"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Пропустив ещё один удар, на этот раз в грудь, Челиа применила новую тактику. Отступив на полшага, она окружила себя щитами. Множеством голубых, слабо светящихся плиток, которые тут же принялись хаотично кружить вокруг неё. Отличная, кстати, мысль! Попробуй, Альдо, просчитай траекторию движения каждого щита, одновременно уворачиваясь от маленьких, но очень злых кулачков протектора.
Так и оказалось. Пару раз впечатавшись костяшками в плитку, он отступил, даже, кажется, потряс отбитой рукой. Точно потряс! Ухмылка самоуверенного хищника начала понемногу сползать с его лица, сменяясь предельной сосредоточенностью. Дошло, красавец? На каждую хитрую задницу найдётся… В общем, нет копья, которое пробивает любые щиты, как и щита, который отбивает все копья.
Однако техника, временно обеспечившая Челии превосходство, была очень энергозатратной. Буквально за десяток ударов сердца лоб девушки покрылся бисеринками пота, лицо раскраснелось, а дыхание стало тяжёлым, словно у марафонца перед финишем. Но она продолжала атаковать, раз за разом заставляя своего противника отступать и морщиться от столкновения с щитами. Альдо, к слову, не выглядел таким уж утомлённым поединком.
Доминик тоже заметил усталость девушки. И решил, раз не срастается с магией, включить дипломатию.
– Госпожа Домиани, я готов простить вас. Вы совершили ошибку, доверившись человеку, который обманул вас. Как и всех нас. Прекратите защищать его, и мы сможем забыть этот досадный инцидент. Поверьте, никакого преследования с моей стороны, как нанимателя, в отношении вас происходить не будет.
Альдо неопределенно хмыкнул, дескать, никакой пощады врагу, и сильно пнул Челию в грудь. Точнее, в щит, который возник на пути движения его ноги, причём на такой дистанции, что та ещё не успела до конца распрямиться.
Энергия удара сыграла с Тенью дурную шутку. Вместо того, чтобы отбросить девушку назад, он как бы сам оттолкнул себя. Чем протектор сразу же воспользовалась – вошла в клинч и быстро-быстро заработала кулаками. Насколько я мог судить, почти половину из них видящий не успевал заблокировать.
Но всё-таки, несмотря на напор Челии, её уровень владения телом и даром, природа или Господь сделали мужчину и женщину очень разными. Девушка была легче, её удары были не настолько сильны, чтобы выбить дух из тренированного мужика. А тот был массивнее, не таким выдохшимся и явно умел держать удар.
Видящий уже начал приходить в себя после допущенного промаха, когда я без замаха кинул в него чашку с кофе. Которую он, впрочем, успешно отбил. Но только чашку.
Беда с этими магами, если честно. Слишком упираются в свой дар. Забывают о простых, но не менее эффективных методиках. Таких, как горячая жидкость, которая, попадая тебе в лицо, как минимум, лишает сосредоточенности. Пусть капучино и не кипяток, но приятного мало, верно?
На миг потерявшись, Альдо пропустил самый важный удар в своей жизни – последний. Мгновенно сориентировавшись, Челиа всадила мужчине кулак в кадык. А когда он схватился за горло, лишившись возможности дышать, добавила женскую классику – колено в пах. Упавшему противнику она просто сломала шею, с силой впечатав пятку ему в шею.
Дар ко мне вернулся ещё до того, как Тень умер.
Магистр неверяще смотрел на тело своего верного пса. В дверях – поединок длился меньше минуты, если судить по кухонным часам – появился садовник с короткой штурмовой винтовкой в руках. Пока он пытался понять, что произошло, а задача была не из простых, я обрушил на него темень монолита. Просто придавил, не давая возможности двигаться. Убивать этого человека не было никакой необходимости. Я всё же был русским гуманитарием, хотя, при взгляде на мёртвого Альдо, и испытывал жестокую радость. Но держался, не пинал труп поверженного врага.
Доминик перевёл взгляд на меня. Лицо его закаменело. Да, непростые у нас будут переговоры.
– Может, всё-таки кофе, святой отец?
