Системный звиздец. Теория Выживания (СИ)
Я подошёл ближе. От него веяло холодком. Не просто прохладой — температура его тела явно упала на несколько градусов.
— Миш... — начал я, но слов не было.
— Я знаю, — быстро сказал он, отводя взгляд. — Вижу. Чувствую. Внутри... всё тихо. Холодно. И ясно. Очень ясно. — Он сглотнул. — Это... цена, да? За силу. За контроль.
Мы молча зашли внутрь. Мишка сел на свои мешки, уставившись в пол. Я остался стоять. Тишина повисла тяжёлая, густая, как тот холод, что он испускал.
— Поговорить надо, Миш, — наконец сказал я. — Серьёзно. Ты... Как ты себя чувствуешь?
Он медленно поднял голову. Его чёрные глаза были непроницаемы.
— Чувствую? Да. Я чувствую холод. Я чувствую... тишину в голове. Все эти страхи, весь этот трепет... они притихли. Замёрзли. Мне... спокойно. — Он помолчал. — Это плохо, да?
— Я не знаю, — честно ответил я. — Но то, что ты делал снаружи... это было не просто упражнение. Это было... нарушение. Ты сломал его волю. Сделал игрушкой.
— А разве они не делают с нами того же? — спросил он тихо. — Чужие? Касьян? Тот серый урод? Мир этот — он про силу и подчинение. Я просто... научился правилам. — Но в его словах не было убеждённости. Была усталость. И где-то глубоко — вопрос.
— Правилам — может быть. Но мы не должны становиться такими же, как они, — сказал я, и мои слова прозвучали удивительно хлипко. Кто я такой, чтобы учить? Я, который тихо пожирал энергию камней и размышлял о поглощении плоти? — Мы... мы должны держаться за что-то. За то, что мы люди. Или... или пытаемся ими остаться.
Он долго смотрел на меня. Потом вздохнул. Длинно, с присвистом, и в этом вздохе, кажется, вышла часть того ледяного напряжения.
— Ты прав, — прошептал он. — Чёрт. Ты прав, Колян. Я... я занесло. Просто... когда прорвало, когда я почувствовал эту силу, этот контроль... я не мог остановиться. Как будто я нашёл наконец рычаг, чтобы дать сдачи всему этому п*здецу. — Он потер лицо ладонями, и его бледная кожа на мгновение покраснела от давления. — Но играться с живым... это слишком. Это... уже не самозащита. Это то, что делает из тебя монстра.
Он говорил это, и его рассудок, казалось, потихоньку возвращался из той ледяной дали. Безумный блеск в глазах потух, сменившись знакомой, хоть и усталой, серьёзностью. Он снова был Мишкой. Пусть и бледным, холодным, с тёмными глазами. Но своим.
— Прости, — добавил он тихо. — Если... если напугал.
— Не напугал, — соврал я. — Просто... беспокоюсь. Мы оба лезем в такие дебри, откуда, может, и не вернуться. Нужно... друг за другом следить. Останавливать, если что.
Он кивнул.
— Договорились. Ты — меня. Я — тебя. — Он посмотрел на свои бледные руки. — Хотя, бл*ть, выгляжу я теперь как герой дешёвого хоррора. Надеюсь, это обратимо. Или хотя бы не будет прогрессировать.
Мы замолчали. Напряжение немного спало. Он достиг своей цели — среднего этапа. Азарт охотника, подпитывавший его безумие, на время удовлетворился. Теперь был спад. И в этом спаде было место хоть для какой-то рефлексии.
— А тело... меняется, — сказал он, разглядывая ноготь. — Не только кожа. Я почти не чувствую усталости. Голод — да, но какой-то... отстранённый. Холод мне не страшен. И... — он колеблясь посмотрел на меня, — ...я почти не сплю. Просто лежу, и всё. Сны не снятся. Тишина.
Путь, Осенённый Знаком Вечного Смерти — Селио Хемео. Он менял его. Физически. Ментально.
— Будем следить, — повторил я, больше для себя. — И... поздравляю с прорывом. Средний этап — это серьёзно.
Он слабо ухмыльнулся. Улыбка на его бледном лице выглядела непривычно, почти жутко.
— Спасибо. А ты? 78% ещё?
— 82%, — сказал я. — Медленно.
— Зато верно, — он откинулся на мешки, закрыл глаза. — Бог Крови и Вечная Смерть. Прикольная у нас компашка получается. Надо только не сожрать друг друга по дороге.
