"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Может выгореть. — Вадим в первом спарринге пропустил несколько ударов и смотрел на меня с возросшим уважением. — Не понимаю только, почему ты это не обсуждаешь с Антониной?
— Потому что она богатая стерва.
— Это так, но при чем тут…
— Вадим, для людей, сорян — новусов ее круга, я не более чем прислуга. Говорящая и самодвижущаяся мебель. Я априори не способен придумать что-то умное — так она привыкла воспринимать почти всех, кто ниже. С такими, как я она может быть милой, обходительно или наоборот — холодной и гневной. Какой угодно — лишь бы к ситуации подходило. Но это все маски. Она меняет их с раннего детства и настолько уже привыкла, что не представляет иного поведения. Окружающие для нее — средства. Инструменты. А они, как ты понимаешь, не способны к мыслительному процессу. Короче, не услышит она меня сейчас.
Чекист моментально закаменел лицом. Вероятно, сейчас он примеривал мои слова к их с Тоней отношениям. Дураком он не был и понимал, что будущего у Дипломата и Воина нет и быть не может. Что все происходящее между ними — курортный роман, не более того. Сейчас он полезен девушке, а что будет потом, когда его полезность будет исчерпана? Получит отставку? Скорее всего. Да еще и настоятельную рекомендацию не ворошить прошлое. Давай, мол, будем вести себя, как цивилизованные люди — девочки обожают такие фразы.
— Формально Антонина — глава миссии. — сообщил он после некоторой паузы, в которую вместил все свои невысказанные мысли.
— Я с ней поговорю. — отмахнулся я. — Да и ты ведь ей расскажешь — я без претензий, кстати. Прямо сейчас я не хочу выслушивать ее надменные комментарии. Сперва я получу подтверждение своим выводам относительно Симоновых, тогда и поговорим.
— Каким?
— Если я правильно все понял, местные хотят одновременно продемонстрировать благодарность за спасение своих деток, и предложить девицу рода для последующего осеменения.
— Уверен? — Вадим умудрился улыбнуться и осуждающе нахмуриться разом. Типа, его покоробило моё отношение к процессу договорных случек. Ничего, потерпит. Я же терплю.
— На девяносто девять процентов. После того, как я продемонстрировал «выдающиеся» способности в баре, они куда сильнее заинтересованы в получении моего генетического типа. Понятно, напрямую этого сказать нельзя, общество не поймет, если своих дочек открытым текстом в горизонталь отправлять. Но уверен — на этом званом ужине мне обязательно подведут будущую мать моего ребенка.
— И тебя это, я смотрю, не коробит?
— Вы, господа Ланские, здорово потрудились, чтобы я максимально быстро избавился от иллюзий. Ну и потом, от страшненьких буду отказываться.
После бара и той подставы от Наставника (точнее от Тони, но какая разница), я действительно здорово изменился. Будто щелкнул в голове какой-то переключатель, и я окончательно понял, что окружен существами, для которых не более чем фигура на шахматной доске. Этакая пешка, у которой есть шансы пройти в ферзи, но шансы — не гарантия. Так-то я и раньше в облаках не витал, но ясно увидеть всю картину смог только сейчас. И сразу же принял решение — играем! Опыта у меня, конечно, поменьше, чем у записных интриганов-новусов, но зато я мультикласс.
От каждого типа я что-то получил. И от Наставника с Аналитиком, и от Воина с Дипломатом, а может даже и от Лидера чего перепало. То есть, они узкозаточеные, а я весь такой разносторонний. И потом, именно сейчас я очень востребован. Так что будем, как говориться, рубить бабло, пока хайп на подъеме! Осталось обсудить с Тоней размер приданого, которое имеет смысл требовать со своего временного тестя.
Над моральным аспектом предполагаемой сделки я не сильно парился — тут Вадиму мне врать не пришлось. Да, меня хотели использовать, причем в самом прямом значении этого слова, но кто сказал, что я не способен на алаверды? Еще как!
В общем, к 18:00 следующего дня (Дарт позвонил еще раз и передал просьбу главы своей семьи приехать пораньше) я уже въезжал в ворота поместья Симоновых. В сопровождении Антонины, естественно — приглашение-то на две персоны было.
