"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Брать лихача не стал от Малого Демидовского до Ивана Тысяцкого ходьбы неспешным шагом не более десятка минут. Да и не люблю я, честно говоря, этот вонючий транспорт, то и дело выдающий очередную порцию дерьма, отчего-то называемого конскими яблоками. Вот закончится война, непременно изобрету самодвижущуюся коляску на магическом приводе, прогрессор я или где.
По пути крепко призадумался по поводу загадочного стечения обстоятельств, моей встречи с Марией Беляевой. Ведь еще вчера утром ничего не предвещало о коренном переломе в моей жизни. Странное, ничем необъяснимое желание отобедать именно в студенческой едальне. Ведь раньше никаких ностальгических позывов я не испытывал, хоть во Владимире бывал неоднократно. И тут, вдруг, нате вам, сподобился посмотреть, как бывшие коллеги кушать изволят. Нет, неспроста все это. Вот если бы в Бога верил или какие еще Высшие Силы, тогда легко нашел бы объяснение случившемуся. Но, прошу пардону, не верую. Я вовсе не атеист, скорее агностик, существование богов допускаю, но поверю лишь после того, как мне предъявят неопровержимые доказательства.
Скорее всего, причиной последних событий является мой чародейский Дар. Ведь в душе всякого мужчины, даже самого отъявленного ходока есть подспудное желание встретить свой идеал женщины от которого не захочется ходить на сторону. Именно благодаря Дару воплотилось и мое подсознательное желание встретить ту самую, единственную. Не знаю, как дальше будет, но в настоящий момент кроме моей Маши другие женщины для меня не существуют. Вот же щучий случай! Сам себе едва ли не завидую. Словами не передать, как я счастлив.
Глава 20
Мы — мирные люди, но…
Рыболовная шхуна «Crazy cod» (Бешеная треска) вошла в устье Темзы под покровом наступающих ночных сумерек. Экипаж быстро убрал паруса команда судовых механиков сноровисто развернула складывающиеся лопасти гребного винта, вскоре заработал стосильный двигатель паровой машины и суденышко, попыхивая дымом и паром двинуло вверх по течению реки. На довольно потрепанное морем и временем судно с гюйсовым триколором Королевства Нидерланды никто не обратил внимания. Ну зашло старое корыто сдать выловленную рыбу оптовикам, заодно подлатать такелаж. Подобных визитов здесь на дню не один десяток. Таможенная служба ничего кроме выловленной рыбы на борту не обнаружила, судовые документы в полном порядке, а это значит: «Welcome to the UK!».
Безопасный путь по реке вполне внятно обозначен установленными на якорях плавучими бакенами, с включенными в ночное время магическими огнями. К тому же на штурманском мостике «Бешеной трески» стоит опытный капитан, который знает фарватер едва ли не лучше собственных пяти пальцев и при необходимости может провести судно до самого Шеппертона.
Звать капитана Дэнни Лаури, По документам он, как и все прочие члены экипажа судна, является подданным Его Величества Короля Нидерландов Якова VIII. На самом деле вся команда «рыболовной шхуны» состоит из штатных сотрудников Шестого Отделения Главного Управления Тайной Службы Российской Империи, начальником которой, насколько нам известно, является генерал-майор Пафнутов Дмитрий Аркадьевич. Несложно догадаться, что шхуна со столь забавным названием появилась в самом сердце Британской Империи не ради сдачи рыботорговцам-оптовикам богатого улова трески, камбалы, палтуса и прочих объектов промыслового лова и вовсе не для проведения такелажных работ.
Настоящее имя «голландца» Денис Владимирович Лавров. Подполковник от жандармерии тридцати семи лет от роду, в Тайную Службу мобилизован шесть лет назад, будучи в чине капитан-лейтенанта, командира эскадренного миноносца Балтийского флота «Вёрткий». Мужчина крепкого сложения с лицом грубоватым, рыжеволос. Как и полагается здешнему морскому волку, носит аккуратно подстриженную шкиперскую бородку.
На мостике помимо капитана и рулевого матроса старпом Майкл ван дер Дуроу, на самом деле Михаил Константинович Дуров. Вот такая забавная конспирация.
Все члены экипажа, помимо родного русского, свободно владеют несколькими европейскими языками, среди которых английский и голландский были обязательными для данной боевой группы.