Он сказал это как шутку. Но в воздухе она повисла мрачным, слишком уж правдивым предзнаменованием. Мы сидели в тишине, двое людей, которые уже почти ими не были. Один — бледный и холодный, с тенью смерти внутри. Другой — с тихим, ненасытным вихрем в груди и семенем вампиризма в самой сердцевине.
Глава 13: безумство знания
Тишина после Мишкиного ухода длилась дольше обычного. Сутки. Целые, мучительно растянутые сутки.
Сначала я думал — задержался. Нашёл богатую добычу. Попал в засаду, отсиживается. Я сидел у входа, точил нож и слушал. Ветер выл в щелях, где-то далеко падали обломки, но знакомого скрипа двери, его тяжёлого шага не было.
Беспокойство, сначала фоновое, как комар, начало расти, превращаться в навязчивый гул. Что, если на него напала стая? Что, если наконец выследили люди Касьяна? Что, если... что если он сам наткнулся на что-то, с чем не смог справиться даже в новом, холодном состоянии?
На вторые сутки я уже не мог усидеть. Мысли метались, как пойманные в ловушку птицы. Он сказал — «проверить силы». Но до какой степени? До какого предела? После того прорыва, после подчинения Чужого... в его глазах стояло не только спокойствие. Стояла уверенность. Опасная, вседозволяющая уверность.
Я подошел к груде его вещей. Палатка, немного еды, запасные носки. Ни записок. Ни намёков. Просто ушёл.
И тогда я вспомнил про «Информатор».
Я сел в центре склада, на холодном бетоне, закрыл глаза. Игнорируя подступающую тошноту (вопросы о других людях всегда давались тяжелее), я сформулировал в голове запрос. Чётко, ясно, без лишних слов:
«Где в данный момент находится мой товарищ, Михаил Шамуратдинов? Определи его точное местоположение и текущую активность.»
Удар был ощутимым. Будто клешни вцепились в узел Ци и выдрали из него приличный кусок. Голова закружилась, в глазах поплыли тёмные пятна. Но информация пришла быстро, почти сразу — будто Система уже следила за ним и просто выдала готовый отчёт.
Текст всплыл перед внутренним взором, холодный и безэмоциональный:
| СУБЪЕКТ: Шамуратдинов Михаил Ренатович («Гиена»). |
| ТЕКУЩЕЕ МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ: Северо-восточный промышленный район, в 43.2 км от вашего текущего убежища. Движется по направлению к бывшему ТЦ «Рассвет». |
| ТЕКУЩАЯ АКТИВНОСТЬ: Целенаправленное продвижение к анклаву выживших под управлением субъекта «Касьян» (Шаризов Виктор Анатольевич). Цель, исходя из анализа энергетических паттернов и направленности воли субъекта — УСТРАНЕНИЕ (убийство) вышеупомянутого «Касьяна». |
| ПРОГНОЗИРУЕМОЕ ВРЕМЯ ДОСТИЖЕНИЯ ЦЕЛИ: 50-70 минут. |
| ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Уровень угрозы в зоне цели — ВЫСОКИЙ. Наличие множества «идущих по Пути», укреплённых позиций и самого субъекта «Касьян» (Уровень 9, Пиковая ступень, пиковый этап). Шансы на успешное устранение субъектом «Гиена» в одиночку — НИЗКИЕ. Шансы на гибель или плен — ВЫСОКИЕ.|
Я открыл глаза. Воздух вырвался из лёгких со свистом, как будто меня ударили в солнечное сплетение.
Устранение Касьяна.
Один. За полсотни километров от меня. Сейчас. Через час он уже будет там.
— ДОЛБА*Б! — вырвалось у меня хрипло, в пустоту склада. — Конченый, безумный, еб*ный...!
Паника, холодная и острая, сменила беспокойство. Он не пошёл проверять силу на Чужих. Он пошёл проверять её на главной угрозе. На пауке, в чьей паутине мы едва не сгнили. Он пошёл отомстить. Или доказать что-то. Себе. Мне. Миру.
Он погибнет. Даже с его новыми силами, с холодом и контролем. Касьян не был тупым бойцом. Он был тактиком. У него были люди. Ловушки. Громило. Десятки других. Мишка ворвётся туда, как слепой бык, и его задавят. Или возьмут живым. И тогда... тогда с ним сделают то, что Касьян приберёг для самых опасных и непокорных.
Движения мои стали резкими, почти автоматическими. Я сорвал с гвоздя свой рюкзак (лёгкий, наскоро собранный для коротких вылазок), затолкал туда банку тушёнки, флягу с водой, всю аптечку. Схватил нож — тот самый, с которым убил того парня и Равиля. Лезвие было чистым, но в памяти оно всегда было в крови. Сейчас это не имело значения.