Игры Теней. Том 1 (СИ)

Чёрт, если они узнают о том, что я спал с каждой из них, то…
«Ничего не будет. Неформалочка же сказала, что не против других. Может, и она устроит тебе тройничок?»
Точно, Лиза и Алёна тоже захотят прийти на праздник.
— А на концерт приглашаются только ученики школы? — на всякий случай спросил я.
— Мы пока ещё не решили, — ответила Эля, вновь недобро на меня посмотрев. — А к чему такой вопрос?
— Наверное, хочет пригласить бывшую Лобастова, — усмехнулся Игнат. — Как её там, Кинза?
— Лиза, — спокойно ответил я. — Ты вроде высокий парень, чего ж юмор настолько низкий?
— Слышишь?! — он хотел было подняться, но вовремя передумал. — Ай, отвали, — просто отмахнулся, будто ничего и не было. — Не хочу с тобой спорить. Твои проблемы.
— Так, хватит вам мериться чем бы там ни было, — прервала нас Эля и поднялась из-за стола. На этот раз она смотрела на меня выжидающе. — Влад, может, у тебя есть подходящие мелодии? Уверена, тема любви тебе хорошо знакома.
— Ага, Ростову, которого гоняли с рождения, — пробормотал я себе под нос, но так, чтобы все услышали.
И снова я удивился, так как никто ничего не возразил. А ведь могли бы. Та же Адашева всю мою учёбу только и делала, что задирала меня. Неужто всё настолько сильно изменилось? Но почему? Как?
«Харизма, — без тени юмора послышался внутренний голос. — Они видят, насколько ты стал силён. Чувствуют твою энергию, такая ведь способность есть у всех магов. Не только у тебя».
Допустим. Но всё равно странно. Будто кто-то подговаривает мелких аристо.
«Может, это их предки? Один из них уже вышел с тобой на прямой контакт. Другие тоже могут что-то с этого поиметь, только пока не поняли, то именно. Мы ведь разобрались, что твой отец хотел создать множество полезных вещей. Но так и не довёл дело до ума. А у нас почти получилось. Осталось только внедрить это в массы».
Да уж, нанопластырь и отрезвитель могут принести много денег. Но как их легализовать, когда в верхушке сидят толстые и жадные ублюдки? Они ведь не захотят терять деньги на тех лекарствах, которые будут заменены моими.
«Вот с этим надо разбираться. Но моё предложение насчёт чужих голов всё ещё в силе».
Оставим это на десерт. А пока разберёмся мирным путём.
— Влад? — голос Эли долетел до моего сознания, словно сквозь пелену. — Всё нормально?
Внезапно она стала той же доброй и прекрасной женщиной, которую я знал. Но всего лишь на секунду. Когда я посмотрел на неё, учительница вновь превратилась в Снежную королеву.
— Всё хорошо, — ответил я и встал из-за рояля. Была одна идейка, но требовалось что-то поинтереснее клавиш. — Игнат, — позволишь? — я протянул к нему руку.
— В смысле? — он не сразу понял, но потом, чуть поколебавшись, вручил мне гитару. — Смотри осторожнее, у неё струны дороже, чем твой дом.
— Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулся в ответ и присел на ступеньку. — Да, Эльвира Геннадьевна, — начал я, глядя на гриф и осторожно перебирая пальцами, пытаясь уловить мелодию, — о любви я узнал многое. И у меня есть несколько отличных композиций. Выбирайте любую.
После чего начал играть.
  
Глава 10
 
Лёгкие переборы заставили дрогнуть струны, как и души моих слушателей. Да, аристо, что собрались в комнате, были многогранны: заносчивы, умны, нахальны, но в то же время у них были сердца, к которым мне удалось пробиться. Мы уже не в первый раз играли вместе, и даже наглый Игнат редко перечил мне, понимая, что сотворить нечто похожее на мою музыку не сможет.
Я же плавно двигал кистью и пальцами, стараясь, чтобы волн тепла, исходящих от слушателей, было как можно больше.
 
