Мост душ (ЛП)
— О, а это что? — Джейкоб показывает на ряд ярких мешочков. — Нам такой нужен?
Я беру симпатичный красный мешочек. Он маленький, но твердый на моей ладони, и когда я подношу его к носу, он пахнет…землей. Сыростью. Как лес после грозы.
— Это, — говорит Филиппа, — мешочек гри-гри.
Я поднимаю взгляд.
— Что он делает?
— Много чего. Это талисманы. Вроде защиты, для других на удачу, богатство. А этот, я лично верю, для баланса.
Баланс. Я вспоминаю карту таро, Двойку Мечей, мне нужно равновесие.
— Что в нем?
— О, чуточку того, капельку этого, — отвечает Филиппа. — Давайте посмотрим, в этом кристалл, и травы, обрезки ногтей, волосы и немного кладбищенской земли.
Я с криком роняю сумку, но Филиппа ловит ее до того, как та успевает упасть.
— Осторожней, — говорит она, гладя мешочек. — Нужно обращаться с ним хорошо. Корми и поливай.
— Что он ест? — шепчет Джейкоб, пока Филиппа убирает мешочек обратно на полку.
— Кстати, о кладбищенской земле, — говорит Майкл, доставая черный мешочек размером с мяч для софтбола. — Этого должно хватить.
Я не хочу тянуться к свертку, но я тянусь, ожидая, что почувствую какое-то ужасное предзнаменование, когда он попадет мне в руки. Но на ощупь это просто мешок с землей. Я понимаю, что не могу заплатить ни за что из этого — если только они не захотят взять горсть международных монет, — но Рене отмахивается от меня.
— Общество своих не бросает.
Мы загружаем припасы в красный рюкзак Лары, Лукас протирает очки и говорит, что нам действительно пора идти. Я бы хотела остаться здесь, в безопасности магазина, но он прав. Становится поздно, и мои родители будут ждать меня в отеле.
Джейкоб поворачивается к Филиппе, которая, похоже, ведет одностороннюю беседу с котом Аметистом.
— Извини, — говорит он, — за тот случай.
Она моргает и поднимает взгляд.
— Вещи ломаются, — отвечает она, пожав плечами, словно только что не ей выпало на долю потерять прекрасную дубовую витрину по вине капризного духа.
— Погодите, — говорит Майкл, — я кое-что вспомнил.
Он достает два брелока из шкафчика за прилавком. Гладкие стеклянные кружочки, нанизанные на шнурки. Он протягивает один Ларе, другой вкладывает мне в ладонь. Когда я смотрю на амулет, то вижу ряд синих и белых колец вокруг черной точки. Он похож на глаз.
— Сглаз, — подтверждает Майкл. — Это не сильно поможет остановить Эмиссара, но может выиграть вам немного времени. Заклинание предназначено для разрушения, когда кто-то желает вам зла. Оно должно разрушаться, когда опасность близка.
— Спасибо, — говорю я Майклу, убирая талисман в кармашек. А после смотрю на Рене и Филиппу. — Спасибо вам за всё.
— Удачи, — говорит Майкл.
— Будьте осторожны, — говорит Рене.
— Возвращайтесь в любое время, — радостно говорит Филиппа, когда Лукас выводит нас на улицу.
Глава шестнадцатая
Обратная дорога к отелю выходит странная. Не в том смысле, что за мной охотится эмиссар. Скорее в том смысле, что у меня так много вопросов, что я не знаю с чего начать.
Джейкоб кружит вокруг Лары, требуя рассказать каждую деталь комнаты за занавеской, в то время как мы с Лукасом идем бок о бок, и я жду, что он что-нибудь скажет, но он молчат.
— Так, мы будем об этом говорить? — наконец спрашиваю я.
Лукас бросает на меня взгляд поверх очков.
— О чем, об этом?
— Вы ведь член Общества «Черная кошка»!
— Я — историк.
— Вы их историк. Но вы ведь сами говорили, что даже не верите в приведений!
Лукас снимает очки и принимается вновь протирать их.
— Кажется, я упоминал, что предпочитаю историю.
— У него есть какие-нибудь сверхъестественные способности? — окликает меня Джейкоб. Я задаю вопрос, а Лукас морщит нос.
— Помимо крайней преданности исследованиям? Нет. Я не экстрасенс, не медиум, и не промежуточник, как вы говорите.
— Вы знали, кем я была?
Он задумывается на мгновение.
