"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Как же ты их различишь, голубчик? — Задал вполне резонный вопрос подполковник. — Они же все на вид одинаковые.
— По внешним признакам и мелким деталям, незаметным не наметанному глазу, ваше высокоблагородие, — отбоярился я.
— Хорошо, сержант, поступайте, как считаете нужным.
Все прочие мои задумки, почерпнутые из наставления Алексея Андреевича Потапова, подполковник завизировал, особо не вникая. А еще он выдал мне весьма ценную ксиву, в которой подтверждалось мое право забирать в свой взвод любого подходящего на должность снайпера бойца из вновь поступающего пополнения в количестве трех десятков человек.
Благодаря данной бумаге, мне удалось послать в глубокую дупу «покупателей» из других подразделений полка и, выражаясь фигурально, воспользоваться «правом первой ночи» в отношении прибывшего к обеду пополнения.
Процедура отбора заняла не так уж и много времени. Покинув вагоны, сибиряки выстроились вдоль железнодорожных путей. Для начала я прошелся вдоль строя и, воспользовавшись Даром ведуна, отметил для себя около четырех десятков кандидатов. Отвел в сторонку, побеседовал с каждым персонально и оставил тридцать наиболее подходящих. Взял бы всех, но штатное расписание не резиновое, а жаль.
Чутье меня не подвело, все отобранные бойцы оказались резервистами, то есть у каждого за плечами три года обязательной срочной военной службы, так что боевое оружие в руках держать обучены. Особо молодых не было народ солидный от двадцати пяти до тридцати пяти лет, все без исключения семейные у каждого не по одному ребенку. К тому же в гражданской жизни все они промышляли охотой и приобретенные в армии навыки стрельбы не подрастеряли. Опыта ведения боевых действий в армейских условиях не было ни у кого, но нескольким парням довелось участвовать в схватках с нелегальными старателями и промысловиками пушнины, а также с китайскими контрабандистами. Четверо из отобранных оказались сержантами с опытом командования отделениями, еще двое были ефрейторами. Троих сержантов поставил командирами отделений, самого старшего Луку Лукича Суржикова назначил своим замом. Лично распределять народ по отделениям не стал, предоставил эту возможность новоиспеченным командирам.
Пока происходил процесс формирования моего взвода я стоял в сторонке и с интересом наблюдал за происходящим. Особенно веселил брутальный вид будущих снайперов. Все без исключения носили усы и бороды. Не те усики и бороденки, что в той моей реальности холят и лелеют в барбершопах современные мачо. Бороды для них были предметом жизненной необходимости и служили защитой в условиях холодного зимнего сезона и комариного раздолья летом, поэтому представляли собой довольно неряшливое, но впечатляющее зрелище.
После того, как каждый солдат уяснил свой маневр (пока что в отношении своего места в строю), замок (заместитель командира взвода) отдал команду строиться. Молодцы парни, не забыли военную науку, которую им вбивали на протяжении трех лет, стали поотделенно и строго по ранжиру.
Поскольку к пламенным речам я не склонен, четко без пафоса довел до сведения подчиненных, какая судьба всех их ждет в недалеком будущем. Известие о том, что все они станут снайперами было воспринято народом вполне нормально. Этим охотиться что на зверя, что на человека, без особой разницы. Вот только человек, в отличие от дикого животного, существо хитрое и коварное, поэтому для охоты на него вновь прибывшим будет необходимо получить комплекс определенных знаний, а также научиться пользоваться современным специальным оружием.
После краткой ознакомительной речи мы всем строем направились к интендантским полковым складам. Там бойцы были обмундированы согласно устава. Также нам было выдано все необходимое для благоустройства взвода в том числе: палатки, походные кровати и все прочее. Не обошлось и без попыток всучить откровенное барахло. Недаром еще Наполеон в свое время сказал: «Каждого интенданта после трёх месяцев службы можно с уверенностью расстреливать за казнокрадство». Не прокатило, опять же с помощью своего чудесного дара мне удалось выявить некачественное барахло. Интенданты были недовольны, но супротив бумажки за подписью самого комполка не попрешь и штопанные шинельки, подгнившее нижнее белье были хоть и с откровенной неохотой, но заменены. Впрочем, не стану углубляться в мало кому интересный процесс обустройства своего воинства. К вечеру того же дня были установлены три больших палатки на каждое отделение и одна малая для меня; в них нары, ружейные стойки и рундуки для личных вещей. Личный состав помыт в бане, пострижен под ноль, побрит, накормлен и отправлен на боковую.
