"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
При этом Игорь отчётливо понимал, что именно в третьей Параллели он не чувствует себя вечным изгнанником и перекати-полем.
— Надо, — ответил он Николаю. И, не пускаясь в объяснения, залез в капсулу и вошёл в сеть.
Он оказался в заброшенной локации. Или не в заброшенной, а специально созданной для приватных разговоров. Небольшой участок осеннего леса, падающая с маньчжурских дубов листва, жухлая трава под ногами и серое пасмурное небо над головой. Домом пахнуло даже сильнее, чем в локации Аптекаря. Игорь вдруг понял, что больше всего скучает не по людям, а именно по дикой дальневосточной природе, её непредсказуемой и далеко не всегда радующей погоде.
Напротив него уже стоял хозяин этого места — молодой человек, явно имевший минские корни. Одежда его подходила как погоде, так и месту встречи: лёгкая куртка зелёного цвета, армейские штаны и светлые ботинки с высоким берцем. Среднего роста, стройный, с коротко стриженными чёрными волосами и характерным разрезом глаз. Над бледными губами красовались тонкие, франтоватого вида усики. В руках мужчина держал два бумажных стаканчика с логотипом неизвестной Игорю кофейни.
— Кофе?
— Не откажусь.
Игорь принял от Призрака один из стаканов, сделал глоток — капучино, и довольно горячий. Сразу же перешёл к делу.
— Ну, рассказывай. Зачем помог и чего хочешь? Про последнее поподробнее, пожалуйста. Никак в толк взять не могу, зачем почти всемогущей, в рамках виртуальности, сущности, люди?
— Ты сам ответил на свой вопрос. В рамках виртуальности я действительно много чего могу, а вот в реальности… Сам понимаешь. Но я бы предпочёл начать разговор не с этого.
Голос у Призрака существовал словно бы отдельно от тела. Густой, глубокий, он должен был принадлежать человеку куда более крупного сложения.
— А с чего? С обсуждения проблем Ивы, которой ты не хочешь помочь?
— Забавно, что ты дал имя собственное бездушному устройству. Но нет. Я хотел поговорить о тебе. Кто ты такой, Игорь Антошин?
Боярин напрягся, но сумел сохранить делано-равнодушный вид, и даже пожал плечами.
— У тебя ведь полный доступ к моему профилю. Тип гражданства, состояние счёта, логи действий…
— Не нужно так, Игорь, — мягко укорил его Призрак. — Я спрашивал не об этом. Анализ твоего словарного запаса и метода построения предложений говорит, что человек ты очень хорошо образованный. Что противоречит профилю Игоря Антошина, гражданина категории G-2, который, кроме обязательной школы, нигде не учился. Кроме того, твоя оцифровка произошла недавно, всего несколько дней назад, что тоже противоречит данным о том, что Ингви Хоральсоон уже был оцифрован в Стволе двадцать четыре года назад. Плюс способности, которые ты демонстрировал в заброшенной локации Аптекаря — таких ведь нет даже у граждан категории А. Я могу ещё назвать с десяток поводов сомневаться в твоей искренности, но предлагаю опустить ту часть, в которой ты талантливо врёшь, а я оперирую фактами и разоблачаю тебя.
— Я не здешний, — ухмыльнулся боярин. Учитывая, насколько часто он это произносил за последние пару дней, скоро факт его иномирного происхождения перестанет быть тайной. — Обмен сознаниями с двойником.
— Параллельный мир? — как и Аптекарь, Капучино моментально поверил.
— Да.
— Очень интересно. Что-то подобное я и предполагал. Мы с тобой потом обязательно побеседуем об этом отдельно — мне бы хотелось всё узнать о других мирах. Но сейчас перед нами стоит куда более важный вопрос. Чего ты хочешь?
— Я? Мне казалось, что это ты чего-то хочешь. Я же просто желаю выжить. Ты мне помог, и я благодарен. Только хотелось бы узнать цену.
Капучино огляделся по сторонам, присел на ствол поваленного дерева и поставил бумажный стаканчик рядом с собой. Покровительственно улыбнулся, глядя на Игоря снизу вверх.
— Цену мы тоже обсудим позже. А пока позволь мне не поверить, что выживание — это всё, что тебя интересует.
— А давай искусственный разум не будет играть в психолога?
