"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Три дня с перерывами на еду, сон и прочие физиологические мелочи я строчил самый подробный отчет о нашей миссии. После чего Пафнутов его прочитывал, недовольно морщился:
— А вот этот момент, дражайший Андрей Драгомирович, ты как-то не очень отразил. А ну-ка опиши всё поподробнее. — Вот такой въедливый товарищ.
Однако все плохое (впрочем, как и хорошее) в нашей жизни когда-нибудь заканчивается. Подошли к концу и мои мучения. Рядовых бойцов взвода и нашу артиллерию оставили в покое еще раньше. Трофейные турецкие лиры были обменяны в банке на русские рубли и честно в равных долях поделены между всеми участниками операции. Я свою часть внес в качестве пополнения долей троих погибших бойцов, их, кстати, также учли при дележе. Лейтенант Суржиков клятвенно заверил, что непременно передаст деньги их семьям.
Затем оккупировали один из городских ресторанов. Славно погуляли. Без драки с флотскими не обошлось, а потом, как это заведено на Руси, была совместная пьянка с братанием родов войск.
Маше я в первый же день послал телеграмму, мол люблю, скучаю, жди. Ответ получил примерно через час:
«Люблю, скучаю, жду».
Скоро отбыть во Владимир не получилось, ибо в город славы русских моряков прибыл Верховный Главнокомандующий сам Государь Император. Первым делом царь пожелал видеть скромного капитана третьего ранга Воронцова. И вновь начались утомительные расспросы, что да как. Если интересно, возьми и почитай фолиант, который я накатал за три дня. Нет же, все хотят всё узнать из первых уст. Замучил Его Величество куда тому Пафнутову.
Наконец мучения мои закончились. Я был отпущен в отпуск до Высочайшего повеления. Душевно попрощался с бойцами, на которых, включая погибших, составил наградные листы с подробнейшим изложением героических деяний каждого. Здесь не принято предлагать какую-то определенную награду, командир подразделения описывает действия в бою того или иного бойца, а чем наградить, решают уже наверху. То есть зачастую размер награды зависит от способности командира писать борзо, лихо, художественно, чтобы начальство не уснуло во время прочтения, а радовалось тому, какие на свете бывают герои. Видит Боженька, я расстарался как мог, надеюсь, рядовые получат высшие солдатские награды, а Суржикову «Михаила-Воина» пожалуют.
Еще через три дня я стоял на площади у Киевского вокзала города Владимира. Было направился к стоянке конных экипажей, но тут прямо перед моим носом остановился возок с родовыми вензелями бояр Беляевых. Из него выскочила… да-да, вы угадали моя Маша. Откуда узнала о моем приезде, так и не созналась. Впрочем у бояр свои источники информации.
Процесс обнимашек с поцелуйчиками опущу, ибо вельми скромен.
Прямиком с вокзала направились к месту моей службы.
Доложился честь по чести Николаю Силычу. Познакомил со своей невестой. Кратенько, сильно сглаживая особо острые углы, поведал о своих похождениях. Все равно получилось весьма трагично, особенно рассказ о затопленном, одновременно горящем Стамбуле и его жителях, вынужденных покинуть место привычного обитания. Маше было также интересно послушать. Обошлось без женских вскриков, аханий и прочей демонстрации чувств. Нас угостили превосходным цейлонским чаем с восточными сладостями. В завершение встречи предъявил царский рескрипт, на что адмирал, показушно разведя руками, мол печаль лишиться даже на время такого специалиста, сказал:
— Ну что же, отдыхай, Воронцов. Надеюсь, на свадьбу старика позовете.
— Ну какой же вы старик, Николай Силыч, — тут же вставила свое веское слово Мария, — Вы еще эвон какой добрый-молодец. А на свадьбу непременно позовем. — И, переведя взгляд на меня, заморгала глазенками словно наивная девчонка. — Ведь правда, милый?
Ну как такой откажешь. Впрочем, с моей стороны было бы свинством не позвать адмирала.
— Разумеется позовем, дорогая. — И, обратившись к адмиралу, сказал с самой искренней улыбкой: — Николай Силыч, вы и ваша дражайшая супруга первые в списке приглашенных на нашу свадьбу гостей. О дате и месте проведения бракосочетания вам будет сообщено позже.
