Всходы Власти (СИ)

— Отлично! — всплеснула руками девушка. — Тогда чего ты ждёшь? Ты же шаман, верно? Призови своего ледяного духа вместе с огненным и пусть атакуют вместе!
— Я… Не слишком хорошо общаюсь с огненными духами. — с лёгким смущением сказал Вотал. — Шаманы северного ветра больше специализируются на ледяных, и мой учитель был шаманом льда. Полагаю, по эту сторону гор вообще сейчас нет никого, кто умел бы призывать духов огня: уж больно они капризные и требуют…
— Тогда научи меня!
— Что? — недоумённо переспросил молодой шаман.
— Научи меня, дубина! — стукнула гиганта кулачком в грудь девушка. — Я мастер огня, уж с капризным огненным духом я точно справлюсь! И давай поскорее, пока короля там не сожрал дракон!
В голове говорящего с духами мгновенно пронеслись все запреты старших шаманов, грядущая головомойка, понижение до младшего шамана и назначение на унизительные работы… Хорошо, если вообще из клана не выгонят! Но него настолько требовательно смотрели невероятно прекрасные зелёные глаза, что в этом противостоянии у молодого сына льда изначально не было шансов.
Обречённо вздохнув, Вотал скороговоркой принялся сбивчиво объяснять базовые принципы призыва духов. Фелиция внимательно слушала, кивая.
— Значит, говоришь, поманить типом энергии, и сосредоточиться на разуме подходящего духа, держа это в голове. — задумчиво кивнула девушка.
— И не забудь поставить ему условия подчинения…
Но было поздно. Глаза огненной ведьмы вспыхнули пылающими протуберанцами, и воздухе перед ней словно застыло переливающееся, размытое пятно ярко-оранжевого пламени.
Фелиция зачарованно наблюдала за делом своих рук, словно ребёнок, протягивая к огню палец.
— Осторожнее! Это огненный дух, а не игрушка! — резко одёрнул руку подруги шаман.
Девушка хмыкнула, но продолжать не стала, придя в себя.
— Он довольно смирный. Не думаю, что он мне навредит. Думаю, я назову тебя Искорка.
Огненный дух дёрнулся, переливаясь пламенем, и слегка заискрил.
— Смотри, ему понравилось! — счастливо захлопала в ладоши Фелиция.
Вотал вспомнил, как один шаман из клана их соседей как-то раз сжёг с помощью подобного духа целую стаю северных волков и обречённо закатил глаза.
— Вернёмся к дракону. — деловито вырвала его из воспоминаний девушка. — Нам надо синхронизировать атаки. Как это сделать?
— Подождём, пока дракон поднимется в воздух, и ударим вместе. Прикажи своему духу следовать за моим ледяным, и делать то же, что и он. — после короткого раздумья сказал шаман. — Будем целить в крыло.
Долго ждать не пришлось: вскоре дракон взмыл в воздух, сбрасывая с себя лучших воинов Северного Ветра. У молодого шамана заныло сердце, глядя, как самые могучие из воинов разлетаются в стороны, как тряпичные куклы. Но это лишь укрепило его решимость бить наверняка.
В этот момент толстая чёрная молния ударила с земли, пробивая дракону одно из крыльев и заставляя провалиться в воздушную яму.
— Сейчас, Фелиция! — крикнул шаман, начиная атаку.
Два духа закружились в карусели, быстро направляясь к дракону. А затем ударили его в здоровое крыло, пробивая его навылет!
— Виии!! — закричала девушка, бросаясь на шею спутнику и целуя его. — Я сбила его, сбила! Ты видел? Кто лучшая? Я лучшая!
Вотал со смехом подхватил Фелицию на руки, совершенно не обращая внимание на окружающих их воинов. Оспорить это утверждение он не смог бы при всём желании.
  