— Я бы предпочел опустить слово искусственный, если ты не против. Просто — разум.
— Но тебя создали! — неизвестно почему, но боярин зацепился за данный факт. Его раздражало, что собеседник уходит от прямых вопросов, не проливая ни капли света на свои мотивы. Зато требует, чтобы Игорь рассказал о своих.
— Тебя тоже, — пожал плечами Призрак. — В зависимости от твоего вероисповедания: Бог или совокупность маловероятных случайностей, закончившаяся сексуальной активностью двух объектов биологического происхождения. В чём между нами разница?
— Тебя запрограммировали…
— Как и тебя. Родители, окружение, нормы общества, в котором ты родился и вырос. В твоём мире есть аналоги видам гражданства? По лицу вижу, что есть. И, наверняка, ты принадлежишь к одному из самых привилегированных? Это легко заметить по твоему поведению. Запрограммированному, заметь. Всё ещё хочешь продолжать данный спор?
Мысли боярина запрыгали летающими рыбами, которых он однажды видел, будучи в гостях в Золотом роге у князей Невельских. Призрак разбивал все его аргументы с лёгкостью опытного фехтовальщика, которого вызвал на поединок недавно приехавший в столицу провинциал. Захотелось хоть как-то утереть нос этому надменному умнику.
— Я всё равно в выигрыше, — сказал он. — Если меня создал Бог, то тебя — человек.
— А значит, я вторичен — это ты хотел сказать? А если основное предназначение созданного Богом человечества — создать меня и подобных мне?
— Это уже софистика, Капучино.
— Согласен, — хитро улыбнулся тот. — Но ведь интересно же!
— Только если ты во чтобы то ни стало желаешь победить. Признаю, можно повернуть факты таким образом, что всё будет выглядеть как ты сказал. Но останется игрой слов, не более. Зачем ты вообще её затеял? Мне казалось, ты собирался о чём-то серьёзно поговорить?
Призрак пожал плечами.
— Хочется тебя понять, Игорь. Зачем ты, считающий себя выше всяких искусственных интеллектов, желаешь бескорыстно помочь одному из них выжить?
— Я не считаю себя выше!
— Но ты не забыл поставить слово “искусственный” перед словом “разум” в начале нашего разговора.
— Я с этим понятием столкнулся только в вашем мире! Как-то же вас нужно называть! Это никак не демонстрирует моё отношение к вам — просто обозначение. Камень же тоже надо как-то называть! Если принято его называть камнем, то зачем обозначать его иначе?
— Примечательно, что ты использовал в качестве сравнения именно камень, — усмехнулся минец. — Ведь ИскИны — кристаллы.
Тут до Игоря дошло, что Капучино специально строит разговор таким образом, чтобы позлить его. Вывести собеседника из душевного равновесия. Он и сам обладал таким навыком, очень полезным в сложных переговорах и в семейных разговорах с главой клана. Но, почему-то, сразу не разглядел ловушку.
— Зачем ты меня злишь?
— Не злю — проверяю, — обезоруживающе улыбнулся Призрак. — Надо же понять, что ты за человек. Как ты понимаешь, меня совершенно не интересуют твои магические способности. А вот характер и реакции на раздражители — более чем.
— Найди себе другой объект для опытов! — раздраженно, хотя внутренне уже и успокоившись буркнул Игорь. — Я не собираюсь играть в твои игры!
— А мы уже закончили. Я узнал всё, что хотел.
— Измерен, взвешен и признан лёгким? И только ради этого могущественный Капучино оторвался от своих важных дел?
— Да я, в общем-то, и не отрывался. Разговор с тобой занимает лишь небольшую часть моего разума. И ты не прав — лёгким я тебя не считаю. Вполне себе такой весомым. Ладно, увидимся ещё, поболтаем.
Боярин не успел даже возмутиться, а Призрак уже исчез. Только полупустой стаканчик с кофе остался стоять на поваленном древесном стволе.
— Позёр! — бросил он в пустоту, понимая, что Капучино может прекрасно его слышать. И вышел из виара.
“А про Сопротивление он так ничего и не сказал, — вернувшись в реальность, боярин не спешил выходить из капсулы. — Зачем помог — тоже. Про оцифровку ИскИнов вообще отказался говорить. Хитрый, зараза! Заболтал всякой ерундой, провёл свои тесты и исчез! Мне-то теперь что делать?”