сумм, — тут диктор сделал многозначительную паузу, потом добавил, — из нелегальных источников.
На экране появился чиновник в скучном сером костюме, его лицо было скрыто расплывающимся пятном, которое играло всеми цветами радуги, судя по неестественной механической речи, голос изменили устаревшим звукоредактором:
— Речь идет о гигантской сумме. Я подчеркиваю, гигантской. Мистер Вайт не смог бы ее получить, даже если бы продал свою компанию, дом и три машины.
В кадр вернулся диктор.
— Напомним, мистер Вайт уже привлекался по делу о контрабанде. Стражи правопорядка нашли на опустевшем складе контейнер с VideoCreator, оснащенными искусственным интеллектом, запрещенным и проклятым в Священной Республике.
На экране появилось лицо смуглого субъекта с крупным носом, маленькими, постоянно бегающими глазками, камера отъехала и стало видно, что человечек вдобавок низок и толст, вещает он в зале судебных заседаний, оживленно жестикулируя. Слов не было слышно, звучал лишь голос комментатора.
— Мистеру Вайту удалось уклониться от тюремного заключения, поклявшись на священной книге, что купил запрещенную аппаратуру для себя и ближайших родственников.
Включился голос обвиняемого, быстрый и какой-то суетливый:
— Мамой клянусь, себе брал. Себе и трем своим сыновьям, еще два брата очень просили. Как откажешь? Мы же семья. У старшего брата трое сыновей, все себе Creator хотели, и у младшего сын тоже хотел.
 
— Второй сын младшего брата почему-то не захотел, — иронически прокомментировал диктор. — И три сестры тоже не соблазнились запрещенной игрушкой. Похвальное благочестие.
Картер хохотал, откинувшись на спинку кожаного кресла на колесиках. Конечно, он представлял, как обеспеченные хитрецы уходят от ответственности, но здешние практики обладали неповторимым колоритом.
— Разумеется, все члены семьи подтвердили слова мистера Вайта. Все девять человек поклялись на святой книге и уплатили штрафы по сто дензнаков. Старший сын вдобавок поклялся жизнью отца.
У Эрика заболели бока, давно не приходилось так хохотать. А на экран вернулось смуглое лицо диктора.
— Срочная новость. В этот момент полиция проводит обыск в доме подозреваемого. С места событий наш особый корреспондент ибн Ваджиб.
Появился стройный гибкий юноша южной наружности на фоне роскошного особняка, окруженного людьми в военной форме, черты его лица были правильные, как у античной статуи.
— Мы находимся в доме мистера Вайта, где в данный момент проходит обыск. Правоохранителям не удалось застать хозяина, по оперативным сведениям сыновья покинули Священную Республику на следующий день после задержания партии контрабандных товаров.
— Бинго! — воскликну Картер, подпрыгнув в кресле так, что оно заскрипело.
А тем временем съемочная группа переместилась внутрь. Миссис Картер, полная брюнетка в роскошном красном платье, закрывала лицо руками и отказывалась от комментариев, камера взяла крупным планом кольца с крупными драгоценными камнями, потом камера отъехала назад, показывая жилье предполагаемых контрабандистов крупным планом. Оператор присвистнул.
Н-да, что уж тут скажешь, просторный холл скорее подходил дворцу правителя, чем среднему производителю строительных смесей — в центре широкая мраморная лестница с коваными перилами, стены облицованы малахитом, ионические колонны из белого мрамора разделяют пространство первого этажа на несколько зон. Оператор работал не спеша, смакуя чужую роскошь. Показал и хрустальную люстру, и пол, отделанный мельбурнской плиткой, потом перешел к мебели, продемонстрировал со всех сторон круглый мраморный столик перед лестницей, на котором стоял огромный букет, составленный из пионовидных роз и королевских лилий, затем плавно перешел в гостиную, щедро отделанную золотом, скользнул по белой дворцовой мебели, обтянутой кожей и украшенную замысловатыми завитушками, потом перешел к картинам в пышных позолоченных рамах.
— Портрет хозяина в пурпурном одеянии султана, — комментировал корреспондент. — А это похоже на уцелевшие полотна Уильяма Тернера, — камера задержалась на смазанном морском пейзаже. — Разумеется, придется дождаться экспертизы, но если картины окажутся подлинниками древнеанглийского художника, стоимость окажется баснословной.
Еще в доме обнаружилось шесть VideoCreator, один висел прямо в гостиной над мраморным камином, из комнаты жены вынесли четыре чемодана золотых украшений.
«Похоже, этот идиот действительно купил контейнер VideoCreator для себя и на подарки влиятельным приятелям из чиновников и правоохранителей»
Смеяться Картер уже физически не мог.
«И как он раньше не спалился с такой-то тягой к роскоши? Почему не организовал более масштабный бизнес для прикрытия?»
Эрик покачал головой и в два глотка допил остывающий чай, не то чтобы ему было жалко беглого наркоторговца, просто он привык тщательно разбирать чужие ошибки, чтобы самому делать поменьше глупостей. На экране шли малоинтересные репортажи, когда диктор перешел к светской хронике, Картер совсем уже собрался выключить VideoCreator, как сменившая смуглого диктора блондинка с вытянутым лицом, затянутая в розовый шелк от горла до пят, назвала фамилию Сондер.
— Скандал в благородном семействе Сондеров, — выплюнули в эфир ярко-розовые губы. — Многие телезрители отметили отсутствие младшей дочери в церкви на празднике Милосердного сердца.