Наставник. Детектив Хогвартса (СИ)
* * *
Приглашение профессора МакГонагалл посетить ее кабинет стало несколько неожиданным для Поттера. Гарри в последнее время не нарушал правила школы, ну... во всяком случае, не попадался. Да и его мелкие грешки явно не стоили того, чтобы ими занималась сама МакГонагалл. Оставалось предположить, что директор еще раз хотела обсудить с ним ситуацию с Тайной Комнатой. Гарольд высказал идею, что после консультации с кем-нибудь, вроде Грозного Глаза, директор решила еще больше усилить меры безопасности вокруг этого места, и Гарри с ним согласился.
Когда Гарри вошел в кабинет, там, кроме профессора МакГонагалл, сидел еще один человек. По мнению Гарри, болезненного вида мужчина в потертой мантии вряд ли мог быть экспертом по защите таинственных подземелий, но Гарольд продолжал упорствовать в своем мнении, указывая, что такая внешность может быть хорошей маскировкой.
«Вот посмотришь на него и подумаешь, что стоит дунуть, и он упадет и не встанет, — Гарольд старательно изображал «подозрительный» голос. — А на самом деле это главный убивец и замаскированный ниндзя».
«Скорее, это кое-кто уделил на каникулах слишком много внимания мультфильмам, — Гарри еле сдержал смешок. — Да еще и бурчал потом, что надо меньше тратить времени на всякую ерунду».
«Я хоть осознаю свои слабости и пытаюсь извлечь из них пользу», — насупился наставник, который и в самом деле обожал смотреть мультики.
— Добрый день, Гарри. Присаживайся, — МакГонагалл кивнула на кресло, стоящее в углу возле журнального столика, рядом с которым уже расположились она сама и ее неизвестный гость.
Поттер кивнул, одновременно соображая, что подобное неофициальное обращение говорило о том, что речь пойдет не о делах школы, а о чем-то личном. Как оказалось, на этот раз он был прав, а вот наставник в кои-то веки ошибся в своих предположениях.
— Познакомься, Гарри, это мистер Ремус Люпин, старый друг твоего отца.
Мальчик удивленно посмотрел на волшебника и машинально пожал протянутую руку. И МакГонагалл, и Хагрид рассказывали ему, что его родителей все любили, и у них было полно друзей, но сам он до сих пор не встречался ни с кем из них. Поттер понадеялся, что директор и Люпин будут не против, если Гарри задаст несколько вопросов о Джеймсе и Лили. Разумеется, после того, как они покончат с делом, ради которого его и вызвали в кабинет.
Но как оказалось, дела обстояли еще лучше. Этот самый мистер Люпин специально приехал в Хогвартс, чтобы встретиться с Гарри и поговорить с ним о его родителях. А профессор МакГонагалл решила предоставить им свой кабинет для беседы.
— К сожалению, Гарри, у Ремуса имеется небольшая проблема, — МакГонагалл заметила удивление Поттера ее щедростью и решила пояснить некоторые моменты. — Дело в том, что он не просто волшебник, а оборотень.
«Ага, что я тебе говорил! — восторгу Гарольда не было предела. — Тебе, кстати, стоит проверить на нем то заклинание Нимфадоры, которое позволяет обнаруживать темную магию. На него оно должно реагировать».
— Оборотень? — Гарри недоверчиво посмотрел на сидящего рядом с ним мужчину. — Но ведь они должны выглядеть как-то иначе. Ой, простите.
— Ничего, я привык к гораздо худшей реакции на это известие, — мистер Люпин выглядел немного смущенным. — Но я и в самом деле оборотень. Хотя было бы интересно узнать, как ты себе представлял их.
Гарри, которому наставник в свое время достаточно подробно описал всех магических существ, прекрасно помнил, что оборотни превращаются в чудовищ лишь в полнолуние. Но Гарольд не забыл упомянуть, что и в обычное время оборотни отличаются большой физической силой и выносливостью. Поэтому в описании мистера Поттера, выданном широкой общественности, типичный оборотень был похож на Арнольда Шварценеггера из фильма «Коммандо», который они летом смотрели с Нимфадорой. И Ремус Люпин, при всем богатстве воображения у Гарри, никак не хотел вписываться в этот образ.
— Это типичное заблуждение, с которым ученики расстаются на третьем курсе, когда проходят соответствующую тему, — МакГонагалл слегка покачала головой. — Во всяком случае, должны расставаться. Физическая сила оборотней идет не от размера их мускулов, а от магии, присутствующей в крови.
