"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
За разговором мы дошли до столовой, где к нам присоединились остальные пепельники из компании Алана. Так что ужин прошел мирно, в обсуждении потерянных заклинаний и мечтаний о том, что можно было бы с их помощью сотворить.
А уже перед сном, открыв Анонимус, я увидела, что Ланс и Отар сдержали обещание. В первом же посте с броским названием «Утрата доверия!» вовсю негодовал ЛордСплетен.
Судя по всему, первый сплетник всея академии и сам был рад полученной от ребят новости. Ведь это позволило ему буквально катком проехаться по конкуренту.
«Вы спросите: кому больше нельзя доверять? — писал он. — А я вам скажу! Его ано-имя: МегаМаг! Тот самый выскочка, готовый пойти на что угодно, лишь бы получить премию „Острое Перо“!
Вы скажете: „ЛордСплетен, ты наговариваешь!“ А я отвечу: „Ничуть!“ Или вы считаете нормальным ради славы и рейтингов без оснований очернить репутацию пусть и не самого идеального, но все же уважаемого звездного студента академии?
Да-да, правда открылась, и Темнейший не прикасался к Лиловой Девочке! И я, как и многие другие, чувствую себя дураком, что не сразу проверил информацию лжеца, а пошел у него на поводу.
Но за грубые слова извиниться можно, а вот за их последствия — нет. А ведь именно МегаМаг своим идиотским желанием покрасоваться довел и без того натянутые отношения между Темнейшим и Лучезарным до поединка, который может закончиться для кого-то из них очень плохо. И к тому же поставил в отвратительную ситуацию Лиловую Девочку, которая оказалась вынуждена извиняться перед собственным спасителем.
Короче, МегаМаг! Ты — редкостное говно! Непроверенными слухами и лживыми новостями премии не заслужить! И тебе лучше сменить ано-имя, ибо теперь к твоим словам утрачено доверие. У всех!»
А дальше шли бесконечные комментарии. МегаМагу досталось сильно. Буквально каждый первый аноним посчитал своим долгом плюнуть в его сторону. Особенно бушевала женская половина, перемежая возмущения с торжествующими возгласами: «А мы говорили! Темнейший не виноват!»
Короче, все сложилось как нельзя лучше. Засыпая, я даже понадеялась, что поединка все-таки не будет.
Однако ни на следующий день, ни в последний день перед выходными сообщение об отмене боя так и не появилось. Мы с Иланной нервничали все сильнее, но ничего сделать не могли.
И вот вечером, прочитав в Анонимусе очередной пост-напоминание о том, что завтра поединок, с призывом всем желающим посетить его лично, а остальным обязательно наблюдать за трансляцией в прямом эфире, я не выдержала. Отложила один из выданных сегодня новых учебников, который листала перед сном, и решительно поднялась.
Надо еще раз поговорить с Айландиром!
Да, я понимала, что, скорее всего, это бесполезно. Но попробовать отговорить его от боя все равно была обязана! Хотя бы ради Иланны!
Через несколько минут я уже стучала в дверь Айла. Сердце колотилось как бешеное, но отступать я не собиралась… ровно до того момента, пока знакомо не уткнулась носом в грудь появившегося на пороге Айландира.
А едва подняла голову, встречая его взгляд, все заготовленные фразы отчего-то как ветром сдуло.
Я не общалась с черноволосым тленником считаные дни, но вдруг поняла, что соскучилась. По его чуть прищуренным болотно-зеленым глазам, по чеканным аристократическим чертам лица. Даже по запаху древесного парфюма, едва уловив который я невольно вдохнула глубже.
В душе шевельнулась радость от того, что нашелся повод прийти, увидеть его и ощутить знакомое тепло…
— Только не говори, что у тебя опять что-то случилось. Я очень рассчитывал сегодня выспаться.
Недовольный голос вернул меня в реальность. Я вздрогнула, сбрасывая странное оцепенение, и отрицательно качнула головой:
— Нет. Все в порядке.
— Тогда чего? — на тонких губах Айландира появилась легкая усмешка. — Неужели пришла пожелать мне удачи?
— Нет, — снова качнула я головой, но тут же поправилась: — Точнее, не в том смысле, что не желаю тебе удачи. Я пришла отговорить тебя от поединка.
