Вопрос Веры (СИ)

Спустился вниз, обнаружив своего домашнего автоматона Дашу за готовкой пищи.
Обернувшись на его шаги, она весело сказала:
— Ты уже проснулся? А я только хотела идти тебя будить.
— Что вчера произошло? — все также медленно Владимир прошел на широкую кухню, совмещенную с пустым сейчас залом ожидания.
— Ты не помнишь? — вернулась Даша к широкой плите, где на открытом пламени уже скворчала на сковородке картошка и начал тихонечко посвистывать большой медный чайник.
— Нет, — покачал головой он и тут же пожалел о своем действии, когда резкая боль пронзила его голову.
Сняв с плиты чайник, Даша отбросила в сторону тряпку, которую использовала вместо ухватки и тут же бросилась к нему:
— Тихо, не делай резких движений, — осмотрев его, она достала откуда-то с нижних полок мазь и протянула ему. — Намажь где болит.
— Спасибо, — Владимир занялся своей шеей, чувствуя, как постепенно боль отходит на второй план, пока автоматон занимался тарелками.
— Я была на палубе, когда увидела вдали свет фары твоего байка. Потом пробило переднее колесо и ты упал. Колесо, кстати, я уже залатала. Там еще была пара мелких повреждений, но их я тоже поправила, — Даша поставила перед ним тарелку с едой и налила полную кружку какао.
— Ты со мной прямо как с маленьким возишься, — проворчал Владимир, донельзя довольный заботой единственного близкого ему существа в этом городе, да и во всем мире.
— Как же иначе? — улыбнулась ему Даша, сев рядом.
Закончив с едой, Владимир поднялся к себе, чтобы проверить личные вещи, которые были с ним в момент аварии.
Вроде все в порядке, ничего не пропало.
Четкий стук в дверь отвлек его.
Обернувшись, он увидел Дашу.
— Что такое? — спросил он, рассовывая все предметы по карманам.
— Может останешься дома? — она прислонилась к косяку, все так же не заходя в комнату, хотя двери были открыты все это время. — Отдохнешь.
— Ты же знаешь, Даша, что я не могу, — ответил он домашнему автоматону. — Сегодня мне должны передать дело Алексея, которым он занимался…
— Он погиб? — внезапно перебила его Даша.
Кивнув, Владимир направился вниз по лестнице, Даша шла за ним следом, ничего не говоря. Ничего удивительного, что она так отреагировала. Хоть она и была уже три поколения вместе с их семьей, но каждый хозяин старался усовершенствовать ее, проявляя заботу о старом механизме, служившему верой и правдой их роду.
Отремонтированный байк поджидал его внизу, только не на дебаркадере, а на суше. Он весь сверкал, словно его не только отмыли, но и покрасили, хотя это было не так. Взгляд Владимира зацепился за новое рулевое колесо и фару. Остальные потёртости и царапины были на старых местах.
Сев в седло байка, Владимир посмотрел на все так же стоящую рядом Дашу.
— Ну что такое? — спросил он наконец.
— Просто береги себя.
— Хорошо, — согласился он. — А теперь иди в дом, а то все будет выглядеть, словно ты в последний путь меня провожаешь, — улыбнулся Владимир.
Повернувшись, Даша вернулась на палубу дебаркадера.
Пару секунд он смотрел как она поднимается, а потом вспомнил, что так не давало ему покоя:
— Даша, постой, — окликнул он ее.
— Что такое? — развернулась она к нему лицом, но не сделала даже попытки приблизиться к нему.
— Ты помнишь Митю? Вроде моего одноклассника, бывшего, естественно.
Даша помотала отрицательно головой и вошла внутрь постройки.
Развернув байк, Владимир направил его по дорожке к шоссе.
Выехав на место аварии, он затормозил.
Да, это точно произошло здесь. Вон даже мелкие осколки стекла все еще валяются.
