Купец поневоле (СИ)
Гномы в злобе раскопали нору, и убили змей, размером около метра. Окрас кожи, напоминает наших аспидов, ярко красные пятна на коричневом фоне. Немного подумав, достал колчан негра с отделениями, стрелы для лука переложил в другой. Часть своих наконечников стрел от арбалета, с помощью Виктора, очень осторожно смочил ядом и сложил туда, заткнув полиэтиленом с кожей. Старший сначала был против моей затеи, но я смог его переубедить. Для страховки использовали перчатки из нашего мира, которые потом выкинули. Конечно, хорошо бы и собрать внутренности, но не рискнули, вид погибших гномов, остудил наш порыв.
В общем, пока то да се, задержались с выходом на пару часов, на что Старший был крайне недоволен.
Растительности на этом берегу, явно больше, поэтому меры предосторожности приняли еще больше, а это отразилось на скорости передвижения. Так, что к вечеру все были издерганные и злые. Учтя прошлый опыт, стоянку выбрали тщательно, досконально все изучив.
Зато утром, меня чуть сердечный удар не схватил, побудка была классная. Лай Шарика. Резко вскакиваю, хватаю арбалет, ищу противника.
И где этот (гадский) муур раздобыл такое бревно и главное когда? Останется тайной, как у него спросишь? Стоя в четырех метрах от меня и размахивая хорошим таким бревнышком, метра полтора длиной, как я бы лозиной. Сужающая часть у его рук, а большая вверху, дубинка что надо. Илья Муромец местного пошиба, едрит его так. Воздух гудел вокруг его дубины, как стая рассерженных пчел. Хорошо еще, что он встал как вкопанный. Все тут же схватились за оружие, а я даже успел сотворить формулу воздушного кулака. Вот только, с перепугу забыл наполнить ее энергией, возможно, это его и спасло. Пару стрел и дротик, пущенные от нас, он отбил играючи. Еще немного и на одного муура, в Скопии, стало бы меньше. Но тут окрик Старшего, как будто у нас дома:
— Всем стоять, не двигаться.
Ну а добавить, «работает спецназ ФСБ» и вообще было б красота. Как он успел разобраться в ситуации, ума не приложу? Вот, что значит военный опыт, когда дело идет на секунды.
— А что вообще происходит? Он точно не нападёт? — Николай.
— А ты, на его мелкого, посмотри? — Виктор.
Перевожу взгляд, где у нас должен быть маленький муур. Он стаял с серьезным выражением и гордости на своем бараньем лице, если я не ошибаюсь. Сам черт ногу сломит с этими мутантами, куда уж нам. Стояли возле охары с Аликом и смотрел на большого.
— Алик, ты его хоть чему-нибудь научил? Это, что за представление? — так и хотелось добавить, клоуна. Вернее очень большого клоуна.
— Нет — затравленно, проблеял малыш.
— Старайся. Чтоб к Фраму смог общаться. Понял — сердится Старший.
— Что-то мне подсказывает, что он хочет показать, какой он хороший воин — Виктор.
— Больше на доктора, похож. На проктолога. От запоров само то — Старший.
— Э… Надо его хоть немного приодеть. А то, как в обжитых местах быть с таким. Голый и с дубиной — неуверенно высказывается Николай.
— Да точно! В смирительную рубашку с рукавами покрепче и с пару медбратами по больше — Старший.
— Один момент, сейчас — Виктор полез в БТР. Копался минут десять, за это время мы уже пришли в себя. Вот протягивает очень потертую и большего размера шляпу-афганку мууру. И где он ее откопал, где хранил, в каком закутке БТРа? Мы облазили все закутки БТРа, искали, чтобы продать и пополнить запасы, но оказывается не все. Есть значит где-то укромные места у нашего водителя. Вот жук.
Огромный муур без всякого стеснения взял шляпу и одел на голову. Раз мы носим, значит и ему подойдет. Шляпа налезла чуть вперед, почти на самые глазные дуги. Задние часть головы, там, где рога изгибались, под шляпу не влезли, оставляя открытый затылок. Что-то мне кажется, Виктор поспешил с подарком, как бы он не посчитал, что мы его принимаем как равного.
— Красавец. Как его хоть зовут? Береза? Да? — Старший.
— Весь джентельменский набор трусы (вернее набедренная повязка) и шляпа — комментирую необычность ситуации.
— Надевая трусы, не забудьте за шляпу и часы — съехидничал Николай.
— Вот Николай, ты обеспокоился внешним видом? Так что действуй. Трофеев у нас разных много, сооруди что-нибудь ему, мелкому и Алику до приезда в город — отдает распоряжение рассерженный Старший.
