Проклятие бескрылых драконов (СИ)
— Кроме того мы установили личность жертвы.
— И кто она?
— Алтея ла Унэр, ученица второго курса. Предположительно пропала три дня назад в стенах Университета.
— Её похитили отсюда?! — принц подался вперёд.
— Именно, — с прежним хладнокровием ответил инспектор. — Поэтому у меня к вам вопрос, мы продолжаем держать происходящее в тайне или будут дополнительные указания?
Дракон зарычал и принялся мерять комнату шагами. Он о чём-то думал, и пока он думал ковёр директорского кабинета дымился, а в ворсе то тут то там вспыхивали искорки.
— Нам придётся усилить охрану Университета, — наконец проговорил он, остановившись, потом посмотрел на меня: — И сообщить, что одна из студенток пропала. Но о том, что она пропала здесь, никто знать не должен.
— Слушаюсь, мессер, — Джас поклонился. — Будут ещё распоряжения?
— Пока нет, мне надо подумать.
Инспектор ещё раз поклонился, коротко попрощался с драконом и вышел. На меня даже не взглянул.
Прынц между тем сделал ещё два круга и устроился в директорском кресле.
— Я тоже могу идти? — мне надоело топтаться без дела.
Он не ответил, продолжая задумчиво молчать, глядя в потолок. Кажется, вообще вопроса не услышал. Или решил не обращать внимания? Может, раз ему на меня настолько плевать, он не заметит моего исчезновения?
— Рождённые в Аларисе так не говорят, — через целую вечность произнёс принц, и я не сразу поняла, к чему это относится, — Откуда ты?
— Из Норта, — горло в очередной раз сдавило.
Он помолчал, потом устало махнул рукой:
— Иди. Только не забудь, никому ни слова.
— У меня подруга дриада.
— Университет будут охранять. Больше отсюда никто не пропадёт.
Я с сомнением хмыкнула, но промолчала. Ладно, пойду к себе, хоть переоденусь перед занятиями.
— На завтраке ты сидишь вместе с моей свитой, — уже в спину бросил дракон, и я едва не оступилась. Сижу с его свитой?! А ошейник на меня он надеть не хочет?
***
Ворн смотрел на закрывшуюся дверь. Магические цепи жгли плечи и грудь, но это был единственный способ снова не скатиться в безумие. Пока не найдут перстень, ему придётся их носить. Но это лучший из вариантов.
Он закрыл глаза, пытаясь прогнать образ хрупкой девушки, только что покинувшей кабинет. Но ничего не вышло. Она преследовала его с того момента, как он впервые увидел её. В затемнённой части сцены, за роялем. В совершенно вульгарном, безвкусном платье, которое даже с натяжкой нельзя было счесть приличным. К сожалению, другие наряды оказались не лучше. Сплошь мужские костюмы, излишне подчёркивающие, выставляющие фигуру на всеобщее обозрение. А то, в чём её заставили выйти на арену… это и одеждой назвать нельзя.
Ворн зарычал.
Он был бессилен прогнать её из своей головы. Взгляд, жесты, улыбка — всё это преследовало его и во сне, и наяву. Но хуже всего был запах. Он больше ничего не чуял, кроме девушки.
Дракон с силой надавил на виски. Нужно сосредоточиться на убийствах. Происходящее слишком опасно. Если отец окажется прав… воспоминания об отце воскресили замученное лицо матери. Её тонкие руки со следами цепей на запястьях….
«Выкинешь нечто подобное ещё раз, на цепь посажу» — собственный голос прогремел в ушах колокольным звоном. Ворн стиснул зубы и ударил кулаком по столу.
Нет, он не будет таким, как отец. Он не заставит её силой быть рядом. Никогда. Сегодня он просто сорвался. Подумал, что она пытается его убить. Утихшая было ненависть пробудилась и захлестнула с такой силой, что он едва мог соображать. И это при том, что цепи сдерживали эмоции. Представить страшно, что было бы, не отыщи Дагмар это заклинание.
Повезло, что она оказалась такой сильной. Дракон улыбнулся, вспоминая окутавший его поток магии. Но тут же помрачнел. Теперь понятно, зачем она нужна дроу. Лживые твари!
Второго удара столешница не выдержала и треснула.
Нет, надо успокоиться и вернуться к убийствам. И для начала придётся найти символ, выжженный на шее дриады. Значит, вечер он проведёт в библиотеке… Наверное, она часто бывает там. Дагмар говорил, Дана хорошо учится.
