Очень Страшный Властелин (СИ)

Ох уж эти историки, никогда не перестаю удивляться.
Мы остались в её комнате одни, не считая компании кричащих от боли заточенных кровавых (думаю, просто спецэффекты) духов. Я смотрел на неё сверху вниз из-за её лежачего положения, ожидая чего-то пафосного.
Но развлекательная программа началась иначе.
— Возьми меня за руку, пожалуйста, — уже намного более нежным, семейным голосом именно что попросила меня, а не приказала она.
Я такому изменению удивился, взяв её за руку. Даже если сейчас сожрёт меня, превратившись в волка, — пускай. Не хотелось бы, конечно, но куда я в случае чего убегу? А тут ещё и тоном не безумным, а вполне заботливым попросила.
Законопослушный внук я или кто?
Первые пару секунд ничего не происходило, но потом я неожиданно почувствовал холод. Моей ладони стало холодно, и этот холод стал распространяться по всему телу. Холод не был неприятным, а наоборот освежающим и бодрящим.
Казалось, в голове что-то взорвалось. В груди словно какой-то… честно говоря, затрудняюсь с тем, как это описать. Во мне словно холодный огонь разгорелся. Такое чувство, что к едва горящей спичке добавили бумаги, а потом, когда этот холодный огонь разошёлся, накинули дров, из-за чего пламя лишь сильнее разбушевалось, из горящей спички превратившись в горящий костёр.
На груди я почувствовал, как треснул амулет.
Уже сам, подсознательно поняв (или, скорее, вспомнив что-то из того тёмного пространства), что делать, я с неприличной для себя жадностью потянул из бабушки её силу, кажется, саму её сущность, смотря в её глаза, видя, насколько же она счастлива.
— Души в этой комнате твои, Дитя Конца, — расслабленно улыбнулась она, игнорируя то, что её тут, кажется, заживо пожирают, понимая, что её цель выполнена. — Принеси этому дрянному миру конец, Властелин Ужасов…
Когда я почувствовал, что силы её закончены и пришло время забирать уже её душу в буквальном смысле, то беззаботно остановился, легко переборов в себе жадность.
Это, в конце концов, моя бабушка. Какое, нахрен, поглощение души?.. Да, она человек не самый хороший, но она все равно сейчас отправится куда-то там. Есть люди и похуже неё.
— В-витька, ч-что ты делаешь?!! — угасающим тоном спросила она, явно занервничав. — Д-давай… п-поглоти… п-пожри мою душу…
— Бабушка, ты совсем головой ударилась? — приподнял я бровь. — Где ты видела, чтобы внук душу пожирал?
Разве что в каких-нибудь фильмах ужасов или других историях подобного формата, цель которых состояла в том, чтобы тупо напугать кого-то, — а может и разрушить семью, кто их знает. Либо, что тоже возможно, в каких-нибудь небольших рассказах, в которых основной сюжет строится на «тёмных тварях», цель коих, да простят меня эти чудики, неизвестна даже им самим. Но я-то не тварь какая. Всего лишь дурачок без чувства страха и, кажется, сохранения собственного тельца.
Звучит гордо, я знаю. И знаю, каким умным могу быть. Просто скромничаю.
— Н-но… но… Пророчество о конце света… Ты должен уничтожить мир…
Тю, а это тут причём? Я что, должен закончить какой-то ритуал и поглотить её душу? А если не хочу, то что?
Рука бабки Светы ослабла, сама она побелела и было по её угасающему взгляду видно, что она сейчас вот-вот отправится к праотцам. Мне даже стало немного грустно. Ну так, чуть-чуть. Если честно, моё отношение к смерти, наверное, уже сильно отличалось от привычного человеческого. Умирать не хотелось, однако это не такая уж и беда — ничего, потом опять можно родиться. Если душу не сожрут, конечно же, а я, как хороший человек, у которого появилась такая возможность, не собираюсь этого делать.
Главное, чтобы она не попала в то тёмное пространство, — или туда все души попадают? Но, даже в таком случае, раз уж я, вполне обычный парень, без знаний этих всех фокусов, смог вернуться к жизни, то как не сможет ведьма?
Вот и я думаю, что всё будет нормально, ага.
— Кто сказал, что я буду уничтожать мир? — закатил я глаза, чувствуя приятную, обволакивающую силу где-то в глубине себя. Обратившись к этой силе, я по приколу (ну а как иначе?) сделал взмах не рукой, а средним пальцем, и души, которые, кажется, готовила мне бабушка на её день смерти (необычные у неё праздники) в виде подарка, получили свободу, с громким воем благодарности начав исчезать.
 