— Э… Я… — начал было Николай.
— Ну а кто? Ты у нас завхоз, вот и действуй. У других и так забот, полон рот — подвел итог Старший.
— Не знаю у кого как, а вот от кружки вина я бы не отказался — присоединяю свой голос.
— Здравая мысль, всем по сто грамм вина налей, Николай — дает распоряжение Старший. День перестает быть томным.
Быстро позавтракав и запив вином, выдвигаемся, нам надо дойти до небольшого брода, но не переходить. Там не река, а скорее небольшой ручеёк. Я успел зарядить еще два амулета, для Николая и Алексея. Вроде ему сейчас и не надо, но пусть будет, мало ли что.
Прибавилось растительности, а с ней и всякой живности. То и дело какой-то писк, свист, дребезжание растительности окружало нас. Насекомых тоже прибавилось, я уже было нацелился на пару представительных экземпляров, но вспомнил слова Свата — половина ядовитых. В другой раз, обязательно. Надо сачок сделать при случае и клетки. Где-то вдалеке мелькали и животные по крупней, с разумными они явно уже познакомились, и похоже, им это не понравилось, близко не подпускали. Гонятся Старший запретил, нам только этого сейчас и не хватало.
К обеду подкрепился холодным мясом, причем поблажка касалось только меня. Правда, попала туда и одна наглая норка, вне конкуренции, но тут уж не чего не поделаешь, иначе мне покоя не будет.
Пытаюсь зарядить еще защитные амулеты, но тряска сбивает с концентрации, пришлось бросить до следующей стоянки. Лучше я пока посплю, а потом буду действовать.
На стоянку остановились на холмике, предварительно его хорошо проверив. Спугнули стайку существ, напоминающих большеухих лисиц, сильно не довольных нашим вторжением. Заросшим гигантскими лопухами, холм представлял хорошее убежище, в них очень можно замаскироваться даже с фургонами. Старший, этим не ограничился, а заставил гномов поработать лопатами. Сам же с частью наемников, расставил капканы. Я сразу же зарядил два самых простых амулета и отдал их Ветру и Несущему. Перенесли и проверили Алексея, пока без изменений. Состояние медленного угасания, я бы так назвал. Затем принялся заполнять ежедневник и чертить карту, советуясь с Виктором. Заодно записать вопрос, об этих загадочных картах. В остальном как обычно, Николай раздает продукты и сопутствующее колониальные товары, Виктор варит поесть.
— Надо будет узнать, может, есть что-то типа сухого горючего? Вот эта хрень с костром не всегда к месту — Виктор.
— Согласен. Как разбогатеем отвечаю спокойно. — Да вроде видели, что-то у Малыша, забыл? Я хочу попробовать зарядить новый амулет, подстрахуешь.
— Что сюрприз ожидаешь?
— Да черт его знает. Все может быть, а так спокойнее — мысленно чешу себя в затылке.
После того как все собрались и поели, садимся с ним чуть в стороне. У меня два необычных амулета, поколебавшись, выбрал негра. Другой, уж слишком хорош, там сто процентов сюрпрайс.
Сооружаю, маг-конструкцию и подаю то лику силы. Вот не зря чувствовал подвох, как только сила поступила на амулет, от него к моему центру образовался мостик и давай у меня выкачивать маг силу.
— Виктор эликсир — только и успел произнести я, прежде чем потерял сознание.
А дальше, я оказался в каком-то гигантском лесу, в серо-зеленых тонах. Кроны деревьев, смыкались на какой-то не постижимой для меня высоте, наверное, и не в один ярус. Из-за этого вокруг и был серо-зеленый сумрак. И что самое необычное, я не видел листьев на разнообразных деревьях, одни разнообразные стволы. Нет, они, скорее всего, есть, но где-то там и очень, очень высоко. И что сильно пугало, вокруг мертвая тишина. Ни то, что животных или птиц, даже ветерка не было. Все застыло в каком-то безмолвии. И тут, недалеко от меня, откуда-то взялось существо и понеслось на меня. Чудовище, напоминающее огромного и лохматого паука. Ноги мои «вросли» в землю и не могли сделать и шагу, хотя и понимал, что надо бежать. Все тело отказывалось мне повиноваться, и я замер как кролик перед удавом. Нет, как муха, попавшая в сеть и переставшая трепыхаться. Мой испуг, отражался зеркальным отражением на множестве глаз, на уродливой голове. Жвала сжимались и разжимались, готовые вцепиться в мое тело. Капельки яда блестели на кончиках, словно драгоценные камни. Все кончились для меня чудеса, буду чьим-то обедом.