Дана… он скривился. Это было не её имя. Она врала. Зачем? Её заставляет дроу? Вряд ли, она не похожа на девушку, которую можно легко заставить. Или ушастый ей врёт? Вот это куда вероятнее. Но ничего, это пока. Скоро анкар приживётся, и татуировки потеряют над ней власть. Тогда и поговорим.
Ворн зло усмехнулся.
7.2
***
— Ты хоть поспать успела? — спросила Хелла, когда я вернулась в комнату. Дриада стояла у распахнутого шкафа и перебирала платья.
— Немного.
Я упала на кровать и закрыла глаза. Чтоб этому дракону провалиться! Мало было неприятностей, так теперь ещё и серийного маньяка втайне держать.
Кровать скрипнула под тяжестью котёночка. Щеки коснулся пушистый бок. Мантикор неспешно добрался до раненной руки, мокрый нос уткнулся в обожжённую кожу, и противная ноющая боль стихла. С болью ушли тревога и усталость. Как же хорошо.
— Дана, ты это видишь? — удивлённый голос Хеллы выдернул меня из блаженного забытья.
— Что? — я открыла глаза и изумлённо уставилась на Тошку. Крылья мантикора светились нежно-фиолетовым, когти горели чёрным огнём, в глазах появилось беспокойство. — Ой, а что это с ним?
— Поздравляю, теперь у тебя официально есть фамильяр, — ответила дриада, не торопясь подходить ближе. — Очень необычный фамильяр.
— Почему необычный? — я погладила котика по загривку. От шерсти в разные стороны полетели фиолетовые искорки.
— Во-первых, он слишком маленький, в таком возрасте магическая связь обычно не устанавливается, рано ещё. Во-вторых, в нём слишком много силы.
— Может, это моя? Просто ему передалась. Маги же с фамильярами делятся энергией.
— Нет, — подруга отрицательно покачала головой. — У фамильяров другая магия, её сразу чувствуешь. Надо будет с Рулом поговорить и узнать, где он его подобрал.
— Поговори. А мне решительно всё равно, правильный у меня фамильяр или нет. Самое главное, больше не надо его прятать, — я немного подумала и спросила: — Можно взять Тошку с собой на занятия?
— Если он согласен — пожалуйста. Можете хоть совсем не расставаться.
— Отлично!
Ну хоть одна хорошая новость.
***
На моё счастье прынц на завтрак не явился, и я со спокойной совестью села с друзьями. Вниманием Рула тут же завладел Тошка. Зоомаг принялся с интересом осматривать новоиспечённого фамильяра и удивлялся произошедшему ещё сильнее дриады.
Пока Рул с Хеллой восхищались млеющем в лучах славы мантикором, Нирэл пристально меня разглядывал.
— Ты чего? — не выдержала я. Есть под изучающим взглядом эльфа было невозможно.
— Твоя аура изменилась. И татуировки, — помедлив, ответил друг. — Ворн что-то сделал?
Я молча показала обожжённую ладонь.
— Идиот, — Нирэл помрачнел.
— Что это такое? Хоть ты объясни.
— Это повод для начала очередного конфликта между драконами и дроу.
— Яснее не стало, — я придвинулась ближе. Эльф говорил негромко и явно не хотел, чтобы друзья нас услышали.
К счастью, Рул с Хеллой были слишком увлечены Тошкой, а Тара и вовсе не было. Дроу обычно не ходил на завтрак, предпочитая поспать лишний час.
— Это анкар, — ещё тише ответил Нирэл.
— Ты издеваешься?
— Ну хорошо, — вздохнул он. — Это, своего рода, клеймо. Метка принадлежности. Такую ставят на самых приближённых слуг, иногда на наложниц.
— Чего?!
— Будем считать тебя слугой, — деликатно решил эльф. — Но суть от этого не меняется, теперь Ворн имеет над тобой власть. Ты не сможешь противиться его приказам.
— А при чём тут дроу?
— При том, что ты невеста первого мечника Дома Теней. Дав тебе анкар, Ворн бросил Арэиену вызов. Не прямо, конечно, но по-другому расценить этот поступок трудно, — друг вздохнул. — Вообще не понимаю, как клеймо прижилось. Татуировки должны были тебя защитить.
— И что теперь будет? Ну, когда Рэй узнает об этом?