Башня Крови (СИ)
— Как будто среди нас есть второй Закий. Это ты частил с ними, вот и результат — труп.
Закий покачал головой:
— Нет. Результатом излишка смертей, вероятней всего, станет падение уровня способностей на посвящении, но не смерть.
— Ты сам себя слышишь? Вероятней, чаще всего и так далее. Мы ещё сами ничего толком не знаем о подобном обучении. Давай просто запишем в наставления — вероятны случайные смерти от зачарованного оружия вплоть до тридцатого дня обучения, да и дело с концом. Всё, Закий, мы ушли.
Трое и впрямь развернулись и ушли.
Ормос, который всё это время молчал и остался с Закием, негромко спросил:
— Что тебя смущает?
— Много чего.
Закий наклонился над столом, где лежало тело, расправил на его груди многослойный ханбок, совмещая дыры в одеянии с сердцем.
Ормос кивнул:
— Вижу. Пять или шесть попаданий в сердце, ты стараешься оправдывать свою репутацию.
— Да, стараюсь. Но сколько из них сделали по моему приказу?
Ормос изумился:
— Ты что, считаешь, это Кровавые убили его? С чего бы? Какой у них был мотив?
— Не знаю. Прям хоть заводи журнал попаданий в учеников.
— Не вздумай подать идею главе!
— Да шучу я, шучу. Но всё же.
* * *Стиид заглянул в проём, поманил рукой:
— Борак, на пару слов.
Остановились они ровно посередине между башней и стеной внутреннего двора. Там, где было дальше всего от возможных ушей. Как стражей башни, так и слуг Академии.
— Борак, мне сейчас задавали неприятные вопросы. Удивительные вопросы. Нет ли у меня или двоих моих подчинённых мотива убить ученика. Очень и очень знакомого мне ученика, который начал такую хорошую шутку про вино. Ничего не хочешь мне рассказать?
Борак пожал плечами и спокойно ответил:
— Да. Это сделал я. Я устал от этой шутки, а сопляк совсем охамел, требовал, чтобы я убил его обидчика в переходе между башнями.
— И ты вместо этого убил уже его самого?
Борак усмехнулся, покривив душой и умолчав о том, как вчера напрасно ждал в одной галерее:
— Ну не того же парня мне трогать? Я узнавал, его привёз сюда лично старший Вир, а этот один из многих, ничем не примечательный.
Стиид поджал губы:
— Так-то ты прав.
— Так значит, я могу идти?
— Не боишься, что я тебя выдам?
— Нет, — Борак покачал головой. — Не боюсь. Да и если так, что они мне сделают? Пожалуются старшему Виру и мне назначат пару лет сидеть в какой-нибудь дыре?
— Ты же вроде недавно жаловался по пьяни, что тебе надоело сидеть в разных дырах?
Борак хмыкнул и спросил:
— Так я могу идти? Или ты поведёшь меня к учителям?
Стиид махнул рукой:
— Вали!
Борак широко улыбнулся, положил руку на плечо Стиида:
— Старший, ты слишком близко к сердцу это принимаешь. Одним сопляком больше, одним сопляком меньше. Ими тут в Академии все башни забиты, даже не заметят.
— Я сказал, вали, умник.
* * *Я с наслаждением тёрся жёсткой свежей мочалкой, сдирая с себя пот и старую кожу, когда рядом буквально сгустился тень Молак:
— Господин.
Не то чтобы здесь, в общей мыльне меня смутила ещё одна пара глаз, но всё же тени раньше как-то обходились без того, чтобы появляться здесь или... в другом месте, давая мне хотя бы иллюзию уединённости.
Так что появление тени было необычным.
— Господин, мы всё узнали. Закий подозревает, что смерть этого парня была не случайна, что ему воткнули в сердце несколько зачарованных стрел.
Я даже позабыл натираться замерев. А ведь точно. Именно этим грозили когда-то Хасоку в Кузне Крови Слайд и Бихо. Но кому, вернее, зачем это Кровавым? Он успел с ними поссориться?
— Ариос тут же отправил подчинённых к Кровавым воинам, — Молак вдруг стал на колени. — Господин, я прошу простить меня. Как старший из теней, я настоял, что следить за учителями, дорогой, воротами и прочим, важней, чем следить за какими-то слабыми Кровавыми. Я не ожидал, что дело так повернётся.