 
Высоко в безмерной глубине витает
 
Лик звезды. Мгновение горит и тает…
 
 
И вот здесь должна пойти новая партия, но пока я всего лишь показывал основу.
 
Плавно переключил гитару на дисторшн и продолжил петь:
 
 
Ты одна в той неизвестности без края.
 
Где искать тебя, моя любовь, не знаю!
 
 
На последнем слове мигом поднял вокал на несколько тонов, отчего слушатели дрогнули. Я уловил их чувства, им нравилось то, что я исполнял. Более того, это нравилось мне. Нет ничего лучше, чем заниматься делом, от которого получаешь истинное наслаждение. Это сродни сексу, только более метафоричному, эмоциональному. Одним словом — катарсис.
 
 
Где тропинка, что ведёт
 
Сквозь бесконечность неба?!
 
 
Краем глаза заметил, как Эля сжала кулаки и на мгновение отвернулась к окну. На её глазах блеснули бисерки слёз, которые она тут же смахнула.
 
 
Там Вселенная твоя,
 
Где я ни разу не был!
 
 
(Омела — Невидимая)
 
А дальше гитарное соло. Мне пришлось встать, чтобы отыграть по-настоящему. Но в тот момент мне было абсолютно наплевать, как я выгляжу. Когда человек погружается в творческий транс, ему нет никакого дела до окружающего мира. И вместе с этим его энергия, позитив и настрой передаются остальным. Именно так и происходит на концертах, когда в воздухе витает дух игры, поглощающий сотни и тысячи людей в едином порыве.
Но песня подошла к концу. Последние строки я спел уже в том же тоне, что и начинал, постепенно заглушая мелодию. А когда остановился, то выдохнул и посмотрел на остальных.
— Ну как? — спросил я с лёгкой улыбкой. — Подойдёт для праздника?
Первые несколько секунд в кабинете царила тишина. Вот вроде бы и привыкнуть должны были, а всё равно выглядят ошарашенными. Неужто так сильно на них влияет музыка?
— Охренеть, — первым произнёс Макс. — И почему ты раньше так не играл? Да все бы позабыли, кто ты такой и носили б на руках.
— Сильно сомневаюсь, — хмыкнул я.
— Это верно, — кивнул Агат. — Но в чём-то Макс прав, если б ты раньше так же классно играл на гитаре и рояле, то никто из девушек и слова бы против не сказал.
При этом он слегка покосился на Адашеву, но та даже внимания не обратила на издёвку.
— А ты… — начала она, но тут же осеклась под моим пристальным взглядом. Я очень надеялся, что Наташа не будет упоминать клуб, и девушка понимающе кивнула. — Ты альбом когда-нибудь запишешь? А то уже столько песен, а мы только в школьном зале их и слышим. Так бы уже неплохо заработал на своих золотых ручках.
— О, руками он и не такое вытворяет, — рассмеялась Наки, ударив по толстым струнам бас-гитары. А потом увидела наши удивлённые и хмурые взгляды. — Что? Вспомните, как он отмудохал Кима, физрука нашего. А до этого ещё и шайку его любимчиков, да ещё, как говорят, не один раз.
— Об этом лучше забыть, — хмыкнул я в ответ, вернув гитару Игнату. — Спасибо, — кивнул ему. — Отличная штука.
— Ещё бы, — он гордо вскинул подбородок.
— Так что скажете, Эльвира Геннадьевна? — я снова взглянул на учительницу, но на этот раз без всякого вызова. А так, как смотрел на неё раньше. — Годится?
— Более чем, — просто ответила она, делая вид, что перебирает папки. — Хорошая песня.
— Хорошая?! — чуть ли не воскликнула Адашева. — Да она отличная. Только как я её петь буду, если она от мужского лица?
— Боги, Наташ, — я с усмешкой взглянул на неё. — Да там же переделать всего ничего. Не волнуйся, я всё устрою.
— Вот и отлично, — она откинула рыжую прядь за плечи. — Работай, у нас ещё есть время.
«Вот же ж стерва! — рассмеялась Тень. — Уверен, она сама напрашивается на наказание!»