— После отпуска, Андрей Драгомирович, надеюсь вновь увидеть тебя в своем ведомстве. Планируется постройка дюжины самолетов класса «Стремительный». А потом будем думать о дальнейшем развитии российской авиации. Скажу по секрету, сам Великий Князь Даниил проявил интерес к этому делу, а это значит, что проволочек с субсидированием проекта не будет. Вот так-то.
На что я лишь пожал плечами, дескать воля Государева, куда пошлют, там и буду служить дальше, ибо человек военный, сам себе не принадлежу.
Из адмиральского кабинета отправились прямиком в Суздаль в боярское подворье Беляевых.
Три недели пролетели как один день. Мы с Машей любили друг друга, много гуляли по улицам древнего города. Девушка оказалась весьма осведомленной в плане истории родного края и много интересного и забавного поведала. А тут и война успела закончиться. Я был горд, что в этом есть и моя лепта и немалая. Однако носа не задирал, мол смотрите какой герой, прям Супермен или Капитан Америка. И вообще, я скромный.
В честь окончания боевых действий суздальское боярство не поскупилось, днем едва ли не на каждом углу военные оркестры исполняли бравурные марши, а с наступлением темноты небо расцвечивали многочисленные салюты под все ту же музыку.
Наконец из дворца прибыл фельдъегерь и доставил пакет с приглашением в Кремль на торжественную церемонию чествования героев.
Из состояния задумчивости меня вывел довольно чувствительный удар острым локотком по ребрам и взволнованный голос подруги:
— Андрей, заснул что ли? Тебя вызывают.
Действительно, что-то я задумался. Там сам царь-батюшка ждут, когда какой-то скромный капитан третьего ранга соизволит подойти, а я тут витаю в Эмпиреях.
Чтобы подойти к подиуму, где проходила процедура награждения, пришлось немного побеспокоить высокое военное начальство. Генералы и адмиралы с неохотой освобождали мне дорогу, лишь после того, как сам Петр Васильевич IV сделал приглашающий жест в мою сторону, засуетились, расступились и начали бесцеремонно разглядывать, некоторые через театральные бинокли и лорнеты. Блин, нашли инфузорию-туфельку, блаародные, мля! Как только будет дозволено смыться, ни мгновения не останусь в этом паноптикуме.
Стоило мне оказаться рядом с Государем Императором. Герольд, перекрывая своим оперным басом гул толпы, степенно перечислил мои заслуги перед государством российским, как боевые, так и на почве строительства воздушного флота. Откровенно говоря, сам был удивлен тем, что успел столько наверетенить. Тем временем тот продолжал:
— По совокупности совершенных деяний на благо Российской Империи Андрей Драгомирович Воронцов награждается «Звездой Спасителя Отечества»!
Едва он это произнес, в помещении наступила гробовая тишина. На меня устремились взоры всех без исключения присутствующих. Во взглядах женщин, особенно более или менее молодых был явный интерес. А вот мужчины, даже самый обвешенные орденами военачальники смотрели на меня с нескрываемой досадой и завистью. В их взглядах буквально читалось: «За что этому щенку с не обсохшим молоком на губах такая честь?»
Честь? Ну нацепил мне на шею сам Государь усыпанную мелкими алмазами семиконечную звездочку размером с серебряный рупь, из какого-то белого металла, скорее всего платина. Пожал руку, поздравил. Три недели назад в Корсуне Петр Васильевич меня и вовсе к своей груди прижимал и в ланиты лобызал. И что тут такого? Цена этой цацке с учетом стоимости алмазов максимум полсотни червонцев золотом.
Или я чего-то не знаю? Судя по счастливому выражению на красивой мордашке едва ли не подпрыгивавшей от радости моей подруги, скорее всего, действительно чего-то не знаю и чего-то не понимаю.
Ситуацию прояснил Император:
— Эта скромная звездочка, Андрей Драгомирович, иже с ней звание Спаситель Отечества суть высочайшая награда Российской Империи. Получатель данного знака имеет право основать новый полноценный боярский род под своей фамилией. Дополнительно вам будут выделены во владение земли с городами и селами из Наших владений. Так что поздравляю нового патриарха Великого Боярского Рода!