Один счастливый вампир(ЛП)

– Я ... – начал Джейк, намереваясь сказать им, как он это ценит, но Томаззо перебил его:
– Не делай из нас дураков, малыш. Ты прощен. Ты – член семьи. Достаточно сказано.
– Кроме того, сейчас есть и другие проблемы, – добавил Данте, кивнув в сторону Николь.
Джейк быстро взглянул на нее, заметив, что она смотрит на них с трепетом. Но, по крайней мере, она не убежала. Доверие к Маргарет удерживало ее здесь, она была готова слушать их. Это, или Данте, или Томаззо, или и то и другое, удерживало ее на месте.
Сглотнув, Джейк ободряюще улыбнулся ей. – Хорошо, я полагаю, ты хочешь сначала узнать об этой сделке с вампирами?
Николь молча кивнула.
Джейк тоже кивнул и задумался, как это сделать. В конце концов, он решил, что лучше всего – сделать это быстро, как сорвать повязку. – Ладно, вот в чем дело, хотя у нас есть кое-что общее с вампирами, мы не вампиры, – спокойно заверил он ее. – Мы люди, которые были заражены биоинженерными нанотехнологиями, запрограммированными на восстановление ран и борьбу с болезнями и инфекциями. Наночастицы похожи на заряженные роботами белые кровяные тельца.
– Наноустройства, которые заживляют раны и борются с болезнями, – медленно произнесла Николь, немного расслабившись. Только тогда он поняла, что, хотя ее доверие к Маргарет и заставило ее прислушаться к нему, она все еще очень беспокоилась обо всем этом.
– Точно, – кивнул Джейк и добавил: – Научно разработанные наночастицы, и они великолепны.
Он сделал короткую паузу, чтобы извиняюще улыбнуться Данте и Томаззо, молчаливо признавая, что сменил тон, и это был первый раз, когда он сказал что-то хорошее о нанотехнологиях, которые сейчас путешествуют по его крови. Затем он оглянулся на Николь и добавил: – Они уже дважды спасали мне жизнь. Они хороши. Но хотя они имеют много преимуществ, они также используют больше крови для выполнения своей работы, чем любое человеческое тело может создать, и поэтому мы должны получать эту дополнительную кровь из внешнего источника. Наш вид эволюционировал и обзавелся клыками, и одно время приходилось кусать людей, чтобы получить кровь, в которой нуждались бессмертные. Но теперь, когда есть банки крови, у нас есть законы, которые не позволяют кусать шеи и сосать кровь, как уже сказал Данте. Мы используем кровь из банков крови.
– Твой вид кусал людей до банков крови? – нахмурившись, спросила Николь. – Как давно были разработаны эти наноустройства?
– Довольно давно, – признался он с гримасой. – Они были разработаны в Атлантиде до падения. Атлантида была совершенно изолирована от остального мира своей географией и развивалась как в социальном, так и в технологическом отношении гораздо быстрее, чем остальной мир.
– Должно быть, это был прогресс, если они создавали наноустройства там, в то время как остальной мир сидел вокруг костров с копьями, – сухо сказала Николь.
– Да, – тихо согласился Джейк. – И этот мир с огнем и копьями был миром, в котором атланты оказались после падения своей Родины. Они получали переливание крови, чтобы получить дополнительную кровь в Атлантиде, но внезапно доступ к таким вещам прекратился. Они могли погибнуть, но наночастицы были запрограммированы на выживание их носителей, поэтому заставили их эволюционировать: клыки, улучшенное ночное зрение, даже чтение мыслей и контроль мыслей, – перечислил он. – Все это должно было помочь им получить кровь, необходимую для выживания.
– Понятно, – пробормотала Николь.
Джейк заколебался, пока все шло нормально, но это было слишком. Решив надеяться на лучшее, он перешел к настоящему. Он мог объяснить остальную часть их специальных навыков, и остальное потом. – Эти наночастицы – единственная причина, по которой я выжил в отравленной горячей ванне той ночью.
– Ты уверен, что она была отравлена? – нахмурившись, спросила Николь.
– Да. Дани… – поколебался он, а потом спросил: – Ты помнишь, как Маргарет появилась здесь с Джулиусом, Дани и теми парнями? – спросил Джейк, не уверенный, сколько Маргарет стерла из памяти Николь и сколько она помнит.