Магистр моргнул, выдавая свою полную растерянность. Предательство протектора, смерть ищейки, обезвреженный “садовник” – день явно пошёл как-то не так. А моё предложение выпить кофе и вовсе разрушило начавшуюся было собираться мозаику. По его логике, да, в общем-то, не только по его, сейчас, пользуясь преимуществом, я должен был убить католика. Преимущество было за нами – двое одарённых против одного, веские причины сделать это – тоже. Вот только смерть Доминика не входила в мои планы.
Челиа устало опустилась на стул, но – умная девочка – щиты не сняла. Выглядела она скверно – судя по всему, пропустила не только те удары, которые я заметил.
– Что? – переспросил доминиканец.
– Кофе, – повторил я. – У вас тут отличная кофемашина, я с удовольствием сделаю вам чашечку. Вы какой предпочитаете? Я наловчился делать капучино, правда, рисунок молочной пенкой у меня не всегда выходит. И погасите уже аспекты, падре, не собираюсь я с вами драться!
– А что вы собираетесь делать, Игорь? – всё-таки жизненный опыт у старикана был не чета моему. Он быстро овладел собой и уже начал просчитывать варианты дальнейшего развития событий. Не спеша, впрочем, тушить огоньки на кончиках пальцев.
– Разговаривать. Пересматривать наши договорённости.
Мне удалось ещё раз сбить его с толку.
– Вы не сможете сбежать, – спустя несколько секунд его лицо озарила догадка. Он решил, что я сейчас буду выторговывать себе путь отступления. Наивный итальянский дедушка!
– Да как два пальца, святой отец, – хмыкнул я. – Я не об этом собирался говорить. Вы будете кофе или нет?
Некоторое время на кухне воцарилось молчание. Тревожной тишины, впрочем, всё же не получилось: шипел, взбивая молоко в пену, агрегат, тикали часы, постанывал и матерно ругался на немецком придавленный “садовник”. Последнее портило атмосферу куда сильнее работы кофемашины, и я попросил протектора утихомирить страдальца. Не летально. Челиа кивнула и расчётливо стукнула бойца в основание черепа.
Поставив чашку перед магистром, я послал ему доброжелательную улыбку.
– Ваш план – дрянь.
Что он там ожидал услышать, не знаю, но не это.
– Какой? – осторожно поднимая чашку, спросил он. На его молочной шапке скалился неуклюже изображённый череп.
– Ну этот – столкнуть весь мир в войну, а потом вернуть выживших в лоно природы. Дрянь план. Ничего не получится. Точнее, получится совсем не то, чего вы ждёте. Я почти уверен, что вам самому не понравится результат.
– Спорно. Такой вариант существует, но это не константа.
– Если что-то может пойти не так, оно обязательно пойдет не так, – поделился я с ним мудростью моего мира.
– И поэтому вы убили Альдо и решили сбежать?
– Его я убил, потому что обещал. Мой нынешний статус лишает меня возможности игнорировать данное слово. Да и зло я на него затаил, если честно. Однако теперь, согласно христианской традиции, я простил его. Не грустите, отнеситесь к этому как к сопутствующим потерям. Вы же не пугались отправить на смерть миллионы людей, чтобы спасти цивилизацию этой Параллели?
– Не ёрничайте.
– Хорошо, не буду. Так вы готовы к разговору?
– Смотря к какому.
– Да всё к тому же. Власть, контроль, спасение мира. Это всё ещё можно устроить.
– Что-то я перестал вас понимать…
– Да никогда и не пытались, падре. Кто же будет забивать себе голову внутренним миром инструмента?
– Так просветите меня.
На миг я задумался. Эта часть была самой сложной, куда труднее реализуемая, чем убийство Альдо. В мыслях я несколько раз репетировал речь, но в реальности подготовленные слова казались плоскими и не настоящими.
– Я ведь русский, – начал я. – Вы тут в Европах создали замечательный образ русского медведя – опасного и недалекого. Которого нужно держать на поводке, кормить, и тогда он станет для вас плясать на задних лапах. С отдельными представителями это действительно получается, но если смотреть на вид в целом… Вы всё время забываете, что медведи – это хищные дикие звери. Очень независимые и чертовски хитрые, и злопамятные.