"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Рад приветствовать вас в моём доме, – кивнул он одними глазами. Не знаю как ещё описать это движение, при котором он продолжал оставаться в полной неподвижности. – С нетерпением ждал вас сегодня, Игорь. Рассчитывал, что вы примите моё приглашение.
– Э-э, меня?
Я не выдержал и настороженно оглянулся. Проклятый индеец рушил всю мою конспирацию одной фразой! Однако, кинув взгляд на Альдо, я заметил, что он не спешил хватать меня за руки с радостным воплем “наконец-то ты подставился!” Напротив, он спокойно скучал, периодически почёсывая мочку уха и переступая с ноги на ногу. Провокационных слов он будто не слышал.
– Ваши спутники сейчас не слышат вас, – с каменным лицом сообщил мне хозяин. – Я немного изменил частоту их восприятия, и у нас есть около пары часов на спокойную беседу. За это время вы лишь успеете задумчиво посмотреть на окружающую бутафорию. Пойдёмте за мной.
И, как какой-нибудь британский дворецкий, он повёл меня прочь из лавки. Через прячущуюся слева дверцу по лестнице на третий этаж. В небольшую, но очень уютную комнату с окном во всю стену, сквозь которое ослепительно сверкало солнце над… морем?
– Игры с пространственно-временным континуумом, не берите в голову, – небрежно бросил индеец. Уселся в одно из кресел, придвинул к себе чайник и стал наливать янтарный напиток в тончайшей белизны фарфор. – Да садитесь же, Игорь.
Хотелось себя ущипнуть, икнуть или, на худой конец, выматериться. Как русский человек, я всегда выбирал в сложной ситуации третий путь.
– Вы кто такой? – спросил, когда эхо последнего “ять” затихло под потолком. – Инту, что ли?
Ну а что я ещё должен был подумать? Появляется какой-то индеец, замораживает время, приводит в комнату с видом на солнечный пляж и предлагает чай. Да ещё и приглашение это странное… В общем, неприятное чувство оказаться рядом с кем-то столь могущественным. Особенно после того, как привык к собственной крутости.
– Инту? Ну что вы такое говорите, – мягко пожурил он. Поднялся, настойчиво усадил меня в кресло, сунул в руки чашку и снова сел. – Я, в некотором роде, ваш родственник. Очень дальний, как вы говорите – седьмая вода на киселе. Тридцать четвёртый Сапа Инка Аскар Капак Тауантинсу?йу. Можете обращаться ко мне по имени.
А что, ять, из того, что он мне сказал, имя?!
  
Глава 21. Ветви и грозди
 
– Аскар, – видя моё затруднение, пояснил индеец. – Моё имя – Аскар. Сапа Инка значит Первый Инка, то есть правитель, Капак – имя рода, а Тауантинсу?йу – название государства, которое вам известно как империя Инков.
Он что, блин, мысли ещё читает? Или у меня просто покерфейс от потрясения сполз и разбился об пол? Надеюсь, второе. А то совсем хреново. Не люблю телепатов. Ни одного ещё не встречал, но уже не люблю.
Инка. Ткач и, судя по всему, раскачанный по самое не могу. Кто ещё мог устроить такое? “Не берите в голову, Игорь, это просто игры с пространственно-временным континуумом!” Просто, мать его, игры! И стежок в поле… То чувство, когда ходишь три года в спортзал, считаешь себя качком, а потом встречаешь настоящего атлета, который в том же зале готовится к соревнованиям.
Но их же вырезали католики! Под нож всех, включая стариков и детей. Одна Куава ведь осталось! Откуда он, мать его, взялся!
– И зачем вы меня пригласили, Аскар? – мне удалось задать вопрос совершенно спокойным голосом. Словно бы ничего такого не случилось. Будто мы не сидим в древнем домике на Марсовом поле в Риме и не смотрим в окно, за которым, мать его, пустынный тропический пляж!
Пусть он пока ведёт беседу, а то я что-то плыву. Настоящий нокдаун, блин! Не, я так-то к магии привык, можно сказать, но не к “играм с пространственно-временным континуумом”. Это по моему обывательскому разуму шандарахнуло знатно.
– Поблагодарить, – инка сделал крохотный глоток чая, поставил чашку на блюдце, а его, в свою очередь, на стол. Умереть на месте – индеец с манерами какого-нибудь английского лорда! – Вы помогли… помогаете нашей хранительнице. Я присматривал за ней, а после того, как вы создали плетение для её спасения, решил лично выразить благодарность.
 