Оглянувшись на дебаркадер, Владимир различил сквозь зеленое ограждение дороги окна второго этажа, но саму Дашу не увидел. Выключив радиевый двигатель подпитки пара окончательно, он слез с байка и направился к краю шоссе. С той стороны дороги, что была ближе к речке, виднелась небольшая свежая ямка, словно там росло небольшое деревце и его просто кто-то вырвал с корнями. Кто-то, кто обладал нечеловеческой силой. На противоположной стороне шоссе все деревья были на месте и на коре одного из них Владимир заметил глубокие свежие порезы идущие кругом вокруг ствола.
 
С сомнением обернувшись снова в сторону своего дома, он сел за руль, заводя байк.
Въехав в город, Владимир вроде как-то попытался разобраться в произошедшем, но масса неувязок не ложились в стройную картину.
Дело о пропаже Веры, юной дворянки, он получил только вчера после обеда.
Дело, которым занимался Алексей, ему передали ближе к вечеру.
С группой развлекающихся мещан он столкнулся только перед своим возвращением домой.
Ни одно из этих дел не могло послужить достаточным обоснованием для его убийства.
И кроме того, куда девались его убийцы?
Это не могла быть Даша — все автоматоны делались не способными к насилию над своими хозяевами. С другой стороны, пешком от дебаркадера до места происшествия минут десять неспешной ходьбы.
Кто мог бы управиться за столь короткий срок?
И тем более вырвать деревце, хоть и не большое, но вытащить с корнями из земли?
Неужели Церковь вмешалась и спасла его? Но от кого? И почему они не дождались, когда он придет в сознание? Они конечно могли снова воспользоваться дирижаблем или аэропланом, но тогда бы их заметила Даша, наблюдавшая с дебаркадера за дорогой.
Может невидимки?
Но он никогда не слышал о таких разработках.
Ни когда отдавал долг чести в армии, подобно всем дворянам, ни когда начал заниматься расследованиями на своей службе государю.
Ладно, все эти вопросы подождут.
Сейчас ему надо будет взять дело погибшего по собственной неосторожности при вызове Двоих друга и продолжить заниматься вопросом пропажи молодой княжны.
А еще попытаться разговорить того хожалого, который последний раз видел Веру.
Подъехав к толпе, окружающей полицейский участок, Владимир затормозил.
Не из-за толпы.
И не из-за того, что все сотрудники участка стояли снаружи.
Он затормозил, потому что ему некуда было возвращаться — участок, стоявший еще вчера целым и невредимым, сегодня представлял собой самое натуральное место побоища.
Протиснувшись сквозь толпу зевак, потом миновав полицейский кордон, он подошел к своим коллегам, стоявшим прямо перед входом заваленным битым кирпичом разного размеры и мелкими осколками стекла.
— Владимир, — окликнул его Алим Степанович, — как же я рад, что вы сегодня не ночевали в участке!
Посмотрев на огромную пробоину в стене, занимающую всю стену от окна до окна и свесившиеся со второго этажа до самой земли рваные зеленые шторы, Владимир Боев все-таки счел нужным спросить:
— Что здесь произошло?
— «Нетопырь» пропустил все-таки снаряд с вражеской позиции этой ночью, — ответил маленький коллежский асессор.
«Нетопырь» и впрямь выглядел как летучая мышь, только использовался для перехвата небольших вражеских воздушных шаров, оборудованных контактной миной, и применял ультразвук для их обнаружения. Потом он просто подлетал к медленно дрейфующему снаряду и самоуничтожался вместе с ним.
Хотя не в этот раз.
Философски Владимир пожал плечами:
— Бывает. Никто не пострадал?
— Нет, только дежурный на первом этаже получил шок от ударной волны.
— У вас оставались какие-то важные дела в комнате?
— Нет, — покачал головой Владимир, — все бумаги были в сейфе. Знаете, я впервые рад, что не поспешил взять у вас дело Алексея, потому что скорее всего бросил бы его на столе.
— Знаете, — медленно промолвил Алим Степанович, — я-то его как раз на столе оставил.
Скосив глаза в его сторону, Владимир ничего не ответил, продолжив рассматривать полуразрушенное здание.
— Впрочем, — протянул коллежский асессор, — в моем сейфе должны были остаться вещественные улики от его дела.
Только сейчас Владимир обратил внимание, что его вместе с начальником оставили наедине и они стоят сейчас перед разрушенным зданием только вдвоем.