Повенчанная тьмой

– Будет лучше, если всё, что ты сегодня узнала, пока что останется между нами. Твоего деда уже нет в живых, но есть те, кто ещё помнит о предательстве Терезы и её дочери. Для твоей же безопасности и безопасности твоих близких давай до поры до времени хранить всё в тайне. Не рассказывай никому, даже Этеле.
– Придётся снова врать родителям, – протянула уныло.
Теперь, благодаря этой мадам Интрига, я вспомнила, как вешала отцу с матерью лапшу на уши. Как не рассказывала о своих приключениях в Словакии, и словом не обмолвилась о похищении Яци, да и утаила много чего ещё.
Хотя… они ведь тоже немало важных сведений от меня прятали. Особенно бабушка. Ладно, когда я была маленькой. Но сейчас-то зачем скрывать правду?
– Тебе ещё многое предстоит узнать, Эрика, и я буду рада, если задержишься в Будапеште, – искушала Цецилия. – К сожалению, чтобы здесь остаться, придётся обмануть близких. Представь, как они поступят, если узнают, что ты в Венгрии?
Лучше даже не представлять. Бабушку наверняка хватит удар, мама начнёт паниковать, отец будет рвать и метать. Уже завтра они примчатся сюда, а послезавтра я снова окажусь под домашним арестом. А мне так хотелось побольше узнать о прошлом, о мире ведьмаков.
Да и не помешало бы понять, что испытываю к Этеле. И лучше бы разбираться со своими на время позабытыми чувствами здесь в реале, а не общаться потом с венгром по интернету.
– Давай поступим так, – видимо, посчитав, что пауза затянулась, нарушила молчание Цецилия, – ты сейчас отдохнёшь, всё спокойно обдумаешь и тогда уже решишь, как быть. Захочешь уехать – уедешь. Решишь остаться – я буду рада помочь тебе подружиться с силой. Ты имеешь право знать, кто ты и на что способна.
– Эм-м-м… – сунув руки в карманы джинсов, я растерянно улыбнулась, – думаете, я тоже того? В смысле ведьма. Раз у мамы не было силы, то и…
– У тебя она точно есть, – ни секунды не колеблясь, заверила меня чародейка. – Даниэль рассказал, что не смог увидеть твою ауру. Всему виной чары, Эрика. Твоя сила запечатана. Но это можно исправить при помощи несложного ритуала. Конечно, в том случае, если ты сама этого захочешь.
Я хотела. Наверное. Было и страшно, и интересно одновременно.
Жутко интересно.
Я – ведьма! Скажи мне кто этим утром, что где-то во мне спрятана сверхъестественная сила, и я бы этому умнику посоветовала подлечиться.
– Мы осмелились заранее подготовить для тебя комнату. Последняя дверь по коридору, – проинформировала меня Цецилия, намекая, что аудиенция окончена. – Отдохни и ни о чём не беспокойся. Здесь ты не пленница, а долгожданная гостья. Для меня честь принимать у себя внучку Терезы.
Казалось, ещё немного и она сделает реверанс. Или бросится ко мне с поцелуями. Но ничего этого не случилось. Лёгким взмахом кисти мне ненавязчиво указали на дверь. Задерживаться я не стала. Не желая показаться невежливой, поблагодарила за гостеприимство и поспешила в коридор. Мне действительно необходимо было остаться наедине со своими мыслями, попытаться их упорядочить и определиться, как поступить.
Но перед тем как отправиться знакомиться с гостевой комнатой, решила попрощаться с Этеле. Наверняка он ждёт внизу, беспокоится.
Быстренько спроважу венгра (не до него мне сейчас) и устрою самой себе мозговой штурм. Потом звякну родителям. Совру, как всегда, – тяжело вздохнула, заранее себя ругая, – а вечером расспрошу Цецилию о «несложном ритуале». Те, в которых уже успела принять участие, мне, если честно, не понравились. Взять хотя бы обряд Камила…
Занятая мыслями о своём ближайшем будущем, шагнула на верхнюю ступеньку и почувствовала, как ноги становятся ватными. В последний момент успела схватиться за перила, иначе бы точно полетела вниз. Прямо в объятия венгра, моего извечного кошмара.
В ядовитых глазах которого сейчас отражалась я, охваченная паникой.
 
