Ванька 9 (СИ)
— Распишитесь, Иван Иванович. Тут у нас учёт…
Да хоть три раза! Тысяча сигарет! Это тебе не хухры-мухры…
— Сейчас Афанасий Вас в советскую миссию проводит. Я про Вас, Иван Иванович, полпреду уже сообщил. Он и содействовал в Вашем освобождении.
— Спасибо, Карл Яковлевич. Это, консул в тюрьму меня спровадил? — поинтересовался я у председателя комитета.
— Всего не знаю, но — он. Не спросить уже с него. Отбыл в Россию.
Ну, отбыл так отбыл…
— Ещё раз благодарю, Карл Яковлевич.
У парадного подъезда бывшего консульства, куда я и Попов дошагали, дежурил уже не швейцар, а человек в штатском. Я объяснил причину своего здесь появления.
— На сегодня прием в полпредстве уже закончен, товарищ. Пойдемте через садовую калитку. Товарищ полпред сейчас на террасе по ту сторону дома. Спросим, может он вас и примет.
Мужчина в штатском указал мне и Афанасию свёрнутой газетой на калитку. Газета была не местная, я успел заметить заголовок на русском языке.
На террасе в кресле качалке сидел пожилой человек.
Почему-то, сам не знаю, как так и вышло, я строевым шагом подошёл к нему. Сидящий в кресле-качалке улыбнулся.
— Вольно, вольно… — сидящий встал.
— Не Вы ли будете полпред? — вылез с вопросом Афанасий.
— Я. — мужчина продолжал улыбаться.
— Вот, доктора привёл, — продолжил Попов.
— Доктора? — в словах полпереда прозвучало недоумение.
— Извините, сейчас всё объясню. — я тронул Афанасия за рукав. Остановил его, говорливого.
Полпред предложил нам присесть. Ещё и спросил, не желаем ли мы чаю. Попов желал, а я отказался.
Я насколько мог кратко рассказал о себе, но рассказ всё равно получился не совсем коротким.
— Да, уважаемый Карл Яковлевич уже сообщил о Вас… Я собираю сведения о русских солдатах из экспедиционного корпуса, которые бежали сюда из Франции. Будем переправлять вас домой.
Лучшей новости полпред мне не мог сообщить. Сейчас, не только он, но и я тоже улыбался.
Глава 25
Глава 25 Вот, оказывается, как бывает
— Будем переправлять вас домой… — повторил полпред.
Домой! Лучше всякой музыки прозвучало для меня это слово.
— Но…
Полномочный представитель сделал паузу.
Что, но? Домой надо. Без всякого такого, но.
— Ленин пока только ведет переговоры с правительством Германии о том, чтобы они пропустили через свою территорию русских солдат из Франции.
Ленин… Сколько раз я это слово дома слышал. Ленин то, Ленин сё… Сделал, написал, организовал, создал… Но, это всё в контексте истории. Сейчас же, Ленин про меня договаривается с немцами. Ну, чтобы мне домой попасть.
Они-то, германцы, что кочевряжатся? Пропускать нас в Россию надо. Быстро и без всяких условий.
Насколько мне известно, Россия с Германией сейчас уже не воюет. Мир пока не подписан, но перемирие уже заключено. Франция же с немцами в состоянии войны. Вот и надо её военный потенциал сокращать, русских солдат из Франции домой отправлять.
Домой, домой, домой… Сейчас это слово в каждой моей мысли присутствовало.
— Германия пока согласия не дала, но близка к этому, — продолжил полпред. — Просят они много от нас — Польшу, Прибалтику, Белоруссию…
Про Польшу, Прибалтику и Белоруссию я что-то ничего из школьной программы не помнил, одно у меня в голове сейчас всплыло — «мир без аннексий и контрибуций». И ещё что-то про право народов на самоопределение.
— Что, чтобы нас выпустить, Польшу и Прибалтику требуют?
— Нет, это по другому вопросу. За вас ничего не требуют, насколько мне известно.
Улыбки на лице полномочного представителя уже не было. Разговор шёл весьма серьезный.
Так, а со мной сейчас что? Куда мне деваться? Может, эти переговоры не на один месяц затянутся…
Документов у меня никаких нет. Жилья — нет. Денег — несколько франков за работу в тюремной переплетной мастерской. Имеется только тысяча сигарет. Сидеть и курить их? Колечки в небо Швейцарии пускать?
