"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— А они выступают в вашу поддержку? — закончил я его мысль.
— Да, они уже поддерживают нас. Золотой дворец уже получил сообщение, в котором звучат такие фразы, как «вероломство», «предательство» и «русская угроза». Многие в нашем правительстве склонны верить этим словам. Совершенно забывая, что Поднебесная практически никогда не воюет солдатами, но продолжает прирастать территориями.
— Ясно. — Не то чтобы все, но какое-то понимание появилось. Конечно, минский след — не более чем одна из версий… Кстати, а наш верховный жандарм ее рассматривает? Надо здесь заканчивать да поговорить с Федором Георгиевичем. Хотя… О чем я вообще? Я что, собрался влезать в это расследование? Это не мое дело! Вон пусть жандарм разгребает, а я княжескую волю исполнил и отправлюсь собирать информацию!
Некоторое время мы с послом еще вели беседу, но основное было сказано, и дальше тратить время на болтовню смысла не было. Я довольно толково свернул разговор на текущие дела, откланялся и покинул маньчжурский особняк.
— Куда, Игорь Сергеевич? — гортанно осведомился водитель, когда черная дверь и тонированное стекло отрезали меня от прозрачного осеннего дня.
— В библиотеку.
— Княжескую или общественную? — без удивления откликнулся абрек.
— Давай в общественную.
Посмотрим на политическую карту, почитаем про магов… А то без информации мои телодвижения становятся все больше похожи на прогулку по минному полю. Нет-нет да и проколюсь где-нибудь.
— Хорошо, — откликнулся водитель.
Мотор отозвался рыком сильного и сытого льва, тяжелая машина мягко тронулась. Я откинулся на спинку дивана, прикрыл глаза. И в этот самый момент водитель рявкнул во весь голос:
— Щит!
Было неожиданно услышать английское ругательство от этого сына гор. Я открыл глаза, чтобы посмотреть на то, что вывело из себя моего молчаливого водителя. И увидел, как в лобовое стекло летит сгусток огня величиной с голову.
Пока внутри черепной коробки суматошно носилась мысль, состоящая из одного «что?» и нескольких нецензурных ругательств, тело все сделало само. Мышцы живота вдруг затвердели до состояния гранита, руки взлетели вверх, а рот произвел мощный гортанный выдох-крик. Воздух сгустился в кисель, а потом и вовсе прекратил поступать в легкие. Я, будто раздвоившись, смотрел на приближающуюся огненную смерть. Одна моя половина перепуганно визжала на одной ноте, словно девица, увидевшая мышь, другая с мрачным удовлетворением сообщала, что успела. Что именно она там успела, я понял, когда пламя расплескалось вокруг лобового стекла, но не прикоснулось к нему.
Я это сделал.
Как — представления не имею. Что — без понятия! Но сделал. Спас себя, водителя и машину.
Тяжелая «Ладога» подпрыгнула, наверное, на полметра вверх, бухнулась обратно. Меня чувствительно приложило макушкой о крышу салона. И сразу сложились в одно оба «я» — перепуганное и самодовольное. Стали чем-то третьим. Изменившимся.
Воздух вновь потек в легкие. Воспользовавшись этим, я заорал:
— Гони!
Плевать, что это было! Плевать, что я сейчас сделал и как я это сделал! Валить отсюда! Валить со всей возможной скоростью! Забиться в щель и не отсвечивать! Хренов мир! Хреновы маньчжуры! Хренова магия!
— Дабьем их, боярин! — обернулся с водительского места абрек. Черные его глаза азартно блестели, а белые зубы были плотоядно оскалены. — Стрелок выдахся! Мы их вазмем!
Его акцент, прежде мной не слышимый, тоже был признаком возбуждения. С ним водитель сразу же стал похожим на тех кавказцев, которых я знал: диких и шумных. Не дожидаясь моей реакции, он толкнул дверь и выкатился на улицу. Двигался он со скоростью, неожиданной для его габаритов.
Я не успел крикнуть: «Куда, кретин?», и остался в машине один. В салон сразу же проникли звуки. Гудение — пламя, не получившее в пищу машину, что-то все-таки пожирало. Визг сигнализации — ударной волной зацепило стоящие по обочинам авто. Напуганные крики — случайные прохожие торопились покинуть опасный район набережной Амура. Топот — кто-то бежал совсем рядом с «Ладогой».