Рядом с ним из-под пола купальни поднялся и сам Ариос. Уже стоя на коленях.
Я подозрительно прищурился. Что-то здесь не чисто. Мне какое дело до смерти Фарта? Или они думают, что зная о намерениях Кровавых, я бы защитил его, как защитил когда-то Хасока? Так Хасок был мне почти другом, мы были в одном союзе Севера, он был сыном владетеля Хонесто, пусть сейчас пути дома Денудо и разошлись с этим Домом, а сам владетель едва не казнил меня. Тени не могут этого не понимать.
Сделал короткий, незаметный жест, означавший приказ продолжать и подхватил с полки мыло. Говорить продолжил уже Ариос:
— Господин, из разговоров мы поняли, что Фарт пытался нанять Кровавого воина для вашего убийства.
Я невольно стиснул пальцы, и мыло выскочило у меня из кулака, улетело куда-то влево.
Я перевёл взгляд на коленопреклонённых теней. Чего?
Видно, взгляд у меня был говорящий, они даже подались назад. Едва незаметно, но подались, клянусь Хранителями. Ариос помолчал, но продолжил докладывать:
— Кровавый даже подумывал действительно вас убить, господин. Именно поэтому мне нет прощения. Я не догадался, что с их стороны вам может грозить опасность, хотя мне следовало не спускать с них глаз, особенно с этого Кровавого, который и ранил вас раз за разом.
Стоило Ариосу замолчать, как тут же заговорил Молак:
— Господин, прошу простить нас. Господин, мы не безупречны, но верны вам, господин. Это лишь ошибка, а не дурной замысел или бездеятельность.
Я подозрительно прищурился. Чего это они так стелются передо мной? Какая им разница, прощу я их или не прощу за эту ошибку? Если не прощу, то что? Разгоню от себя, что ли? Или же, я, сгущая ихор, и впрямь всё ближе ко дню, когда смогу их наказать и... убить?
— Лиал, куда таращишься? Оно улетело в другую сторону. Вот оно, держи.
— А, да, спасибо.
Я принял из рук Верия мыло и принялся домыливать мочалку.
Тени всё верно поняли:
— Спасибо, господин. Этот Кровавый, его зовут Борак, разузнал про вас и решил в итоге, что связываться с тем, кого привёз сам глава Академии — себе дороже. Но Фарт начал настаивать, угрожать ему и Кровавый решил убить его, чтобы закончить всё это.
Я швырнул мыло на полку, принялся натираться. Этот Фарт, чтобы в родном Доме его имя позабыли, он решил меня убить? Да я убивал за меньшее! Ни один из моих обидчиков из Кузни не остался в живых. Ни один, за исключением Глебола и Суава, владетеля Верде и главы Кузни. Но первого я простил, а второй мне просто не по зубам, ведь он владетель Великого дома. Пока не по зубам и это не значит, что я всё забыл и всё ему простил.
Но этот-то сопляк на что рассчитывал? Что Кровавый и впрямь выполнит этот дурацкий заказ? Сколько он ему пообещал? Слезу Амании? Или я слишком высокого о себе мнения?
Со злостью покосился на коленопреклонённых теней. И впрямь виноваты. Если бы я узнал, что Фарт настолько меня ненавидит, то давно бы разделался с ним. Убить он меня захотел, ублюдок. Своих сил мало, так решил воспользоваться наемником?
Шевельнул рукой, спрашивая, не хотят ли тени ещё что-то мне рассказать.
Молак покачал головой:
— Нет, господин. Это все новости.
Я махнул, приказывая им исчезнуть с моих глаз. Стоят на коленях и пялятся в четыре глаза на голого господина. Вот уж слуги мне достались по наследству. Дайте помыться спокойно.
— Лиал, ты чего два ковша заграбастал? А я его ищу везде. Верни.
Я не сдержал рычания.
Да чтобы вас всех Ребел к себе забрал.
Глава 26
Я медленно поднял руку, нацеливая ладонь в дыру бойницы, и чётко выговорил:
— Херристра рафага орте.
Ничего. Ничего, кроме сведённых болью пальцев.
— Херристра рафага орте.
Ничего. Никакого тебе ветра лезвий, только в исполнении адепта внешних техник. Ни-че-го.
Ирал подался вперёд, негромко произнёс:
— Господин, не стоит расстраиваться, всё придёт со временем...