— Нет. Но когда ты проводишь столько времени, сколько я, среди…ну, людей с паранормальными наклонностями, ты замечаешь определенные признаки.
Я оглядываю себя.
— Какие это, например?
— Например, то, как ты идешь, как будто ты всегда прислушиваешься к чему-то, чего не слышат другие. Ты явно чувствительна к местам с привидениями, ты проводишь довольно много времени, разговаривая с кем-то, кого можешь видеть лишь ты сама, и у тебя есть манера довольно внезапно исчезать.
Я киваю, обдумывая услышанное.
— Справедливое замечание. Кстати, его зовут Джейкоб. Тот, с кем я разговариваю.
Джейкоб машет рукой.
— Привет, я Джейкоб Эллис Хейл, — говорит он Лукасу, протягивая руку, — лучший друг и соучастник преступлений, а еще у меня отличный вкус на комиксы.
Лукас его, конечно же, не слышит, но я передаю послание.
— Я удивлен, что ты позволила призраку преследовать тебя, — говорит Лукас, когда мы сворачиваем на Бурбон-стрит.
— Это нетрадиционно, — говорит Лара, — но время от времени он бывает полезен.
Джейкоб смотрит на Лару так, словно у нее только что выросла вторая голова. Должна признаться, я тоже изрядно удивлена. До сегодняшнего дня Лара была ближе всего к тому, чтобы сделать Джейкобу комплимент, когда называла его Джейкобом, а не Призраком. Теперь, в течение тридцати минут, она была с ним мила — дважды.
— Я определенно этого не одобряю, — уточняет она. — Но я думаю, что сейчас у нас проблемы посерьезнее… — она замолкает, когда мы подходим к отелю
— Кардек, — произносит она, читая вывеску. — В честь основателя Спиритизма?
— Именно, — говорит Лукас, впечатленный, судя по всему.
— Вау, — произносит Лара, разглядывая лобби, — они действительно заморочились с этой темой.
— Погодите, пока не увидите нашу комнату.
— Твои родители закончили съемки на сегодня, — говорит мне Лукас, — так что до встречи утром. Берегите себя, Кэссиди, Лара.
— Никто никогда не прощается со мной, — бормочет Джейкоб, когда Лукас поворачивается, чтобы уйти.
— Погодите! — кричу я. У меня еще дюжина вопросов, но я решаю остановится на самом важном. — Вы ведь ничего не скажете моим родителям, да? О… — я указываю на нас.
Лукас приподнимает бровь и одаривает меня полуулыбкой.
— Я? Я всего лишь гид.
Мы смотрим как он уходит, и я вспоминаю первое впечатление о Лукасе Дюмоне, ученом-скептике, таким же, как папа. Наверное, никогда нельзя знать наверняка.
— Как думаешь, может и твой отец тайком стал членом секретного паранормального общества? — спрашивает Джейкоб, и я фыркаю.
— Сомнительно, — отвечаю я, пока мы идем по лобби.
На полпути к лестнице я замечаю табличку, висящую на двери в комнату для спиритических сеансов.
НАШ МАСТЕР НАС ПОКИНУЛ. КОМНАТА ДЛЯ СПИРИТИЧЕСКИХ СЕАНСОВ БУДЕТ ЗАКРЫТА ДО ДАЛЬНЕЙШИХ УВЕДОМЛЕНИЙ. ПРИНОСИМ ИЗВИНЕНИЯ ЗА НЕУДОБСТВО.
Интересно, почему он ушел.
— Вот любопытно, — говорит Джейкоб, — вероятно, это как-то связано с нашим спиритическим сеансом.
А. Точно. Всё это вселение_настоящего_Эмиссаром_Смерти, в то время как ты просто хотел устроить обычное шоу. Я понимаю, как это, должно быть, неприятно. Наверху мама и папа сменили свои костюмы исследователей на свободную летнюю одежду. Папа даже шорты надел.
— Повеселились, девочки? — спросила мама.
Мы издаем несколько мычащих звуков, тем самым давая понять, что «да».
— Чем занимались? — интересуется папа.
Ну, думаю, мы напали на след тайного общества, которое занимается изучением паранормальных явлений, и мы повстречались с его живыми членами… кстати, ваш гид один из них!… а после мы провели конференцию с его мертвыми членами, чтобы они смогли помочь нам выяснить, как изгнать Эмиссара Смерти, который преследует меня, и, надеюсь, это сработает, и я не умру. Снова.