Проклятие бескрылых драконов (СИ)

В глазах кривоносого ясно читалось желание меня придушить. Прямо сейчас. Тонкие ноздри мужчины гневно раздулись, он сжал руки на запястьях сильнее.
— Ай! — вскрикнула я и выронила клинки. Они глухо ударились об пол, застеленный пушистым ковром, и замерли молчаливым укором — мол, последнее оружие выбросила, не боевой маг, а пародия какая-то.
— Ещё хоть слово в таком тоне, и я выжгу твоё сердце. Понятно или…
— Отошёл от неё! — по кабинету прокатился едва ли не звериный рык.
По спине побежали мурашки.
В дверях стоял блюститель нравственности собственной персоной. Только его здесь не хватало. Мало мне неприятностей.
Зато кривоносый, мигом утратив воинственность, демонстративно спрятал руки за спину, сделал шаг назад и, опустив голову, покаянно произнёс:
— Прошу простить, мессер, я позволил себе лишнее.
— Нет, Дагмар, ты перешёл границы дозволенного, — медленно проговорил желтоглазый.
— Мессер, происходящее напоминает заговор. Я настоятельно советую…
— Я не давал тебе слова. Уходи.
— Если мне будет позволено, — кривоносый, продолжая старательно изучать пол, сцепил руки за спиной так, что кончики пальцев побелели.
— Тебе и так было позволено многое. Даже слишком многое. Прочь, — желтоглазый разговаривал с неким Дагмаром как хозяин со слугой, хотя последний годился ему в отцы.
Кривоносый зыркнул на меня исподлобья и направился к двери. Прежде чем выйти, он тихо произнёс:
— Ваша воля, мессер, для меня закон.
— Если бы, — скривился желтоглазый и захлопнул за Дагмаром дверь.
В кабинете снова воцарилась тишина. Дракон изучающе меня разглядывал, с каждой секундой становясь всё недовольнее. А я переминалась с ноги на ногу и чувствовала, как начинаю краснеть. Не то чтобы стеснялась своей фигуры, но так пристально на меня ещё не пялились.
— Кто ты и откуда? — наконец спросил желтоглазый.
— Дана… — я внезапно поперхнулась и закашлялась. Попыталась повторить, но снова ничего не вышло. Что за ерунда?! Так, надо успокоится. Это наверняка от нервов и холода.
— Дана Феннет, — слова давались непросто, — из Норта [1]. Мои родители…
— Хватит, — оборвал собеседник и уставился на меня с какой-то дикой, почти звериной, тоской. Ну вот, даже легенду не дослушал. — С сегодняшнего дня ты мой телохранитель. Посему, постарайся выглядеть прилично. А сейчас хотя бы прикройся.
Он снял длинный тёмно-синий сюртук и бросил мне. Я, разумеется, поймать не успела. А когда попыталась поднять, дважды уронила.
Какой из меня телохранитель? А главное, для кого? Неужели этот вечно всем недовольный хмырь наследник? Уууууу….
— Да сколько можно! — рыкнул дракон, не выдержав. Сам подобрал сюртук, накинул мне на плечи и замер, разглядывая.
Он оказался совсем близко, жёлтые глаза неотрывно следили за мной. А наш прынц выше, чем казалось. И довольно симпатичный. Даже глаза с этого ракурса не кажутся пугающими. Лицо, правда, так и осталось надменным, но всё равно красивое, аристократическое.
Руки внезапно обожгло — татуировки дали о себе знать. Мысли тут же прояснились. Я моргнула, прогоняя наваждение. Так, куда это меня занесло? Надеюсь, сейчас произошло обычное недоразумение. Не может же мне понравится хам с замашками тирана. И почему руки означенного хама всё ещё лежат на моих плечах?
Я недоумённо подняла голову, и утонула в золотистом огне его глаз. Татуировки снова заныли, но вызванная ими боль была почти незаметной, едва ощутимой, нереальной. Зато дракон с каждой секундой казался всё более настоящим. Я чувствовала силу, с которой он сжимал мои плечи, ощущала приятный, хоть и резковатый, запах осеннего леса, костра и прелой земли. А ещё меня обжигало исходящим от него жаром. Обжигало почти до боли, но почему-то прекращать эту пытку не хотелось.
Не знаю, сколько длилось наваждение, но закончилось оно внезапно. Дракон, едва не рыча, отпрянул от меня как от чумной. А пламя в безумных глазах разгоралось всё сильнее. Теперь оно было уже не жёлтое, а алое. И продолжало стремительно темнеть.
Татуировки сдавили руки не хуже цепей и подбирались к горлу. Но стоило дракону отступить, как хватка магических меток ослабла, и по телу разлилось согревающее тепло. Ничего себе, до этого момента даже не понимала, как же сильно я замёрзла.
 
