Лунный дракон (СИ)

 Сразу захотелось опробовать. Но с мужем по поводу подопытных посоветовался.
 – Илари-лий и так влюблен. Но лишним заклинание не будет, – согласился любимый дракон. – И если Анхея привяжешь, то оба этих упрямца обретут покой.
 – Дед меня заподозрит, если принесу ему любой напиток, – отозвался, поскольку на эту тему уже погадал. – И пить не станет. У него принципы.
 – Предлагаешь мне стать «соучастником»? – усмехнулся Сандор.
 – Только надо повод придумать.
 – А жидкость любая подойдет? – уточнил муж.
 – Абсолютно.
 – Тогда я его на прием к Правителю позову. Мы как раз хотели зимние лагеря для боевых магов обсудить.
 Как и под каким предлогом Сандор влил в деда приворот, я так и не узнал. Но через два дня к нам заявились и дед, и декан. На иллюзорных драконах сияли белоснежные ошейники.
 – Отругать тебя стоило бы, – вздыхал Анхей-мей. Декан же только посмеивался и обнимал одной рукой за талию возлюбленного.
 – Работы у тебя прибавится, – заверял мой наставник.
 – Ко мне что, все драконы толпой ломанутся? – все еще не верил я ни словам, ни собственным предсказаниям.
 – Раньше связывал узами брака именно лунный дракон, а не Правитель, – заверил родственник.
 Во я попал! Слов, чтобы возмутиться, не осталось.
 – Ты не переживай. Они не все сразу к тебе побегут. Кроме того, ты же сам читал, что способности видеть предначертанных судьбой у тебя будут проявятся только в полнолуние, – успокоил любимый. – Раньше в эти дни проводили праздники. А сейчас приходится скрываться от людей. Так что в поместье если и прибудут драконы, то не больше полусотни.
 – Быстренько опою их и выпровожу взашей, – пообещал я.
 Но перед предстоящим полнолунием волновался сильно. Во-первых, так и не смог прочитать, что происходит в эти дни с лунным драконом. А во-вторых, переживал из-за наплыва гостей из числа жаждущих приобрести пару.
 Сандор меня успокаивал, заверяя, что от молодого «купидона» сразу чуда не ждут. Это и я знал. Напрягало, что Правитель лично захотел посмотреть на мои «шаманские пляски». Помню, как я ловил собственные конечности. Второй раз такой позор, но при большем скоплении зрителей пережить не хотелось.
 Оттого я заявил, что не планирую обращаться. Никто не возражал. Им и того, что увидели, хватило. Светило только опустилось за горизонт, а моя кожа уже начала искриться. Потом я еще косу расплел. Маленькие огоньки чуть голубоватого света завораживали. Я знал, что такие же росинки сейчас украшают мои брови и ресницы. Сандор молча смотрел на все эти проявления моей сущности. Да и другие драконы, что столпились на веранде, замерли и не смели шелохнуться.
 Я же ощутил, что после оборота ощущаю себя несколько иначе. Свет луны притягивал и манил. Хотелось раствориться в ее неярком сиянии. Сам не понял, как потянулся навстречу ночному светилу, как оторвался от земли и взвился в небеса.
  
 Это был полный восторг и радость полета. Не крылья дракона, а ветер нес меня куда-то ввысь. К луне. К свободе!
 Сколько я парил и наслаждался, не могу сказать. Но эмоция отчаяния, идущая от пары, внезапно меня отрезвила.
 Оглянулся и понял, что занесло меня в такие дали, что уже и не вижу ни самого поместья, ни того места, откуда взлетел.
 Рванул, что есть сил, обратно к любимому. Летел, как по ниточке, четко ощущая направление. Так и не понял, как оказался в объятиях Сандора, и только тогда паника меня отпустила.
 – А что случилось, пока я летал? – пытался выяснить у мужа.
 – Летала твоя сущность дракона. А здесь ты застыл, как изваяние. Я волновался.
 – Надо же, – подивился я своему преображению и вернулся к насущному.
 Те драконы, что посетили поместье и наблюдали полет лунного дракона, явно чего-то ждали.
 – Пару мечтают обрести, – подсказал Сандор.
 Я же снова на всех посмотрел и заявил, что именно здесь и сейчас не вижу ни одной пары. Но если кто желает, то могу приворот намагичить.
 Таких желающих оказалось всего четверо. Остальные мечтали об истинных.
 Может, когда-нибудь и смогу отыскать для каждого дракона идеальный вариант. Пока меня никто не торопил. Всех радовал сам факт появления легендарного существа.
 Часть 18 
 Я полулежал на любимом драконе и предавался мечтам о нашем будущем. Набегов соседей в ближайшие годы не предвидится. Войны не будет. Муж у меня вторая величина в стране. А я так вообще самый известный теперь дракон. Можно сказать — жизнь удалась. Муж любит. Драконы уважают.
 Мамашу во дворце встречал. Дракониха клялась в вечной любви и пыталась заверить, что никоим разом не собиралась младенчика душить. Многие ей верили. Даже Сандор уверял, что такого не могло произойти. Если и были намерения, то Анхей-мей спас бы.
 – Знаешь, а мне кажется, что дед тогда опоздал, – поделился я мыслями с любимым.
 – Думаешь, что ты умер еще будучи ребенком? – недоверчиво отозвался Сандор. – Вряд ли. Твое перерождение в лунного дракона произошло после чистильщиков.
 – Давно хотел тебе признаться, – вздохнул я. – Но тот малыш действительно погиб. А мое сознание заняло умирающее тельце. Тот, кого я считаю самым близким мне существом и дедом, по сути, родственник только этому телу.
 Муж слушал, не перебивая. А я излагал свою теорию. В результате Сандор поверил.
 – Только любить тебя от этого меньше не стану, – набросился на меня муж с поцелуями.