Проклятые М1 (СИ)
- Все братцы, кап.-
Как-то само собой вышло, что замедленные друидом цели никто не атаковал, те едва плелись и вот-вот должны были остановиться, тем более что и без них хватало по кому вести огонь. Целей было много больше, чем два десятка, навскидку их уже столпилось не меньше сотни. Всему виной их общая неспешность, правда, целеустремлённости им не занимать. РПУ захлёбывался пытался выдать тем стрельбы выше расчетного, мои пассивные таланты подстегивали его урон и скорострельность. Нашивка смертельного удара также показала себя прекрасно, сказывалось количество целей, чего – чего, а в этом недостатка не было. Редут из павших, зомби преодолевали без труда, вместе. Порой помогая друг другу, чего меньше всего можно было бы от них ожидать, они рвались к нам, постепенно сокращая дистанцию. К тому же более крепкие и живучие, бывшие солдаты или наемники, поди их разбери, имели при себе огнестрел с боезапасом. Особенно неприятным сюрпризом был здоровяк в остатках неизвестной брони с «живой» автопушкой. Назвать этот агрегат –пулеметом, язык не поворачивался. Каким -то непостижимым образом, этот здоровяк оставался неприметным в общей толпе до самого последнего момента. Толстяк, что шел перед ним, лопнув как гигантский гнойник, явил нам этого мини босса. Не теряя времени и надевая нам опомниться, мертвый пулеметчик открыл огонь на поражение. Целью номер один стал Антон, хрустальный защитный купол явился после первых же попаданий, заставив водяного броситься навзничь на асфальт, спасаясь от огня. Пару секунд здоровяк еще долбил в то место, где только что был Антон, после чего рывком перевел огонь на одного из парней командира.
Пускай точность у мини босса хромала, да и с реакцией большие проблемы, однако сто семнадцать «К» хит поинтов, девяносто третий уровень и внушительный калибр авто пушки, делали его смертельным соперником. Противный хруст разбитой броне пластины и боец куклой оседает на пол. Не помог казавшийся таким прочным железобетонный поребрик и навороченная броня. Короткий взгляд немного обнадеживает, он еще жив, пускай здоровье и в минусе, но работает талант, не дает парню вот так бесславно загнуться. Командир и его основная команда зачистки, зря времени не теряли, если до появления пулеметчика они с вялым интересом наблюдали за расправой над практически беззащитными мертвяками, то завидя босса открыли огонь все как один. Короткий пум, и пятерка подствольных гранат разрывается за спиной босса. Дистанция до него никакая, и в упор бить смыла нет, гранаты попросту не с детонируют. А если даже и с детонируют, то легкие осколки куда опасней нам, нежели ему. Однако залп, все же заставляет пошатнуться пулемётчика, его орудие посылает длинную очередь в потолок, разлетаясь непредсказуемыми рикошетами. Но вроде бы все обходиться, костлявая миловала, не стала брать в свои холодные ладошки наши души. Настя, не останавливаясь ни на секунду ловко и точно посылает все новые огненные шары, разве что более чуть более убойной версии. Каждый из них разбиваясь о грудь мини босса, немного сбивает ему прицел. Антон, уже немного осмелевший, выставил дугообразную защитную полосу из колышущийся воды, и принялся бить короткими очередями в супостата. Аналог купола, но защищающий только с фронта, к тому же привязанный к точке на земле, заметный плюс, нет необходимости постоянно её поддерживать. Серега, готовился опять жахнуть своим убойным диском, видимо откат уже прошел, вот только слишком он удобная цель. Единственный кто не спрятался за поребриком так это он и Антон. Пускай поребрик не очень надежное укрытие, но все же укрытие, как ни крути. Какой бы ни был тупой зомби, Серегу он всяко видит, как и Антона, вот только защитная полоса сразу не лопнет, а то и вовсе защитит лучше, чем железобетон. Остальные то ли не понимают опасность нависшею над Сергеем стоящего во весь рост, то ли увлечены прицельный стрельбой в глухой стальной шлем зомби, с разбитыми бронестеклами, но никто ничего не предпринимает по спасению товарища.