Глава 35
 
Дракон рухнул ближе к окраине города, но вспышки энергии смерти, что должна обязательно последовать за смертью столь могучего создания, я не почувствовал. А значит, он был ещё жив.
Выжившие после боя с драконом рыцари смерти неторопливо подбирали оружие и собирались вокруг меня.
— Потери? — коротко спросил я.
— Четверо вместе с Крегорном сгорели. — пробасил один из гигантов. — Троих разорвали на куски, но, похоже, вы сможете их заштопать, верховный. Ещё пятеро стали ледяными статуями.
Я кинул взгляд на ближайшего замороженного гиганта, нащупывая связь подчинения. Тот не был окончательно уничтожен… За вычетом десятки, что должна была найти верёвки и создать мосты для нашей армии, со мной оставалось всего восемь рыцарей смерти. Негусто…
 
Проклятый дракон неплохо проредил моих лучших воинов.
— Возьми с собой двоих и помоги разорванным на части. — приказал я. — Статуи не трогать, и постарайтесь сделать так, чтобы их не разбили: не думаю, что сумею собрать обратно того, кто превратиться в ледяную крошку. Пусть сами оттают. Остальные — за мной. Дракон ещё жив.
Мельком я бросил взгляд в сторону центрального замка. Армия Арса отступила к нему, убежав от дракона, и улицы опустели. Но это не значит, что нам не стоило ждать скорой контратаки.
В сопровождении пятёрки оставшихся гигантов я направился к месту падения дракона. Краем глаза можно было заметить, как гвардейцы закидывают на нашу сторону провала верёвки со стрелами, начиная налаживать мосты.
Дракон нашёлся быстро. Такую тушу потерять в городе нужно ещё постараться. Он лежал почти неподвижно, погребённый под обломками домов, на которые сам же и упал, и лишь тяжёлое дыхание говорило о том, что тварь ещё жива.
— Я хочу поговорить с ним. Сумеете вытащить меня из под огня, если он решит взбрыкнуть?
Пронзающие мрак переглянулись.
— Мы успеем, верховный. — пробасил один из них. — Он наверняка ослаб и стал медленее.
— Но лучше бы просто добить тварь. Даже раненая она может быть очень опасна. — добавил другой.
— Оставьте это мне. Без приказа не нападать. — отрицательно качнул головой я.
Я медленно подошёл к дракону, обнажив меч, внимательно следя за его движениями.
— Тебе нечего бояться, человек. — негромко пророкотал дракон, слегка поведя шипастой мордой. — Я не буду нападать. Ты победил.
— Вот как? — усмехнулся я. — А я бы попытался забрать с собой того, кто убил меня. Почему ты не сжёг меня на взлёте? Уверен, тогда тебе хватило бы одного плевка.
— Я рассчитывал, что смогу улететь и оттянуть свою смерть. Дракона убить не так-то просто. А затем я бы вернулся с другими, и они бы вытянули из тебя то, что ты сделал со мной. — после короткого молчания ответил Латризмагиус.
— Значит, это даже не милосердие. И я ничего тебе не должен.
— Выходит, что так. — согласно смежил веки дракон.
— И всё же ты не пытаешься убить меня сейчас, хотя мог бы попытаться. А ведь ты уже обречён, и никуда не улетишь.
— Убийство — не та вещь, которую я хочу совершить последней в своей жизни. — спокойно ответил дракон. — Ты храбро сражался и победил. Будь я чуть менее высокомерен, скорее всего, у тебя не было бы и шанса, но я был небрежен в своей гордыне, и это привело меня к гибели. Это послужит хорошим уроком другим драконам. А теперь наноси свой последний удар, король. Ты будешь первым из своей расы, кто убил дракона. Из этого выйдет хорошая легенда.
Это было, пожалуй, даже более удобно, чем я планировал. Страшно представить, какой авторитет, какую славу и влияния может приобрести король, что впервые в истории королевств убил дракона. Такое бывает лишь раз за всю историю. А если подумать о том, какую нежить удастся из него создать…
Я уже было занёс меч, чтобы торжественно покончить с чудовищем, но одна мысль на задворках сознания заставила меня остановить занесённое оружие. Словно лёгкое, незримое присутствие чужого взгляда на затылке.
Это выглядело слишком хорошо. Настолько хорошо, что, казалось, это было кем-то подстроено. Такой человек, как я, определённо, убил бы дракона без колебаний, слишком много это могло дать. После такого меня бы точно без сомнений признали новым королём Арса: ведь его армия отступила, и я стал новым защитником этих земель. А затем я бы поднял из него нежить, и получил чудовище, заставившее содрогнуться любого, словно превращаясь в стереотипного тёмного властелина…
 
Я заподозрил в этом чужую волю. Очень знакомую мне чужую волю. Но если я решил быть непредсказуемым до конца, это значит, что стоит поступать наперекор самому себе, а значит, будь что будет.