"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Пытаюсь я!
— Да. Но не так.
— А как надо?
— По-другому.
— Я не понимаю!
— Конечно, не понимаешь. Если бы понимал, уже сделал бы.
Я поднялся с камня, на котором восседал в позе лотоса, и с чувством выматерился. На учителя, впрочем, это не произвело никакого впечатления. Пришлось сменить тактику.
— Учитель, может, займемся чем-то другим? Я хотел бы поговорить о стратагемах, которые мы обсуждали в прошлый раз…
— Да. Займемся чем-нибудь другим, — сказал проклятый старик и… исчез. А я, соответственно, вылетел из виара, создаваемого кольцом сосредоточения. Горное озеро, скалы со всех сторон, крошечный кусочек вечно голубого неба — все пропало. Зато стали видны цветы на грядке, нависающая над каменной скамьей ветка ясеня и утоптанная до состояния плохого асфальта земля на дорожке.
В виар я уходил из сада градоуправителя — тут людей днем практически не бывало, — сюда и вернулся. Выдохнул, гася раздражение на проклятого Куна с его загадками, встал и быстро зашагал к дому. Бормоча под нос: «Ниче, найдем через квест трактат и зажжем эту проклятую иконку старым дедовским способом — через интерфейс».
Прошло два дня с тех пор, как мои войска сняли осаду с Пояна и рассеяли шестидесятитысячное войско генерала Желтых Повязок — Юн Вэйдуна. Сейчас армия, потрепанная двумя серьезными сражениями — перед деблокадой Пояна была еще осада и взятие Синьду, — отдыхала, училась двигаться в новых порядках и готовилась выступать в новый поход. Опять на Синьду, который осадили на этот раз войска еще одного южного феодала — Чжоу Сю. Не самого сильного, скорее даже одного из слабейших. Но зато выбравшего просто идеальный момент для того, чтобы раззявить роток на то, что ему не принадлежало.
Всю свою армию — чуть больше двадцати тысяч человек — он двинул на Синьду именно в тот момент, когда я тут под Пояном рубился с желтыми. Расчет Чжоу Сю был прост: желтые сминают меня превосходящими силами, но все же несут серьезные потери, которые не дают им двигаться дальше. Он под шумок отбирает Синьду, в котором сейчас сидит всего пять тысяч человек гарнизона, и прирастает в возможностях. Пока Юн Вэйдун оправляется после пирровой победы над войсками Вэнь Тая, Чжоу наращивает мускулы, набирает войско и превращается во владетеля, которого уже так просто, с наскока, не возьмешь. А там, если Нефритовый Император будет милостив, можно и на Северный Цзяньань замахнуться.
Так бы и было, если бы в теле Вэнь Тая не жил уже несколько месяцев некий попаданец по имени Алексей. Который до того не хотел умирать, что даже сумел вспомнить, что когда-то в Википедии читал про тактику войск генерала Румянцева, жившего (или правильно говорить, который будет жить?) в семнадцатом веке. Русский полководец сумел разгромить турецкую армию в сто пятьдесят тысяч, имея под рукой всего семнадцать тысяч штыков. У меня результат вышел скромнее — армия Желтых повязок превосходила мою численностью «всего» в полтора раза.
Даже потери мои по итогам сражения можно было назвать приемлемыми. У меня было тридцать восемь тысяч человек, а Юн Вэйдун привел под Поян без малого шестьдесят тысяч. После сражения выяснилось, что погибшими я потерял около четырех с половиной тысяч, а противник — почти половину армии.
В общем, просчитался Чжоу Сю. Не получится у него стать значимым игроком на юге Китая. Скоро я приду под Синьду, и там мы поглядим, как его двадцать тысяч воинов смогут справиться с тридцатитысячным войском «нового строя». Вот только нужно было дать моим солдатам отдохнуть. Слишком уж их измотали последние события.
А три-четыре дня Синьду простоит. Учитывая, что его стены защищает Ля Ин — мой бывший противник, а ныне союзник, у которого есть подразделение стрелков с чо-ко-ну, — продержится и неделю. Штурмовать в лоб город, войска которого вооружены средневековым аналогом полуавтоматических винтовок, такое себе тактическое решение.
В доме градоуправителя я сразу направился к своим покоям. Во время осады города некоторые здания пострадали, в том числе домик, в котором я квартировал раньше. Пришлось потеснить местного мэра, но он вроде не возражал. К тому же здесь проживала и госпожа Чэн Юэлян, с недавних пор откликавшаяся на вполне русское имя Юля.