Мы все были, мягко сказать, напуганы. Но это был хороший страх, не сковывающий тело, а наоборот вызывающий прилив адреналина. То, что жизнь хочет поставить передо мной выбор, выпустить пару тройку прицельных очередей находясь в относительной безопасности или попытаться спасти героя, даже не понял. Точнее увидел только один вариант, саму встать в полный рост и попытаться переманить внимание твари на себя.
Это глупо – говорила голова, это страшно – говорили колени, это правильно – отвечало сердце. Вопя, нечто несуразное дурным голосом, который неожиданно осип, долбил одной бесконечной очередью по твари пытаясь привлечь к себе внимание. Кажется, в процессе использовал весь свой запас матерного русского, он же русский командный, и даже на ходу сочинил пару тройку новых выражений. Тварь хоть и неживая, и то чуть склонила голову набок, словно прислушиваясь. Когда же пошли повторы, наконец перевела огонь с ничем не провинившегося поребрика, за которым все одно уже никого не было, на меня. На сей раз не было товарища, что сбил еще одного дурака, решившего свети счеты с жизнью не самым простым способом. В лоб, словно кувалдой ударила тяжелая пуля иномирца, сухой треск и снова ощущение короткого полета. Зеленый диск Сергея наконец то сорвавшись, перерубает короткую бычью шею твари, отделяя железный котелок от тела. Почти восемьдесят тысяч урона, так оценивает цифровое зрение ваншот от Сергея. Это последние, что успел увидеть перед ударом о землю и последующим забвением в сером омуте нигде и никогда.
Глава 35. Тысяча сто четвертый
- Боец, мать твою, вставай. Слышишь приказ, а ну вставай!- Сквозь вату в ушах пробивается чей то противный голос с рокотом винтов напополам. Двигать головой не получается, что то мешает, левый глаз не открывается до конца, да и правый с трудом удается разлепить. До боли знакомое, и такое милое лицо склоняется надо мной. Расплывчатая фигура рыжей Насти и командира чуть поодаль. В груди и жар, и холод, руки налиты свинцом и слушаются они меня крайне неохотно. Попытка подняться заканчивается вспышкой боли в голове и снова серая муть, такая теплая и уютная. Резкий, щиплющий жар, опаливший обе щеки, и чья - то ругань вырывают меня из ее сладких объятий. Довершает экзекуцию рука командира со всего маху, всаживающая шприц пистолет с длинной иглой и наполненный чем-то малиновым, мне в грудь. Бронника нету, и вообще я по пояс голый. К тому же над головой метал вертолета, а не сумрак стоянки. Где я и что со мной? Состояние незнакомое, мне легко и тяжело одновременно, а в довесок дико хочется пить.
Мягкое шипение пистолета шприца и более половины содержимого выдавливается в мою тушку. Все что знал или ощущал до этого меркло перед этим восхитительно безумном мерзким томлением и ожиданием дальнейшего ужаса. Мышцы поочередно сводило судорогой, тысячи ежиков пробежали под кожей во всех направлениях сразу. Возбуждение достигшие всех чресел разом, в мгновение ока сменилось блаженным расслаблением. Глаза сами собой закрылись, но на сей раз меня встречала тьма обычного сна, пускай и несколько беспокойного. Наркотик или лекарство, впрочем, это в некотором роде почти одно и тоже, наконец, подействовал, впуская меня в царство Морфея.
Чудесный сон, в котором было доступно все, могучая сила, полная незамутненная ясность бытия, и красивые обнаженные женщины, как знакомые из реальной жизни, так и безликие незнакомки. Был прерван довольно бесцеремонно. Механический шар с бесчисленными щупальцами с разнообразными медицинскими приспособлениями, имевший надпись на английском: автодоктор четыре тысячи гамма, сейчас массажировал меня двумя парами механических рук. Именно прикосновение холодного железа к голому телу и вывело из состояния блаженного покоя.
- Добрый день пациент тысяче сто четыре, как ваше самочувствие? – холодным был не только металл автодока, но и его интонация. Хотелось ответить, но язык прилип к гортани, подняться не давали ремни на руках и ногах, а к горлу подступал комок дурноты.