Это он про Куаву? То есть, он за ней наблюдал? И за мной, получается, тоже? А когда увидел плетение, которое я создавал, чтобы один отмороженный супериор Доминика не перерубил её своими плетьми пополам, решил заявиться и сказать “спасибо”? Осознание этого взбодрило куда сильнее кубика адреналина. Сразу куда-то отступила растерянность и наружу полезла совсем другая эмоция.
– А сами не могли? – с внезапно возникшей злостью спросил я. А то, понимаешь, корячишься, по краю ходишь, а он, оказывается, присматривал за девочкой! Значит, и вытащить мог в любой момент!
– Мог, – не стал отрицать инка. Мои эмоциональные выплески трогали его не больше, чем гнев муравья. – И спас бы, если бы вы не справились, Игорь. Но было очень интересно наблюдать за Ткачом-самородком.
Я открыл рот, чтобы вывалить на него всё, что думаю. И закрыл его, так ничего и не сказав. Гнев как появился, так и прошёл. В самом деле, кто я для них? Для этого вот индейца с манерами британского аристократа? Он пространство ворочает, просто чтобы чай с видом на море попить! Я для него букашка. Занятная такая, что-то умеющая.
– И как? Понравилось? – на губах улыбка, а в голосе яд. Нет, гнев ушёл не полностью. Трансформировался в нечто иное. Не люблю, когда мной играют! Всю жизнь был мелкой фигурой на доске, обречённый принимать волю игроков, не понимая сути навязываемых мне правил. Но это – в прошлом.
Кажется, мне удалось вывести инку из себя. Внешне он не проявил ни капли эмоций, лицо вождя краснокожих не дрогнуло, но спускать мне мой тон он явно не собирался. Глядя мне в глаза, он поднял крохотную чайную ложечку с вензелем, и в тот же миг в горле у меня что-то хрустнуло. Стало нечем дышать. Расширяющимися глазами я смотрел, как индеец крутит в руках деталь сервиза, и не мог выдавить из себя не слова.
Всё-таки, язык мой – враг мой. Привык я тут к неприкосновенности, оборзел, за что и поплатился. Но инка не планировал устраивать казнь во время чаепития. Наигравшись с ложкой, он положил её обратно на блюдце. С едва слышным звоном фарфора ко мне вернулась способность дышать.
Это что было сейчас? Что он сделал? Не было ведь применено никакого аспекта, я бы почувствовал. Он просто поднял ложку, покрутил её, а потом положил на место. Что… А! И самовар! Это активаторы! Он выстроил несколько плетений, которые может активировать крошечными изменениями в реальном мире! Ложку поднять, самовар передвинуть. Кру-у-то! Я тоже так хочу!
– Понравилось, – словно бы укрощения строптивого не было, произнес индеец. – Вы действовали грубо, бестолково, поднимая целые горы там, где достаточно было изменения их падающей тени. Но эффективно. А главное – искренне. Вы защищали её не по причине возможной полезности, а потому, что она вам дорога. Поэтому я беседую с вами. Поймите правильно, Игорь, в этом мире полно капель крови моего народа, некоторые даже могут устроить простенькие плетения, но не к каждому из них я являюсь для разговора и выражения благодарности. Меня впечатлили не ваши способности, хотя потенциал неплох, а те чувства, которые вы проявили к хранительнице.
Да какие там чувства! Просто… Ну нельзя же было девчонку так сливать! Да и я, по правде сказать, виноват перед ней – вытащил из дома, втравил во всю эту историю. Было бы верхом подлости отмахнуться от факта её существования и делать вид, что всё в порядке. Я, конечно, здорово изменился за последнее время, но не до такой же степени.
Стоп, а что он там ещё говорил про капли крови его народа? То есть, Ткачей здесь много, не только мы с немцем? Хотя, таких-то точно немного. Большая часть, скорее, геоманты, способные, разве что, головную боль унять, передвигая предметы в комнате. Вообще, логично. Учитывая, сколько народов участвовало в геноциде инков, не стоит удивляться тому, что некоторые победители привезли домой смуглокожих пленниц. И кстати, о геноциде…