 
– Да. Маргарет, Джулиус, Данте, Томаззо и племянник Маргарет Деккер, а также его жена Дани были здесь, – сказала она, и ее лицо стало обеспокоенным. – Кажется, я помню, как они говорили о джакузи ... и что она может быть отравлена.
– Да, – сказал Джейк, радуясь, что она вспомнила. Он не сомневался, что Маргарет скрыла эти воспоминания, чтобы успокоить Николь до тех пор, пока он не поговорит с ней, но теперь, когда Данте и Томаззо не подкрепляли усилий Маргарет, они вернулись.
– Дани взяла образец для анализа, – сказал он ей. – И вода в джакузи имеет высокую концентрацию никотина и DMSO. Достаточно, чтобы быстро убить. Если бы ты залезла в джакузи вместо меня, то была бы мертва.
– И вы все думаете, что кто-то намеренно пытался отравить меня, – тихо сказала она.
Джейк нахмурился. – Ну, Николь, яд попал туда не случайно. И это было сделано не ради меня. Он должен был быть добавлен с намерением убить тебя.
– Верно, – с несчастным видом согласилась она.
– Я знаю, трудно смириться с тем, что человек, которого ты любишь, попытается убить тебя, – мягко сказал он. – Но Родольфо ...
– Я не люблю Родольфо, – возразила она с удивлением. – Ради бога, я развожусь с ним. Я бы так не поступила, если бы любила его.
Джейк со вздохом отвернулся. На самом деле он не хотел говорить ей, что она разводится с мужем из-за того, что Маргарет контролирует ее мысли и подталкивает ее в этом направлении. Когда Маргарет это сделала, она приняла близко к сердцу интересы Николь, поэтому вместо того, чтобы сказать ей об этом, он мягко заметил: – Это говорит о том, что у тебя все еще есть чувства…
– Я до сих пор храню его фотографии по всему дому, потому что этот эгоистичный идиот приклеил их к стене, – мрачно перебила Николь.
– Что? – Джейк ахнул, когда Томаззо и Данте выплюнули это слово.
Николь вздохнула и покачала головой. – Родольфо – злобный, мерзкий, эгоистичный подонок. Не знаю, о чем он думал. Если он думал, что это хороший способ заставить меня думать о нем даже после его смерти, то он ошибся. Но наверно, он просто не знает, как обращаться с проклятым молотком, поэтому каждая картина в доме приклеена к стене. Мы с Пьериной пытались снять их, пока она была здесь. Нам удалось оторвать одну из них от стены, но она оставила огромную зияющую дыру. Мне придется пригласить профессионалов, чтобы убрать их, но я не знаю, кому позвонить по такому поводу, и я была слишком занята заказными портретами, чтобы звонить, поэтому я сделала все возможное, чтобы игнорировать их.
Она нахмурилась, посмотрела на одну из полудюжины картин, прикрепленных к стене кухни, и добавила: – Я подумывала купить стеклорез и вынуть стекло из каждой рамы, чтобы, по крайней мере, убрать картины, но тогда я останусь с пустыми рамами повсюду. Кроме того, мне казалось, что таким образом я даю ему слишком много энергии. Как будто он каким-то образом преуспел в том, что он пытался сделать, поэтому я решила просто игнорировать их, пока не смогу заставить людей исправить это. И в основном мне удается игнорировать их.
– Пока кто-нибудь не укажет на них, – тихо сказал Джейк. Было совершенно очевидно, что она злилась прямо сейчас, просто думая об этом.
– Да. Потом я снова начинаю злиться, – призналась Николь с гримасой и добавила: – Но не потому, что люблю его. Это потому, что он снова рядом. Он решил, что будет на моих стенах, и убедился, что мне придется жить с этим, по крайней мере, некоторое время. И это потому, что это напоминает обо всех проклятых, глупых раздражающих и мелких мелочах, которые он сделал, когда я выставила его из дома.
– Какие, например? – с интересом спросил Данте.
– По уговору он взял половину мебели и все остальное в качестве семейного имущества ... Не смотря на то, что я заплатила за все, – поморщилась Николь с отвращением, а затем продолжила: – Ладно. Он взял половину всего, но также сделал все возможное, чтобы испортить все, что осталось.