 
После стрижки и бритья мои орлы выглядели довольно забавно. На месте сбритых бород и усов обнажилась совершенно белая кожа, ну прям клоуны, намазанные белилами. Моя богатая фантазия нарисовала перед мысленным взором, как мои бравые воины с гармошками в руках и сачками кривляются под звуки трогательной «Blue Canary», что те Лицедеи. Ржать хотелось неудержимо, но я все-таки преодолел порыв души, не хватало, чтобы мои подчиненные сделали о своем командире неправильные выводы.
На следующий день для всех нас начались суровые армейские будни, пока что учебного характера. Подъем, утренняя пробежка, физуха, завтрак, теоретические занятия или стрельбы, совмещенные с теорией, обед, тактика одиночной работы и в составе группы, приемы маскировки и обеспечение собственной безопасности путем установки разного рода ловушек на подступах к снайперской засаде.
Для обеспечения личного состава маскировочной одеждой пришлось идти на поклон к все тем же интендантам и за свои кровные приобретать еще по одному комплекту гимнастерок и брюк для всего взвода, а также кучу разного тряпья и приличную бухту веревок. Пять рубликов серебром не такие уж и большие деньги, зато у моих парней появилось полезное занятие в личное время — пошив костюма «леший». Для начала я объяснил, для чего снайперу нужен столь несуразный в быту предмет одежды, способный до усрачки напугать какого-нибудь мирного обывателя Затем для наглядности продемонстрировал маскировочные свойства пошитой собственными руками накидки. Поначалу рассчитывал обеспечить своих ребят такими же, но убедившись в неудобстве пользования ею, поменял решение и приказал обшивать лоскутами и веревками солдатскую форму, а также изготавливать еще и лоскутные банданы.
Через три дня маскировочная одежда была готова. Увидев моих орлов в неуставном виде, комполка назвал это «сущим непотребством». Однако его мнение поменялось кардинально после того, как он не смог рассмотреть прячущихся за чахлым кустиком всего лишь в двадцати шагах рядовых Чугусова и Самойлова. Разумеется, после столь эффектной демонстрации Виктор Иванович дал свое отеческое добро на внедрение передовых средств маскировки во вверенном ему полку.
— Устав, Воронцов, конечно фактор непререкаемый, однако народная смекалка в армии завсегда приветствуется. А ежели какая инициатива направлена на сбережение жизни моего подчиненного, так пусть оно так и будет. — Благословил Милославский-Дружинин и убыл с инспекцией по другим подразделениям полка.
А вот со специальным оружием у меня получилась неприятная загвоздка. Начсклада вооружения прапорщик Балуев выставил передо мной всего двенадцать снайперских винтовок.
— Больше нет, подпрапорщик, нехватку могу компенсировать обычными магазинными трехлинейками.
— А если хорошенько поискать? — я сделал характерный жест пальцами перед его носом, намекая на грядущую финансовую благодарность.
— Понимаешь, Воронцов, тут какое дело, циркуляр о создании снайперских подразделений касается всех полков, поэтому оружие с оптикой было распределено равномерно. На данный момент на всю дивизию существует всего одно реальное подразделение. Так что договориться с другими начскладами возможность имеется. Но… — Балуев Вацлав Аронович (то ли русский, то ли поляк, то ли еврей, а может все трое в одном флаконе) загадочно возвел очи к потолку.
— Сколько? — я задал конкретный вопрос, понимая, что без денежных трат не обойтись. Ладно, не жалко, на моем счете в Имперском банке больше сотни тысяч золотом, и в лесу неподалеку от имения Третьяковой немало прикопано на всякий пожарный. Да и в кошельке моем солидно позвякивает и шуршит. Так что не обедняю.