Бывшие. Ошибка молодости (СИ)

Подруга указывает головой в сторону закрытой двери, ведущей в их комнату. Оттуда доносятся приглушенные голоса.
- Не поняла. Вы что, поссорились?
Ленка неопределённо ведёт плечами.
- Таак. – недобро тяну. – Никуда не уходи, я сейчас вернусь.
Ленка не издаёт ни звука. Отвернулась. Надеюсь, не плачет.
Быком с корриды несусь по коридору и без стука открываю дверь. За пару шагов оказываюсь перед диваном, на котором сидят трое. Упираю руки в бока.
  
- Мальчики, а вас родители в детстве не учили, что девочкам нужно помогать?
- Лерка! Привет! – Олег, пропустив мимо ушей моё замечание, поднимается навстречу, и сгребает в свои медвежьи объятья, попутно обдавая парами алкоголя.
Ловко выпутываюсь и выворачиваю его руку в болевом приёме. Нечего меня без спроса трогать! Амбал ойкает как девчонка и сгибается пополам. Комната небольшая, не развернёшься, чтобы что-то не зацепить, поэтому он даже не пытается выбраться из захвата.
- Привет, Паш, – здороваюсь со старшим братом Олега, сидящим с ошалелым видом. Тот медленно кивает и сглатывает. Видимо представил себя на месте младшенького.
- Эй! Ты чего?! – напоминает о себе скрученный. – Отпусти! Больно ведь…
Никого калечить я не планировала, поэтому внимаю просьбе. Здоровяк трёт запястье и снова расплывается в улыбке.
- Это Лерка! – с гордостью представляет меня третьему – сидящему по центру дивана, и с любопытством наблюдающему за происходящим.
- Егор. – отзывается незнакомец.
Киваю, давая понять, что услышала. Вскользь прохожусь по нему взглядом, и вновь концентрирую внимание на нерадивом муже подруги.
- Ты почему Ленке не помогаешь?
- Ну… это… мы тут… как бы… отмечаем. – С трудом подобирает слова здоровяк, и с виноватым видом косится на батарею пустых, и ещё не открытых бутылок с пивом. Икает.
- Понятно, – понимаю, что этот уже не помощник. Вздыхаю и, махнув рукой, покидаю импровизированный пивбар.
Ленка уже орудует двумя столовыми приборами: ложкой мешает подливу, а вилкой пытается перевернуть котлету на соседней сковороде. Забираю у неё ложку, убавляю газ.
- Выдыхай. Сейчас вдвоём всё быстренько сделаем.
Чмокаю подругу в щёку. Та благодарно улыбается.
А я оцениваю количество готовящихся блюд.
- По какому поводу фуршет?
- Так мой брат из Армии пришёл, – тут же отзывается Ленка всем видом показывая, что удивлена моей недогадливости.
На мгновение зависаю соображая. Арифметика проста: вычислить, кто из трёх наклюкавшихся пивом богатырей Ленкин брат, несложно. Непонятно другое:
- У тебя есть ещё один брат?
- Ну да. Старший. Ты что, не знала?
- Интересно откуда я могла знать, если никто из вас об этом никогда не говорил? И в вашем доме нет ни одной фотографии, способной пролить свет на его существование.
Ленка виновато тупит взгляд.
- Прости. Я как-то упустила этот момент. Да, у меня два брата: младший и старший. С Сашкой ты знакома, а Егора только что видела.
Не могу сказать, что я его прям видела. Я была занята воспитательным процессом. И если бы он не представился, я бы в его сторону вообще не посмотрела.
- Да ладно, расслабься. – успокаиваю подругу. - В конце концов ты не обязана отчитываться передо мной по всем членам семьи. Не знала, теперь знаю. И от этого ничего особо не изменилось…
В четыре руки быстро расправляемся с готовкой, во время которой подруга замаливает свой грех: рассказывает о Егоре. Который в принципе меня не особо интересует. Но я слушаю. Больше из вежливости. И в пол уха.
Узнаю, что он на два года старше Ленки. Что его провожала в Армию девушка Олеся, с которой он дружил со школы. О то, как она его потом «ждала»: перебрав всех парней деревни, включая друзей Егора. Как те его поставили об этом в известность. И о том, что парень теперь не спешит домой, оттягивая неизбежные разборки и разрыв многолетних отношений.
Слушаю молча, потому что ни Олесю, ни Егора не знаю. И, честно говоря, мне всё равно что там между ними происходит.
Ленка в какой-то момент это понимает, и переходит на менее личные темы.
После готовки и уборки вместе накрываем большой стол в зале. И я сразу убегаю - нужно ещё успеть подготовиться к ночной смене.
  