Усмешка пропала. Тленник снова нахмурился.
— Так за Дириона переживаешь?
— Я беспокоюсь за вас обоих, — поправила я. — И…
— За меня не надо, — раздраженно оборвал он. — А с рассказом о беспокойстве за Дириона ты пришла не по адресу.
Я прикусила язык, сообразив, что ляпнула глупость. И что со мной такое, спрашивается? Ведь совсем не так наш разговор планировала!
Соберись, Ева!
Сделав глубокий вдох, я постаралась не обращать внимания на собственный нос, в очередной раз просигнализировавший, что ему нравится запах парфюма Айландира, и мягко произнесла:
— Все знают, что ты сильнее, Айл. Ни у кого в этом нет сомнений. Так зачем тебе кому-то что-то доказывать и идти у них на поводу? Или служить развлечением и причиной для ставок на себя? Тем более даже формального основания для боя уже нет. Пожалуйста, Айл, я тебя очень прошу, давай отменим это все, а?
Однако раздражения во взгляде Айландира меньше не стало. Напротив, только злости добавилось.
— На поводу я никогда ни у кого не шел, — отчеканил он. — И давай-ка проясним одну вещь. В какой-то момент, уж не знаю в какой, ты почему-то решила, что я стал учитывать твое мнение и просьбы. Так вот, это не так. Мне на них плевать. Наше общение ограничено исключительно условиями договора. Остальная твоя жизнь меня никак не касается. Как и моя жизнь не касается тебя. Поняла? Можешь пойти к Дириону, раз вы так замечательно общаетесь, и ты за него беспокоишься. Если он пришлет официальные извинения и откажется от вызова, я, так и быть, этот отказ приму. Но не более того.
И так от него холодом повеяло, что я невольно поежилась. В отличие от физического, эмоциональный холод ощущался мной неожиданно сильно и остро. Холод причинял дискомфорт, почти боль. От него подсознательно хотелось избавиться и вернуть того, кто его излучал, обратно к теплу.
Я ведь видела Айландира другим! Знала, каким он мог быть! Помнила это настолько ярко, что даже сейчас будто наяву чувствовала его объятия. Поцелуи…
— Не смотри на меня так, — рыкнул тленник с какой-то странной хрипотцой. — Не пытайся давить на эмоции, я не Камерано.
— Айл…
— И молчи!
Приказ словно хлестнул плетью, заставив осечься и нервно облизнуть пересохшие губы… тем самым буквально приковав к ним взгляд Айландира.
— Да какого ж дашша! — почти простонал он.
А спустя миг жестко впился в мои губы своими.
Ледяная стена пала резко, разом. Теперь вокруг бушевала лава. Тягучая, яростная, она захлестнула меня и жидким огнем разлилась по венам, заставляя кровь вскипеть, а сердце забиться как сумасшедшее. И отвечать, прижиматься к Айландиру как в прошлый раз, стремясь получить больше его ласки, больше его желания, страсти… получить больше его самого…
«Ты снова его пьешь!»
Осознание происходящего немного отрезвило. Вот только остановиться я не могла. Мое тело буквально взбунтовалось, не желая отказываться от этого мужчины! Все, на что меня хватило, — лишь прошептать бешено целующим меня губам:
— Прекрати… пожалуйста… прекрати!
Хотя если бы он продолжил, я противиться бы не стала.
Но Айландир замер. На мгновение сжал меня сильнее, словно сражаясь с собой, а затем оттолкнул, отшатнувшись обратно в комнату.
Жар, исходивший от тленника, исчез. Тело в попытке вернуть его невольно качнулось вперед, так что пришлось с силой сжать пальцы рук. Правда, в следующий миг я заметила, как пошатнулся Айландир и оперся рукой о стену, и вздрогнула уже от испуга.
— Айл?
— Убир-райся, — тяжело дыша, выдохнул он, окатив меня взглядом абсолютно черных глаз, в которых смешались жгучее желание и такая же жгучая ненависть. — Убирайся, пока я тебе это позволяю.
Дверь передо мной с грохотом захлопнулась.
Несколько мгновений я бездумно смотрела на деревянный прямоугольник, а затем обхватила себя руками. Меня пробрала дрожь. Однако теперь она была вызвана не только неудовлетворенным желанием и холодом. Я боялась! Боялась за Айландира!