— Вы правильно сделали, что в полпредство обратились. Карл Яковлевич о вас хорошо отзывается. Помочь нам не желаете?
Помочь? Полпред первый раз меня видит и о помощи с моей стороны говорит? Что-то как-то это… Не знаю, каким словом и назвать…
— Нам нужны сведения о русских солдатах во Франции и здесь в Швейцарии. Можете включиться в такую работу? — немного прояснил для меня ситуацию полномочный представитель.
Понятно… Но, всё равно, как-то это… Кажется мне, что раньше полпред совсем какими-то другими делами занимался, а не дипломатом был. Кадровый голод у новой власти? Старым работникам доверия нет, а на их место и идут вот такие назначения?
Впрочем, мне, что, от этого плохо? Ущерб какой-то?
— У меня даже документов нет, — начал я с главного.
— Поправимо, — прозвучало в ответ. — Оформим. Полномочия такие у меня имеются.
Во как…
— Жить негде…
Полпред кивнул. Раскрыл лежащую на столе папку, достал из неё лист бумаги. Что-то на нём написал.
— Вот записка. Сейчас пойдете по этому адресу в гостиницу. Там за счёт советской миссии предоставят комнату и стол. Отдохните и завтра с утра приходите сюда.
Не, не, не… Это просто сказка какая-то. В реальной жизни так не бывает. Явился в полпредство, а там тебе и то, и другое, и третье. На тарелочке с голубой каемочкой.
— Да, ещё в кассе сейчас триста франков получите.
У меня в руках оказался ещё один лист бумаги.
Мля… Триста франков…
— Это на новую одежду, — объяснил происходящее полномочный представитель.
Ну, это, точно, не помешает. Вид сейчас у меня был ещё тот.
— Афанасий, не тебя ли мне за всё благодарить?
Сейчас я и Попов уже на улице перед советским полпредством стояли. С неба снежок валил.
— Я про всё Карлу Яковлевичу рассказал. Как на фронте было. Потом и про Ля-Куртин. Что нас не бросили, лечить раненых и больных остались…
Ну, теперь происходящие со мной чудеса мне чуть понятнее стали. Афанасий меня в выгодном свете представил Карлу Яковлевичу, а тот полпреду.
До гостиницы я решил пройтись по магазинам. Триста франков у меня имелись, но в ценах на одежду я совсем не ориентировался. Много это или мало? Смогу я на эту сумму переодеться?
— Афанасий, слышал же, мне надо одежду купить. Покажи, где это можно сделать.
Попов задумался.
Похоже, не помощник он мне в этом. Нашел я, кого спрашивать…
— Иван Иванович. — Афанасий тронул меня за рукав. — У нас в комитете Эмма есть…
Так, это он про что? При чем здесь какая-то Эмма?
— Она говорила, что брат у неё в лавочке работает. Там одеждой и торгуют.
А, понял я его мысль.
— Ну, веди меня к Эмме.
— Пойдёмте.
Попов зашагал уже знакомой мне дорогой к комитету помощи русским военнопленным.
Через три часа меня было уже не узнать. Переоделся я, как говорят, с головы до ног. Пусть одежда была не совсем новая, но вполне добротная. Местами что-то подогнули, подшили. У меня даже пятнадцать франков осталось от выданной суммы. Завтра надо будет полпреда об этом уведомить и если надо деньги обратно в кассу сдать.
Ещё и про документы напомнить. Сегодня мне никакой официальной бумаги не выдали, а остановят на улице? Швейцария хоть и держит нейтралитет, но кругом-то ещё война идёт.
Глава 26
Глава 26 На службе в советском полпредстве
— Куда моя следующая поездка? — задал я теперь ставший традиционным вопрос полпреду.
Вот уже третью неделю я разъезжаю по Швейцарии. Никогда бы не подумал, что наших здесь столько много.
Наших — это русских солдат. Кто-то из них, как я, из Франции в Швейцарию всякими-разными путями-тропами пробрался, кто-то — бывшие военнопленные. Всяких хватало. Дороги войны, они порой такие извилистые…
Полпред провёл пальцем сверху вниз по лежавшей перед ним на столе бумаге. Карл Яковлевич имеющиеся у него сведения в советское полпредство передал, а я и езжу для их уточнения. Составляю поименные списки всех, кого необходимо отсюда в Россию вернуть.