Глава 3
 
Ужин в колдовском кругу
 
На какой-то миг мне показалось, что Кристиан удивился, то ли искреннее, то ли притворился. Он умел ловко маскировать эмоции, прятался за множеством масок. Единственное чувство, которое Эчед никогда не скрывал, – это ненависть ко мне. В ней не приходилось сомневаться.
 
Но ведь с тех пор много воды утекло. Больше у него нет причин меня ненавидеть.
Зато у меня их имелся вагон и маленькая тележка.
Сначала ведьмак нахмурился, словно моё появление застало его врасплох. Потом плотоядно улыбнулся, отчего моё бедное сердечко рухнуло куда-то вниз и теперь стучало где-то в районе диафрагмы. Я в страхе попятилась, слишком яркими оказались возвращённые Цецилией воспоминания: о ведьмаке, с маниакальным упорством пытавшемся меня уничтожить.
– А, приехала, – равнодушно бросил венгр. Наверное, что-то такое отразилось в моём взгляде, что позволило ему сделать вывод: – И всё вспомнила. Жаль. С амнезией ты мне нравилась больше. Не была такой пуганой.
Отступала я до тех пор, пока не упёрлась в стену. Закончив своё степенное восхождение, Кристиан, почему-то напомнивший мне в тот момент подкрадывающуюся гиену, встал передо мной, подозрительно близко. Смотрел сверху вниз, парализуя взглядом, и продолжал зловредно ухмыляться.
– Ну, привет, маленькая ведьма.
– Мне нужно поговорить с Этеле, – попыталась просочиться в щель между стеной и венгром.
Эта попытка закончилась тем, что щели не осталось: упираясь ладонями в стену в нескольких сантиметрах от моего лица, нахальный ведьмак придвинулся ещё ближе, если такое вообще было возможно. И мне вдруг резко перехотелось прощаться с кем бы то ни было. Куда больше меня сейчас интересовала та «последняя дверь по коридору». Интересно, она запирается на ключ? На худой конец можно будет придвинуть тумбочку…
– Этеле уже уехал. Заботливый наш решил дать тебе время переварить всё, что вспомнила.
– От воспоминаний о некоторых личностях у меня уже началось несварение желудка. Кристиан, отойди! – Расхрабрившись, попробовала отпихнуть от себя венгра, но эта ведьмовская глыба и не думала сдвигаться с места. А у меня перед глазами всё появлялись фрагменты кошмара, когда он точно так же стоял рядом, за миг до того, как начал меня целовать. Смертельным, ядовитым поцелуем, от которого я чуть не погибла.
По телу пробежала неприятная дрожь.
– Ты напугана. А ещё нервничаешь, – бесцеремонно изучал меня Эчед, словно я была лягушонком, которого он готовился препарировать.
– Интересно, с чего бы это? – огрызнулась, едва не лопаясь от злости.
– Покраснела…
Стоило ему это сказать, как к щекам прилил жар, словно я вдруг перенеслась в тропики и полдня провалялась под палящим солнцем.
– Есть в твоих эмоциях что-то ещё. Какое-то волнение, но вызванное явно не страхом. Хм, интересно…
– С каких это пор мы стали такими проницательными? – не удержалась я от сарказма.
Вот зачем он так себя ведёт? Со стороны наше общение, наверное, выглядело очень интимно. Если кто увидит, я же со стыда сгорю!
– С тех пор, как один щедрый парень великодушно… скажем, подарил мне свою силу. Теперь ты для меня, как раскрытая книга, маленькая ведьма.
– Перестань меня так называть!
– А разве ты не ведьма?
– Ты следил за мной? Зачем? – тоже решила пойти в наступление. До зубовного скрежета надоело чувствовать себя рядом с ним беззащитной жертвой.
Но почему-то чувствовать себя по-другому в присутствии Кристиана не получалось.
Эчед пожал плечами:
– Было скучно. Хотел позлить Шандора. А может, Этеле… Мать. Мне нравилась та твоя мини-пижамка в цветочек. Особенно когда во сне задиралась майка. Смотрелось очень трогательно и в то же время сексуально. Надеюсь, ты её с собой захватила.
Я всё-таки отпихнула его, вложив в этот толчок всю свою силу и весь свой гнев.
– Интересно, а Ясмин в курсе твоих ночных бдений? – бросила, обернувшись, и ещё быстрее дёрнула по коридору.
– Ты сможешь посплетничать с ней сегодня за ужином, – ничуть не смутившись, послал мне вдогонку Эчед. – Если, конечно, захочешь пощекотать себе нервы и взбесить ведьму. Она у меня очень ревнивая.