 
«Придурок! — прошла мысль по краю сознания, когда я вслед за абреком выскочил из машины. — Ты-то куда прешься?!»
В сторону домов от машины улепетывал худощавый мужчина. Я лишь мельком глянул на него — не по мою душу, и ладно! Перевел взгляд на водителя. Тот уже дрался. Двигаясь все с той же фантастической быстротой, он наносил удары, получал их, отскакивал и снова нападал. И все время что-то кричал. Или пел — я не разобрал. Его противники, трое мужчин, пытались попасть по нему какими-то саблями, но пока им этого сделать не удавалось.
На моих глазах абрек подставил голое предплечье под одну из сабель, и клинок отскочил от кожи, не причинив никакого вреда. Я, кажется, даже звон услышал! Характерный такой, железо по камню. Может, глюк, конечно. В таком состоянии чего только не покажется. Воспользовавшись замешательством противника, водитель тут же нанес удар. И — я клянусь! — рукой пробил тому грудь насквозь! Я отчетливо увидел, как голая рука одного человека вошла в грудь другого и вышла наружу! Окровавленная!
«Господи! — Я по-бабьи приложил руки к щекам. — Да что происходит?»
Тот, другой я, который остановил летящее в машину пламя, больше не проявлялся. А без него импульс, толкнувший меня выскочить из машины вслед за водителем, как-то быстро иссяк. Я не представлял, что делать дальше: стоять и смотреть на драку, бежать, спрятаться опять в машину или все-таки помочь кавказцу? Хотя чем я могу помочь человеку, которого не берет сталь и который крошит грудные клетки, как пенопласт?
Тут ситуация стала развиваться совсем уж нехорошо, и все мои сомнения разом разрешились. Осталось только решить, в какую сторону бежать.
От стоящего слева дома ко мне бежали трое китайцев с саблями в руках. Трое одетых в деловые костюмы, похожих на клерков какой-нибудь юридической фирмы китайцев неслись на меня с саблями в руках!
Я запаниковал. Мозг тут же выдал серию каких-то невнятных рекомендаций, собранных из просмотренных фильмов, прочитанных книг и советов «бывалых». Следуя им, я бросился за машину, рассчитывая прикрыться ею от китайцев. Но тут же сообразил, что у них не огнестрел, а значит, прятаться за броневиком никакого смысла нет. И припустил к ближайшему дому. Просто чтобы максимально увеличить дистанцию между собой и тремя мужиками с колюще-режущим оружием.
Сквозь шумное дыхание перепуганного оленя я не сразу услышал выстрелы. Черт! Так у них все-таки есть огнестрел? Может, все же за машиной спрятаться? Или поздно? Далеко я от нее отбежал? Быстро глянув назад, я увидел, как один из клерков-китайцев вытягивает в мою сторону руку. Вспышка! Защищаясь, я поднял руку и, пробежав по инерции еще несколько шагов, остановился. Сантиметрах в пяти-семи от моей растопыренной ладони в воздухе висела пуля. Как приклеенная!
Не просто висела. Она крутилась вокруг своей оси с бешеной скоростью, будто сверло перфоратора! Но продвинуться вперед не могла ни на миллиметр.
— Это я, что ли?
Собственный голос показался мне чужим. Детским, беспомощным, жалким. В нем были нотки непрорвавшихся слез, обиды и, как ни странно, восторга. Так ребенок, сделавший что-то, бывшее для него раньше невозможным, смотрит на дела своих рук и не верит.
«Третий по силе боевой маг княжества», — всплыли в памяти слова князя. Так это я пулю остановил? Так же, как и пламя, летящее в машину? Это, выходит, и есть магия?
Вторая пуля прошла где-то над головой, обрывая мысли, делая их явно лишними. Я тряхнул ладонью, избавляясь от прилипшей гадости. Пуля упала на землю, а я развернулся и побежал. Маг, не маг — какая на хрен разница, если пользоваться этим не умеешь! Потому что вот эти спорадические всплески — это ни фига не умение!
До стены многоэтажки я добежал первым. Брошенный на преследователей взгляд сообщил, что они совсем рядом, метрах в пяти. Бегут сосредоточенно, саблями сверкают, стрелять больше не пытаются. Только мое положение это совсем не улучшает. Впереди стена, никаких дверей не видно, людей тоже будто корова языком слизнула. Что делать?