— Кеп, на траверзе Бексли. — на «родном» голландском доложил старший помощник.
— Машина, малый вперед! — капитан перевел стрелку машинного телеграфа в соответствующее положение и продублировал голосом в переговорную трубу. Убедившись в том, что едва вращающийся гребной винт компенсировал течение реки и суденышко замерло относительно береговых ориентиров, капитан скомандовал через рупор: — Приготовить левый и правый якоря к отдаче. — А еще через пару минут с мостика донеслось: — Отдать якоря! — А в недра судна улетело: — Стоп машина! Механикам держать под парами! Быть готовыми к отплытию в любой момент. — Убедившись в том, что судно надежно зацепилось за илистое дно в полутора десятках саженей от покрытого густым дубовым лесом правого берега, капитан весело посмотрел на старшего помощника и неожиданно выдал по-русски: Ну что, Михал Константиныч, вполне удачное местечко для исполнения нашей миссии.
— Пожалуй, вы правы, Денис Владимирович, среди этих кущ всполох разгонного блока будет не так заметен на старте. А потом поди догадайся, откуда прилетело.
— Отлично! — кивнул капитан и с высоты штурманской рубки проследил взглядом за тем, как на баке расторопная команда матросов под руководством боцмана распахивает створки ранее замаскированного люка.
Вскоре из темного провала трюма показалась влекомая ручными лебедками платформа, оббитая листовым металлом, на ней поворотное устройство, способное вращаться на триста шестьдесят градусов, с шестью большими трубами полутора саженей длиной и диаметром около пятнадцати дюймов. После того, как платформа с шестиствольной реактивно-артиллерийской установкой поднялась до необходимого уровня, стопорные механизмы зафиксировали её с четырех сторон таким образом, чтобы оно стала единым целым с палубой. Подскочивший к монструозной конструкции расчет из четырех специалистов-ракетчиков принялся ориентировать пусковую установку по направлению и углу подъема стволов, в соответствии со специальными таблицами, учитывающими внешние погодные и прочие факторы. Четверть часа и на мостик поступил доклад о готовности к стрельбе.
Денис Владимирович вышел на открытый воздух и сделал рукой разрешающую отмашку, после чего тут же вернулся в штурманскую рубку. Едва он захлопнул за собой тяжелую клинкетную дверь, носовая часть судна осветила яркая вспышка, за ней вторая, третья и так далее до тех пор, пока последняя ракета, покинув свой пусковой пенал, не умчалась в небесную высь.
Пролетев около десятка верст, разгонные блоки выжгли все топливо и после подрыва порохового заряда на высоте трех тысяч саженей отстыковались от основной боевой части, которая отправилась по баллистической траектории в направлении западной окраины столицы Великобритании, где располагались казармы семидесяти пяти тысячного экспедиционного корпуса, который со дня на день должен быть переброшен на европейский театр военных действий.
Характерная особенность этих снарядов, незначительный разброс траектории полета, что гарантировало подрыв боевой части именно над расположенными в пятнадцати верстах от окраины Лондона казармами, а не над жилыми кварталами мирных граждан.
После того, как запущенные с борта «Crazy cod» снаряды «упали» до заданной высоты примерно в полторы сотни саженей, сработал пороховой заряд, разрушивший контейнер с хранящимися в магическом стазисе зараженными модифицированным возбудителем брюшного тифа мелкими кровососущими насекомыми. Невесомое облачко, разрастаясь в размерах начало неуклонное падение на стройные ряды казарм и прочих армейских сооружений. Часть насекомых упадет на бойцов, осуществляющих в этот поздний час патрульную службу, часть осядет на шерсть бродячих собак, кошек и крыс. Один укус насекомого, и страшная зараза окажется в кровеносной системе человека или животного. Далее пять суток инкубационного периода, затем десять-двенадцать часов страшных мучений с практически гарантированным жутким финалом. Не факт, что кто-то из лондонских обывателей не подцепит страшную болезнь, но, как говорится, на войне ком а ля гер. Мирное население Европы в результате боевых действий, развязанных по существу англичанами, пострадает еще сильнее, так что небольшая эпидемия, вполне возможно, прочистит мозги некоторым местным политикам, склонным к безответственному авантюризму.