— Приведи себя в порядок, — сдавленным, практически неузнаваемым голосом попросил он, развернувшись к окну.
Я кивнула, как будто он мог это видеть. Но говорить сейчас было выше моих сил. Что происходит?! И, ой, кажется, у меня инсульт. Или инфаркт. Иначе почему сердце колотится с такой силой, будто пытается пробить грудь и вырваться на свободу.
Пока я выясняла, умираю или ещё нет, дракон продолжил:
— Через час жду в своих покоях тебя и твоего…
Желтоглазый запнулся и с трудом выдавил:
— Опекуна.
— Но Рэя сейчас… — голос, кажется, вернулся.
— Я разве тебя о чём-то спрашивал? — зло рыкнул дракон.
— Нет.
— Тогда, может, и не стоит открывать рот? — тем же тоном закончил он и быстро, не глядя на меня, протопал к двери.
Но прежде чем выйти, произнёс:
— Дроу лживые, беспринципные и эгоистичные твари. Они пальцем не пошевелят, если им это невыгодно. Надеюсь, ты это понимаешь.
«Пока самое понятное здесь то, что ты хам!» — подумала я, всё ещё пытаясь прийти в себя.
[1] Норт — крупнейший город на севере Алариса.
  
Глава 5
 
— Какой он?! — набросилась Хелла, не успела я войти в комнату.
Тут же, развалившись на моей кровати, сидели Тарэн, Рул и Нирэл — светлый эльф и последний участник нашей странноватой компашки. Тошка, свернувшись клубком и довольно мурча, лежал на коленях зоомага и моё появление проигнорировал. Как и Крос — белоснежный кот, фамильяр эльфа. Тот вообще сидел на подоконнике и меланхолично наблюдал за птицами, игнорируя всех собравшихся сразу.
— Кто? — я с недоумением посмотрела на подругу.
— Наследник, конечно же. Говорят, он невероятный, — с придыханием проговорила дриада, а Рул только закатил глаза
— Угу, невероятный хам.
— А это у тебя что такое? — дриада подёргала за рукав сюртука.
— Подарок с барского плеча. Слушайте, может, хоть вы объясните, что случилось? Почему после первого же боя я внезапно оказалась телохранителем этого… наследника?
— Так ты не в курсе? — удивилась девушка, внимание которой было поглощено рассматриванием царской одежды. — Пуговицы костяные, варварство какое.
— Не в курсе, — я сняла сюртук и отдала его Хелле.
— В финал вышли Алак и Дарэн, первый из нашего клана, второй из клана Ветра, — ответил Тар, поняв, что толку от дриады сейчас никакого.
— То есть я должна была драться с кем-то из дроу?
— Да. Но во время боя они друг друга покалечили, — хмыкнул алхимик. — И у меня такое ощущение, что вышло это не просто так.
— Почему? — не поняла я.
— Мы с драконами враждуем не одно тысячелетие. И никому из нас они не доверят охрану своего ненаглядного наследничка. Полагаю, ящеры вовремя подсуетились, и теперь два лучших боевых мага Юрэна валяются на соседних койках с Харгом. И валяться им, поверь, очень долго.
— Прекрасно. Ну тогда хоть расскажите, что меня ждёт, — я устало плюхнулась на свободное кресло в углу.
— Стой! — крикнул непойми из-за чего переполошившийся Рул.
В ту же секунду правую лодыжку обожгла сильная боль. Вскрикнув, я вскочила с ногами на кресло и успела заметить скрюченную трёхпалую лапу с длиннющими загнутыми когтищами. Лапа несколько раз полоснула воздух и исчезла под креслом.
— Ш-што это? — тихо спросила я, боясь пошевелиться.
— Гарпия. Ты её напугала, у них очень хрупкая нервная система, — с осуждением сообщил зоомаг и присел на колени, чтобы заглянуть в логово когтистой твари.
— Я её напугала?! Да она меня чуть без ноги не оставила!
Лодыжка действительно выглядела ужасно — три глубоких пореза кровоточили и стремительно распухали. Болело всё это просто невыносимо. Я сглотнула и вспомнила про обезболивающие заклинания — не зря штудировала перед соревнованием. Кто бы знал, что они понадобятся не во время, а после.