Купец поневоле (СИ)
Открываю левый глаз и вижу мордочку Шиши, которая таким способом выражает свою радость и признательность. Ели сажусь на травяном мате. Спасибо, что хоть подстелили, а не на голой земле. Пожар на той стороны реки еще продолжался, и тело чувствовало тепло, а обаяние гарь. Правда, немного как ватное, но ничего главное живой, выбрался из этой заварушки. Первый взгляд на правую ногу. Вся мокрая штанина формы Виктора, между прочим, порвана на куски и ленточки. Нога вся в белых шрамах, слава богу, уже не кровоточит. О, еще и босой, на правую ногу. Однако. Ну, что за дела? Как какая неприятность, и я остаюсь без штанов. Маг без штанов, звучит. Хотя маг, у, это как-то я сильно, загнул, но вот без штанов — точно. Может мне перед каждой дракой, раздеваться? А то на меня штанов не напасёшься. А что, заодно мужской стриптиз устрою, может тут не видели никогда? А пока враги смотрят, наши их перестреляют. Будет военная хитрость. Тьфу ты, и придёт же всякая гадость в голову. Может это на меня так эликсиры действуют? И вообще, столько я их уже наглотался, надо завязывать. А то еще наркоманом стану, эликсирным.
— Вить, спасибо за помощь. Куртка тоже твоя? — извиняющимся тоном, за допущенную неловкость — а у нас пожевать, ничего случайно нет?
— Так и знал! На, держи, проглот. А куртку пришлось переодеть, твоя мокрая была — уже улыбаясь, и подавая котелок с мясом и лапшой.
Ем, не обращая внимания, ни на что. Лишь изредка, давая кусочек мяса Шиши, сидящей на моем плече. Она явно сытая, но берет от радости и за компанию.
— Ну, брат, ты и матадор! Твое сольное выступление поразило всех! Высший пилотаж! Теперь у тебя много фанатов и можно создавать фанклуб. Я первый запишусь плюхаясь рядом с нами, с пафосом произносит Колюня.
— Ты сапоги принес, острослов? — рядом садится Старший с перевязанной рукой.
Перевожу взгляд на Виктора, а у него явно что-то с левой ногой и порванный ботинок. Опять взгляд на Старшего, и задаю немой вопрос, при этом энергично работая челюстями.
— Если честно Сережа, то ты, своей скачкой нас всех спас — серьезным тоном, но с улыбкой, начал рассказ Старший. — Когда ты оседлал листа, это так быка-барана зовут, кстати, интересное создание. Магически инертен, и два сердца, ты представляешь. Создан эльфами для борьбы с магами других разумных и не очень. Его уже разделали, шкура твоя. Там такой трофей, аж завидки берут.
— Так при случае, я уступлю место — говорю, а сам еще жую, и отрываться не собираюсь.
Старший, еще тот хитрый жук, на подколку не повелся.
— В общем, когда ты его взнуздал, он повернул назад. Уж не знаю чего, но всадники развернулись и назад. Их маг, тут же туннель закрыл. Видать этот лист, тот еще конь в пальто — выдохнул Старший, собираясь перевести дух.
— А потом ты выскочил на берег и давай показывать класс верховой езды! Даже крокодилы впечатлились, не то, что мы — не выдержал Николай.
— А чего, его к воде понесло? — с набитым ртом, ели выговариваю, непонятный мне момент.
— А потому, что только там, на берегу, было открытое место и была возможность прыгать в волю — Старший. Потом о чем-то задумался на пару минут, и продолжил.
— Хотя нам тогда было не до этого. Эти местные крысы, басыи, задали нам жару, досталось всем. Прыгучие, как резиновые мячики. Хорошо, хоть без летального исхода. Ели убили. У нас все перекусанные, а Шарика пришлось эликсирами поить, его чуть одна вообще не разорвала, на много маленьких Шариков — досказал Старший.
— А на вид и не скажешь — оторопел я от информации. Нет, я конечно слышал, что загнанная в угол крыса превращается во льва. Но пяток созданий сумели навести шороху против пятнадцати вояк, это перебор. Может хорошо, что меня там не было? Хотя способ, надо выбирать по мягче, а то вон все тело болит.
— А когда ты был почти на плоту, тебе в ногу крокодил уцепился. Его Сват убил, попал в глаз, ты представляешь? Так и вытащили тебя с крокодилом на ноге. Опять тебе трофей — на последних словах с подколкой, Николай.