От концентрации освободившихся душ в помещении задул холодный ветер. У меня даже волосы начали развеваться.
Прикольно.
Волшебный ковёр же перестал распространять кровавую ауру, которую я, кажется, исключительно случайно мгновенно сожрал. Или поглотил? Как тут корректнее сказать? Ай, всё равно.
Бабушка, наблюдавшая за всем этим, широко открыла рот и… умерла. Я это не просто почувствовал, но и увидел — её дух на мгновение мелькнул у её тела, мой спокойный, пофигистичный взгляд встретился с её охреневшим и абсолютно отчаянным, после чего она, громко заорав благим матом, исчезла.
— Я же говорил, что не этот ваш «Властелин Ужасов», — сказал я уже в никуда, недовольный количеству матов, которые услышал от родной бабушки уже после её смерти. — Максимум «Диванный». Никакой культуры, тьфу…
Дверь комнаты открылась и забежало все моё семейство, видимо, почувствовав «что-то не то».
— Витя, закрой глаза!!! — гаркнула на меня побледневшая мама Катя, наверное, уже начавшая думать, что у меня из-за смерти бабки, фактически, прямо у меня на глазах, психологическая травма.
Она у меня работает учительницей в школе. Только, не психологом, а учительницей английского, которая, как она сама иногда рассказывала, дружит уже с детским психологом. Гульки устраивают, в общем.
— О боже, храни её душу, — не смог сдержать вздох облегчения дед, за что получил осуждающий взгляд отца.
— В-витенька, с тобой всё хорошо? — закрыла мне рукой глаза мама, начав меня зачем-то обнимать.
Я чуть пожал плечами, чувствуя себя, если честно, просто прекрасно. У меня было ощущение, что я могу сейчас половину дома уничтожить одним взмахом среднего пальца, о чём тут говорить?
— У меня появилась цель, — важным тоном сказал я, чем ввёл в ступор мать и отца. Дед же начал усиленно читать какую-то молитву. Ну да, моя реакция как-то не соответствует ситуации.
— Ц-цель? — нервно засмеялась мама. — С-стать доктором?
— Попробовать не дать человечеству погибнуть, — важно улыбнулся я, смотря в охреневшие глаза мамы Кати. Дед на фоне начал молиться ещё громче. — Но, будем считать, что доктором.
— Святое дерьмо… — похвастался папа знанием английского, сняв очки.
— Вова! — совсем уж отчаянно крикнула мама на мужа, закрыв мне ещё и уши, чтобы я точно запомнил что-то «запретное».
Папа у меня переводчик. Интеллигентная у меня семья, если так подумать.
Стоит ли говорить, что после этого я ещё до школы познакомился с подругой мамы?
  
Глава 4
 
Второй раз в первый класс — эта только что выдуманная мной фраза очень хорошо может охарактеризовать мои впечатления и ситуацию в целом. Стоять на линейке среди толпы мелких детей, обсуждающих недавно подаренный папой йо-йо, было скучновато.
Были мысли попытаться избежать школы, но, немного подумав об этом, я понял, что в этом нет никакого смысла. Делать же мне тем более нечего будет — Интернета пока не видать, хоть он уже и появился, желание после школы хвастаться тем, что я был вроде как умным и старательным, в целом, тоже никуда не делось, да и родителей расстраивать не хотел.
Пошёл в школу, где работала мама. Логично, в принципе. Вместе будем ходить (она недалеко), да и связи иметь такого калибра, на мой взгляд, престижно. Единственное смущало — номер школы. Замечательной школы № 666. Я, если честно, едва не поперхнулся, когда услышал её номер впервые. До этого как-то не интересовался, где это мама Катя работает, а как узнал…
 
Я один вижу закономерность, да? Вот, всё через этот номер у меня и получается. Злыднем расту, определённо. Но да ладно. Плюс один несмешной анекдот в копилку — буду говорить, что учился в адской школе. Или, что учился в Аду. Классно.