 
Естественно, не в моих комнатах. Границы приличий в патриархальном обществе Поднебесной были очерчены очень четко — никакого секса и совместного проживания до свадьбы. Исключения, конечно, случались, но девица Чэн ясно дала понять, что форсировать события не позволит. А поцелуй на поле боя… Ну ладно, несколько поцелуев — это адреналин. Возбуждение горячкой сражения, бурлящая кровь и осознание близости смерти. Ничего такого, чего девушка ханьской культуры не смогла бы забыть или сделать вид, что ничего не было.
В конце концов, после поцелуя мы не узнали друг друга лучше. Да, появилась симпатия, какое-то доверие, но и только. Должно пройти немало времени, прежде чем в этот коктейль добавиться «любовь». Если это вообще возможно.
Так что Юэлян жила в своих комнатах, и пробиться к ней просто на поболтать было не проще, чем в моем мире-времени записаться на прием к губернатору. Но я по этому поводу не особенно расстраивался. Головной боли хватало и без любовных переживаний. Нужно было готовить войска к походу, тренировать их сражаться в новом строю, со своими возможностями разбираться, опять же. С последним, к слову, получалось не очень хорошо.
В комнате я быстро переоделся: скинул белый «тренировочный» халат, надел повседневный синий, перевязал шишку волос на голове другой лентой и прицепил на пояс меч-цзян. Усмехнулся — на автомате уже все делаю, даже не задаюсь вопросом, почему при выходе из дома белую ленту нужно сменить на синюю, — и направился к дверям.
Там меня уже ждали пятеро телохранителей и Ван Дин — ординарец. Последний было сунулся подержать стремя, но я взлетел в седло без чьей-либо помощи и сразу же направил коня к выезду с площади.
Дела были в военном лагере, расположенном в пяти ли от города. Прапор — интендант моей армии Юань Мао — желал отчитаться по фуражу и добыче, которая нам досталась после победы над желтыми. Амазонка — командир стрелковой конницы Гу Вайцзинь — хотела обсудить особенности тактики своих подразделений с учетом использования терций. Пират Ган Нин, отвечающий за ударную кавалерию, ждал меня с тем же вопросом, а младшие командиры, назначенные буквально три дня назад, нуждались в новых вводных. А еще была Матушка И с докладом о раненых, Мытарь с отчетом о финансах, Бык, который…
— Я еду с тобой! — голос девицы Юэлян вырвал меня из мыслей относительно планирования сегодняшнего дня.
Оглянувшись, я увидел невесту, снаряженную словно на битву, восседающую на своей норовистой кобылке. Темно-синий халат, расшитый серебряной нитью, нагрудник из металлических полос на кожаной основе, боевые сапоги, а на голове довольно забавный головной убор, похожий на какой-то полушлем древнегреческих амазонок — не уверен даже, что такие существовали где-то в реальности, а не были рождены фантазией гейм-дизайнеров.
За спиной суженой находились две служанки, тоже зачем-то напялившие поверх платьев нагрудники, а в головные украшения вставившие фазаньи перья. В руках каждая держала лук, что посреди безопасного города смотрелось довольно комично.
— Куда ты едешь со мной, Юля? — уточнил я немного растерянно.
— На битву!
«Папка, папка, возьми меня на войну!» — противным «детским» голосом проорал Лё Ха.
Я шикнул на него и ответил, с трудом сдерживая смех:
— Я еду в полевой лагерь и сегодня не планировал выдвигаться на Синьду.
Ответ ее, кажется, расстроил.
— А когда ты собираешься снимать блокаду с города?
— Завтра или послезавтра намеревался двигать войска. Решение думал принять после доклада капитанов.
— Тогда я еду с тобой в полевой лагерь!
— Юль, но зачем?
Никак я не мог уразуметь, что пришло в голову этой красивой, милой, но удивительно взбаломашной барышне. Что ей делать в войсках? Да, она потрясающий Стрелок, аж девятого разряда, и в бою может выступить настоящей ракетной установкой малого радиуса действия. Но! Во-первых, я не собирался рисковать жизнью дочери могущественного союзника, да и сам с каким-то собственническим настроем не собирался допускать девушку к опасности. А, во-вторых, у нее не было никакого фронта ответственности, чтобы она присутствовала на совещании.