Ё-мое, да я там что, всех «зрителей и участников» к себе «пригласил»? Все, стал местной знаменитостью. Ждем оваций, подарков и цветы.
— Ну да в одном бою быть всадником, пловцом и наживкой, на крупную дичь, дорого стоит — наконец не выдержал Виктор. И все заржали.
— Э… Мда — только и оставалось выговорить мне.
— Хорошо, что хорошо кончается. А если серьезно, то я только сейчас осознал, на сколько, мы не готовы. Не убежали бы всадники, нас бы там всех положили. Крысы нападали, а стрелки спокойно расстреляли с луков и арбалетов, как в тире — Старший.
— Это точно — Виктор.
— Так мужики, время, золото. Быстро собрались и вперед. Еще не известно, что нас ждет — отдает распоряжение Семеныч.
— Эй, а куда правый ботинок делся? — снимая левый мокрый ботинок, задаю вопрос Николаю. Старший с Виктором уже ушли по своим делам.
— А его местная фауна решила схарчить и попробовать, что за блюдо. Пришлось отдать — начинает дразнить меня Николай, разводя в сторону руки.
— Ты что? — еще не до конца разобрался в куче поступающей информации, всего много и все слишком «круто» для меня.
— Ну и чего тут не понятного. Ну, местный, ну крокодил, малость пожевал, пожевал и выплюнул. Видать твой, инопланетный потняк, ему не по вкусу, больно специфический. Не будешь же ты, после этого носить — делано огорчившись, разъясняет слова друг, копируя Райкина. — На, я, твои старые залатанные штаны притащил и панаму.
Переодеваюсь в сухую одежду и обуваю сапоги, сделанные Садхом. Смотрю на свою мокрую. Вздыхаю. Пояс вообще не пострадал и почти сухой. Куртку высушим и дальше носить будем. Панаму на голову, перед боем оставляю в БТРе, иначе точно потеряю. Осматриваю себя, да видок, еще тот. Превращаюсь в бомжа, инопланетного. Это диагноз или обстоятельства? Как-то тенденция мне не нравиться. А вот нож, я один потерял. Очень жаль, они мне нравились и только, только вроде начало получаться. На мой взгляд. Опять вздыхаю и цепляю оставшийся.
— Второго мы так и не нашли, наверное в воде потерял видя мое разочарование, добавил друг.
— Ладно, пошли, посмотрим, как у нас дела не радостно отвечаю. Жалко стало ножа, аж до слез. Это дома пошел, купил, а тут что делать? Почему то вспомнились народности Крайнего Севера, разные чукчи и эвенки, которые за хороший нож, готовые все отдать (образно).
— А как барана завалили? подсаживая Шишу на плечо, спрашиваю Николая. Опять же, у всех нормальных разумных, на плече говорящий попугай, и куча золота и перспективы. А у меня проказливая норка и рваные штаны! Вот же везёт мне по жизни! Все ни как у других, все шиворот навыворот. Даже умудрился на баране — быке поскакать. Да и то задом наперед. Читал, что в старину была казнь, связывали руки и сажали, задом наперед на лошадь. А тут сам, почти добровольно, «вот везет, так везет»!
— Я ели успел открыть рот.
— Арбалет подобрали, там не только ты вещи раскидал. Так что собрали все — перебил и тут же успокоил Колюня.
— Хоть это радует. Ладно, давай вернемся к нашему барану.
— Когда ты улетел, козлик расстроился, так расстроился — начал шутливым тоном и жестикуляцией Николай.
— Коль, давай потом. И так себя чувствую, как под каток попал. Конкретней. Хорошо — перебиваю друга и похлопываю по спине, чтоб не обижался. Еще бы такое действие воочию увидеть. Да за такое деньги надо брать и не малые. Ой, опять меня не туда понесло, точно контузия, если что не по хуже. Нездоровая такая тяга к деньгам появилась, к чему бы это?
— Ну, раз так — немного насупившись, Николай, явно намереваясь посостязаться с бароном Мюнхгаузеном, в придумывании красивых и невероятных историй. — Баран в воду за тобой, там мы его стрелами и дротиками в голову и шею истыкали, пока он плыл. А чтоб плыл не быстро, его крокодилы за ноги держали. Помощники, добровольные (представляю, сколько о себе местные крокодилы услышали в свой адрес, «какие они милые и хорошие»). Потом мы совместными усилиями тянули бегемота с болота. Ох и не легкая это работа, тащить бегемота с болота — забывшись, опять перешел на рассказывание придуманной истории.