Барин-Шабарин 2 (СИ)
Эта ночь была настолько серьёзной кардиотренировкой, что утром я даже не вышел на пробежку и не выполнил элементарный комплекс упражнений. Лекарство под названием Эльза Шварцберг, казалось, подействовало даже на меня, заставляя временно забыть об Лизавете Дмитриевне. Несмотря на множественные, порой, даже акробатические этюды в нашем с ней исполнении, рука наутро не болела и даже рана на ней не саднила сукровицей.
Следующая ночь была примерно такой же страстной, может, только лишь чуть с меньшим количеством слёз. Наверное, все слёзы Эльза пролила вчера. А вот её либидо, та сексуальная энергия, которая в женщине пробуждалась с заходом солнца, да и не только, продолжала бить ключом. Так что наутро перед отъездом я уже посчитал, что пару дней такого секс-марафона, включая все те физические нагрузки, которые имели место быть у меня и у этой русской немки по ночам, а порой, если мы где-то случайным образом встречались, так и днём, и вечером, и утром, вполне могу засчитывать как спортивные тренировки.
Четыре кареты, пятнадцать всадников, ряженых под казаков — по современным меркам, наверное, это не такой уж и маленький караван помещика. В особенности должно было впечатлять сопровождение. Словно какого великого князя или самого императора сопровождали.
Кроме бойцов-дружинников, были еще Эльза, полицмейстер, двое его сопровождающих, а также Жебокрицкий и Лавр Петрович Зарипов.
За последние дни, пока я занимался подготовкой к выезду в Екатеринослав, у меня состоялись ещё два разговора. Пришлось ещё раз припугнуть, а после поманить небольшим пряником Жебокрицкого. Я обязался не рассказывать о том, что он присвоил себе также некоторые участки земель других соседей.
Но вот предать Матвея Ивановича Картамонова, который уже делает для меня много доброго, и не сказать ему, что озеро и Большой Луг принадлежат не Жебокрицкому, а крестному, я не мог. Так что за таким разговором последовал акт передачи. Впрочем, мы обошлись без каких-либо бумаг, лишь ударили по рукам, а я насилу остановил Матвея Ивановича, чтобы тот ударил только по руке Жебокрицкого, а не по его наглой морде, которая так лихо по кусочкам крала земли у своих соседей.
В этот раз путешествие оказалось даже приятным. Нам не приходилось вытаскивать телеги из снега или грязи, погода устоялась благоприятная, лишь только пару раз накрапывал небольшой дождик, но и он был на пользу, так как прибивал пыль на дорогах.
— Алексей Петрович, остановиться бы в Павлограде, — сказал Лавр Петрович Зарипов, когда мы уже свернули на дорогу, чтобы обогнуть город. — С чего нам так прятаться? Неужто думаете, что попробуют напасть? А если и так, то мы с револьверами…
Я не особо разделял воодушевление Лавра. Эка он под солнышком раздухарился. Однако, может быть, он и прав? Я же думаю несколько иными категориями, ожидаю подспудно какой-нибудь группы захвата, чего-то вроде СОБРа. Но такого в этом времени нет, даже в полиции не будет достаточно сил, чтобы сравниться с моим отрядом по огневой мощи.
— Давай, Лавр. Согласен, поесть нужно да прикупить запасов в дорогу, — согласился я.
В Павлограде не было элитных ресторанов. Здесь не было даже просто ресторанов. Лишь два трактира, и то… так себе уровень. Но претензий к городу не имею. Еще двадцать лет назад здесь и вовсе было одно каменное здание — храм. А все остальное — мазанки или даже полуземлянки.
Так что выбора особого и не было.
— Господа, я рад, конечно, что вы решили меня посетить, но скажу то, чего никогда и никому не говорил… — на пороге трактира нас встречал человек, в котором несложно было определить еврея, ну да их в губернии немногим меньше, может, только, чем в Одессе. — Выберите другое место.
— Интересно, это когда же твои соплеменники от прибыли отказывались? — усмехнулся я.
Мужик наклонился ко мне и тихо, оглядываясь назад, в зал трактира сказал:
— Есть тут у меня один… Пьет уже вторую неделю. И все бы ладно, даже платит, но… Буен, бьет всех гостей, — сказал еврей и вжал голову в плечи. — Все зовут меня Есей, это если не жидом называть станете, а по имени.
— Умеешь ты заинтересовать, Ёся, — усмехнулся я. — И что ж полиция?
— Так и не трогает, сколько денег уряднику не отдаю, но этого и не трогает. Вот и как мне быть? А еще у него дите было на руках. Пятый год так пьет, а мне за дитем пригляд, — продолжал хозяин трактира.
Я смело вошел внутрь. Ну, не бояться же мне пьяного дебошира, право слово.
— Я же сказал, что закрываю трактир, — взревел знакомый мне голос, а после показалась и лапища, которая пыталась меня ударить.
— Тарас? — удивился я.
— Во… я Господа Бога молю, чтобы он вразумил меня, а ты сам пришел, — заплетающимся языком сказал один из исполнителей Кулагина. — Не хочу я больше убивать. Вот тебя… мне приказали убить. Вот сейчас посплю и буду убивать. Ты только никуда не уходи, дай поспать!
— Конечно, спи… Я пока нож наточу, — сказал я, наблюдая, как прямо на столе мостится улечься Тарас, сворачиваясь в позу эмбриона.
Следующий том читать прямо сейчас: https://author.today/work/427017