 
Рыжая превзошла саму себя и выглядела наследницей королевского рода. Какого-нибудь такого небольшого, Швеция там, или Норвегия. Перебрав кучу платьев, она остановила свой выбор на совсем неброской, глубокого синего цвета модели, называемой, по ее словам «А-силуэтом». К нему прилагались ожерелье и серьги с черным жемчугом, перчатки того же цвета, что и платье, и крохотная черная сумочка. В комплексе с боевой раскраской, на самом деле очень минималистичной, смотрелось здорово. Не броско, но с таким нехилым намеком на стоимость этой кажущейся простоты.
Я собирался ехать в том же костюме, в котором был на съезде Комитета, но сделать мне этого не дали. Игнорируя наставления юного Дипломата Симоновых, в которых фигурировали слова «костюм» и «галстук», меня нарядили в спортивного кроя пиджак и джинсы, после чего я сделался похожим на молодого миллионера, получившего свой капитал на спекуляциях криптовалютой. В жизни бы такое на себя не надел, но посмотрев в зеркало был вынужден признать — мне идет.
Поместье Симоновых, как две капли воды походило на подобное же у Ланских в Благовещенске. Тоже у черта на куличках — какое-то Кольцово, до которого мы ехали около часа. Тоже обнесенное высоченным забором, и тоже представлявшее из себя крохотный, но очень богатый хутор. Главное здание, дома поменьше, какие-то постройки декоративного или хозяйственного назначения, дорожки, прудики и тэдэ. Короче говоря, видел одно родовое гнездо новусов — видел их все.
Хотя, должен признать, новосибирская версия типового кланового жилища выглядела побогаче. И как-то более стильно, что ли. Это было заметно и по материалам, явно более дорогим, и по компоновке зданий, более толковой. А еще оно было, кажется, постарше, чем у Ланских. По деревьям видно. Если в Благовещенске аллеям, высаженным на территории поместья было лет двадцать-тридцать, то тут, вероятно, не меньше шестидесяти. А той паре кедров на въезде и вовсе больше сотни.
Водитель, к слову, не наш, а от приглашающей стороны, остановил представительское немецкое купе не возле главного здания (так и хотелось назвать его корпусом), а у домика поменьше — всего-то два этажа. Где у входа нас уже нетерпеливо дожидался мой «старый» знакомый — Дарт. Живой и, по виду, ничуть не пострадавший.
— Привет! — увидев меня, он просиял, будто увидел лучшего друга. Выглядел он в этот момент сущим ребенком, несмотря на строгий пиджак и галстук. — Спасибо, что приехал.
— Привет. — отозвался я нейтрально, не очень веря в искренность этой радости. Я хоть и простил пацана за коктейль с виагрой, но осадочек остался. Да и Дипломат он, если по Антонине судить — двуличное существо.
Обойдя машину, я открыл дверь и помог выйти девушке. Глянул на Дарта и чуть не расхохотался в голос. Представитель четвертого поколения новусов семьи Симоновых поплыл, как обычный подросток. Даже жаль парня стало — дурацкий возраст, по себе помню. Полное превосходство тестостерона над высшей нервной деятельностью.
А Тоня еще и улыбнулась ослепительно этому микросамцу, отчего тот, кажется, полностью утратил связь с реальностью. Пришлось выручать. Мужская солидарность — это вам не просто слова. Это поступки!
— Дим, куда идти-то? — заняв позицию, полностью перекрывающую доступ жадному взгляду Симонову, спросил я. — И чего принимающая сторона тебя одного в дозор назначила?
Миг, и в глаза новуса вернулось осмысленное выражение. Кажется, в них даже выражение благодарности мелькнуло. Очень быстро сменившееся смущением.
— Гости еще не подъехали. Дед и отец хотели с тобой до общего приема встретиться. Только с тобой. — последнюю фразу подросток адресовал Антонине, вытянув шею, чтобы увидеть ее за моей спиной.
— Стесняется что ли? Хочет убедиться, что я не буду еду с тарелки руками хватать? — уточнил я с издевкой. Будем разыгрывать хамоватого провинциала, раз уж им так нравится. К тому же, это чистая правда. Про провинциала, в смысле, не про хама. Хотя, может я себе и льщу.