Глава 4. Хочешь привлечь внимание парня? Проигнорь его
 
Ночь выдалась неспокойной, и мне не удалось ни то что поспать, а даже присесть. Поэтому утром приползла в общагу полудохлой тушкой. Через силу приняла душ, и прямо в халате упала на заправленную постель.
Вырубилась мгновенно. Но ненадолго. Разбудил настойчивый стук в дверь…
Не сразу соображаю, что стучатся ко мне. Ещё какое-то время трачу на то, чтобы встать и пересечь комнату.
Не спрашивая кто там, поворачиваю ключ. Бояться некого – в общагу посторонних не пускают, и значит это кто-то из своих. И он либо бессмертный, либо со сломанным инстинктом самосохранения. Который я сейчас доломаю.
С недовольным видом распахиваю дверь, и замираю от неожиданности.
На пороге стоит незнакомец.
Мерю его сонным взглядом. Высокий, плечистый, серьёзный.
- Вам кого? – выдаю хрипло — после сна голосовые связки отказываются нормально работать.
- Тебя. – отвечает невозмутимо, и аккуратно отодвигает меня в сторону.
Молча слежу, как он уверенной походкой пересекает комнату и останавливается около помятой постели.
Уточняет:
- Твоя?
На автомате киваю. Наблюдаю, как он сначала садится, а потом ложится, вытягиваясь во весь свой немаленький рост, и закидывает руку за голову.
- Ты чего замерла? Садись. – свободной рукой указывает на стул, стоящий рядом.
От такой наглости едва не давлюсь воздухом.
- А ты ничего не перепутал? Ты кто такой вообще?! – упираю руки в бока и смотрю на него свирепо.
Невозмутимость незнакомца на мгновение даёт сбой – брови сдвигаются к переносице.
- Я Егор. – произносит угрюмо. Но продолжает лежать.
Вот нахал!
Спросонья я соображаю туго, и сегодняшнее пробуждение не отличается оригинальностью. А поскольку я проспала всего пару часов, то вообще туплю жёстко:
- Какой ещё Егор? Я не знаю никакого Егора.
Он молчит и продолжает хмуриться. Уходить явно не собирается. И я быстро теряю воинственный настрой. Не понимаю что делать дальше. Можно, конечно, вызвать подмогу и выставить непрошенного гостя из общежития. Но я не спешу этого делать - что-то останавливает.
Прохожу к окну и упираюсь попой в подоконник. Скрещиваю руки на груди. Смотрю на незваного гостя угрюмо, потому что от недосыпа в виске начинает пульсировать боль.
Он тоже на меня смотрит, но по-другому: обиженно, и в то же время удивлённо. Но эти эмоции быстро сменяются заинтересованностью. Теперь он блуждает по мне пристальным взглядом, словно пытается что-то найти.
Невольно веду плечами. Мне неуютно. Я в помятом домашнем халате, с таким же помятым лицом. Про причёску боюсь даже думать. Уверена, что сейчас даже воронье гнездо, по сравнению с моей шевелюрой, шедевр искусства.
И тут он неожиданно улыбается. А до меня наконец доходит кто передо мной. «Ленкина улыбка» не оставила сомнений: это её брат. Да и тельняшка знакомая. Я видела её на нём вчера, и теперь, наконец, узнала.
Выпучиваю глаза и давлюсь воздухом. Его это ещё больше веселит. Сквозь смех выдаёт:
- Туго соображаешь.
А вот это он зря… Я бы ещё стерпела веселье, хоть и дураку понятно, что смеётся он надо мной, но тут уже явный перебор. Сама знаю, что не блещу сейчас догадливостью, но тыкать меня в это носом – большая ошибка.
- Я бы на тебя посмотрела после бессонной ночи. – огрызаюсь и отворачиваюсь. Красноречиво смотрю на дверь. Ну и что, что брат. Мы практически не знакомы, и я его в гости не звала.
  
Боковым зрением вижу, что он всё ещё на меня пялится. Но уже без особой радости. Теперь рассматривает моё «гнездо» на голове. Да и пофиг! Упрямо поджимаю губы.
- Работаешь? – в голосе слышится мягкость и уважение.