«Между прочим, я про это рассказывал, — наставник никогда не забывал напомнить Гарри о его ошибках. — И если бы у тебя хоть что-нибудь задерживалось бы в голове, ты не говорил бы всякой чуши».
Впрочем, сейчас Поттеру было не особенно интересно выслушивать нотации, так как рядом сидел человек, который мог реально рассказать ему, каким был его отец. Все же преподаватели, или тот же Хагрид, знали его немного с другой стороны, чем друзья. А то, что мистер Люпин формально относился к темным существам, не слишком-то пугало хаффлпаффца. Гарри не думал, что директор школы допустила бы оборотня в Хогвартс, если бы он в данный момент представлял из себя хоть какую-нибудь опасность. Да и его отец никак не мог дружить с плохим человеком. Ну, за одним исключением, конечно.
* * *
Для Ремуса Люпина эта поездка в Хогвартс стала настоящей отдушиной в беспросветно серых буднях. Он больше всего опасался, что Гарри не захочет с ним даже разговаривать, узнав о его болезни. Однако Поттер, как и его отец, казалось, вовсе не обращал внимания на то, что Люпин является оборотнем. Ну, точнее обращал, но нестандартным для волшебников образом.
Ремус улыбнулся, вспомнив, как Гарри застенчиво попросил его разрешения, чтобы проверить на нем заклинание для обнаружения темной сущности. Все же было похоже, что мальчик, несмотря на слова МакГонагалл, до конца не верил, что рядом с ним сидит не просто волшебник, а темное существо. Во всяком случае, его удивление, когда после взмаха палочки Поттера вокруг тела Ремуса появилась темная дымка, сложно было истолковать иным образом.
Оборотень не мог не нарадоваться тому интересу, с каким Гарри расспрашивал его о малейших подробностях жизни Джеймса и Лили, хотя это и вызывало боль в его сердце. Мальчик не заслужил того, чтобы узнавать о своих родителях из рассказов чужих людей. И тем острее Ремус чувствовал, что предатель Блэк был абсолютно прав, ругая его за то, что он не решился на эту встречу раньше. МакГонагалл подтвердила слова Сириуса о том, что Гарри ничего не знал о своих родителях до прошлого года, хотя ее и обеспокоила подобная осведомленность беглого каторжника. Директор вспомнила, что упоминала как-то об этом факте в разговоре с преподавателями за чашкой чая в заведении мадам Розмерты, и она была не в восторге, что разыскиваемый по всей Англии преступник сумел подслушать их разговор.
Конечно, Ремус разделял беспокойство директора, тем более, что для нее также наступали не самые простые времена. Элита волшебного мира наконец сумела договориться насчет избрания нового главы Визенгамота, и теперь министерство и Попечительский совет Хогвартса решили обратить свое внимание на реформы, которые провела в школе МакГонагалл. Увы, бравая шотландка не имела того политического веса, каким обладал Дамблдор, а многие влиятельные люди отнеслись к ее идеям без особых симпатий. Так что теперь МакГонагалл приходилось быть достаточно осторожной, дабы тот же Попечительский совет не воспользовался ее ошибками для дискредитации нового курса.
Одним из следствий этого осторожного подхода было то, что встреча Ремуса и Гарри прошла непосредственно в ее присутствии, а от ворот школы к ее кабинету Люпина сопровождал преподаватель ЗОТИ, которому знания о том, как защитить детей от оборотня, вроде бы полагалось иметь по определению. Впрочем, следовало сказать, что профессор Кеннеди оказался весьма тактичным человеком и старался быть как можно незаметнее. Вот и сейчас, когда Ремус шел к выходу из замка, профессор аккуратно держался сзади, стараясь не отвлекать Люпина от размышлений.
Однако долго размышлять у Ремуса не получилось, так как он внезапно получил сильный удар в бок, бросивший его в открытую дверь пустующего класса, мимо которого он проходил в тот момент. Раньше, чем Люпин успел осознать происходящее, он уже валялся на полу, связанный магическими путами, а профессор Кеннеди стремительно накладывал на помещение чары, которые должны были обеспечить их уединение. Ремус с горечью подумал, что волшебнику, скорее всего, не понравилось, что темное существо общалось с Мальчиком-Который-Выжил, и профессор решил наказать оборотня за подобную наглость. Люпин, глядя, как Кеннеди деловито заканчивает свою работу и усаживается на одну из парт, вспомнил, что в том коридоре, по которому они шли, не было ни одного портрета, так что вряд ли МакГонагалл узнает о том, что он попался в руки коварному типу.