Время взрослеть (СИ)

— Что у тебя есть? — альфа коротко вдохнул воздух, словно хотел убедиться в чем-то.
Чарльз знал, что после родов от него почти ничем не пахло — точно, как от беты. Так будет еще две-три недели, пока гормональный фон не начнет восстанавливаться. Из бизнес-центра он отправился в больницу, где его осмотрели и обработали раны и разрывы, вправили пальцы. Рекомендовали остаться на пару дней, но Чарльз не захотел. Он вымылся там гигиеническим средством, отбивающим даже естественные запахи, и поехал напиваться в клуб. Теперь только внешность могла выдать в Эдвардсе омегу — слишком миловиден для беты. Но вот впалые щеки и мешки под глазами все портили.
  
— Водка, виски… шампанское? — перечислил Чарльз. Он включил на кухне слабый интимный свет и обернулся. — Как зовут?
— Виски с парой кубиков льда, — решил альфа. — Антонио, — он протянул ладонь для рукопожатия.
— Чарльз, — жест он проигнорировал — пусть ручкуются альфы между собой, но вместо этого мило улыбнулся.
Чарльз достал из шкафчика нужную бутылку и пару стаканов. Он чувствовал, что ему уже хватит, но не мог заставить себя остановиться, от ощущения пустоты внутри его коробило. Плеснув на два пальца в каждый стакан, он добавил в них лед из морозилки и отдал Антонио один.
— Чем занимаешься? Я давно здесь живу, ты то приезжаешь, то пропадаешь надолго, — заметил Чарльз. Он не хотел тратить много времени на альфу. Задание было простым, нужно выполнить его и уезжать. Чем раньше он окажется на главной базе Дельты — тем лучше. Как сказал Гуран, там ему выдадут липовые документы, деньги и билеты, чтобы лететь в Англию. Никаких подробностей о миссии или сроках. Но вот то, что босс лично курирует его, говорило о многом.
— Следишь за мной? — хмыкнул Антонио. Он сел за стол и откинулся на спинку, разглядывая собеседника. От него пахло силой, уверенностью в себе и сексом. — У меня несколько магазинов одежды в разных штатах. Вот, летаю проверять, как там идут дела.
— Ясно. Женат? — продолжил Чарльз, отпив небольшой глоток виски. Он видел, что у него на пальце нет обручального кольца. А еще знал о супруге альфы и двоих детях — подростках-омегах, которых он держал в каком-то захолустье и давал смешные деньги на жизнь. Всех троих заставлял работать в одном из магазинов, но жалованья за это не платил.
— Нет. Хочешь занять вакантное место? — тут же предложил альфа, расставив ноги и недвусмысленно погладив себя по ширинке.
Чарльз усмехнулся и медленно приблизился к нему. Жертв в игре выбирали неслучайно. Это всегда были альфы, виноватые в чем-то перед омегами. Антонио, например, любил грубый секс, на грани изнасилования. Ему подвергались все без исключения омеги, работавшие на него. Потом мистер Антонио начинал шантажировать их, обещал засадить за проституцию. С парочкой даже свою угрозу выполнил. Чарльз соблазнительно улыбнулся и перекинул ногу через колени альфы, медленно опустился на них и заглянул в лицо. Антонио был достаточно красив, чтобы привлечь малолеток и романтиков, и богат, что позволяло ему немало расширить аудиторию омег, желавших оказаться в его постели и занять «вакантное место». Чарльз отставил свой стакан и положил ладони Антонио на грудь.
— Гори в аду, ублюдок, — томно выдохнул Чарльз в ухо альфы и умелым коротким движением рванул за подбородок. Тот не успел отреагировать. Шея хрустнула, и голова неестественно свесилась на бок.
Чарльз встал и, поморщившись, допил свой виски. Вот так. Раз — и все. Убить подонка оказалось настолько легко, что даже не появилось чувство эйфории. Скольким омегам он искалечил психику и испортил жизнь? Они ведь боялись его, подчинялись. Терпели унижения и боль, чтобы не сделать себе еще хуже, не оказаться в немилости. У него были деньги, власть, положение, какие-то амбиции и самомнение… десять минут назад. А теперь труп. И ведь никто не расстроится, узнав о его смерти. Наоборот, будут тайно радоваться и ликовать, вздохнут свободно. Разве убийство такого ублюдка — преступление? Почему он должен жить хорошо и отравлять существование остальным? Странная логика, придуманная такими же мерзавцами. Куда правильнее было бы убивать их напоказ. Тогда другие, страшась подобной участи, будут вести себя достойно.
Тело постепенно обмякло и свалилось на пол с глухим неприятным звуком. Чарльз отыскал в тайнике пару марихуановых самокруток и вышел на балкон — покурить и собраться с мыслями. Квартира Чарльза была на шестом этаже, напротив — другой такой же дом, почти стена в стену. Внизу — узкий пеший переулок и выход на музейную улицу. Сейчас там отиралась стайка оборванцев, которые шумно ругались из-за чего-то. Чарльз прикурил и крепко затянулся, с удовольствием прикрыв глаза. Нужно закончить условие с зеркалами и уходить. С каждой следующей затяжкой сознание заполнялось приятной, тягучей легкостью, проблемы расплывались. Докурив, омега швырнул окурок вниз и вернулся в квартиру.
Чарльз прошел в ванну и снял зеркало. Альфа ждал его там же — в кухне возле стола, раскинув руки и ноги и с открытыми глазами. Куда ж ему деться? Омега остановился над ним и, усмехнувшись, бросил зеркало. То разбилось с грохотом и звоном. Осколки рассыпались по полу, часть впилась в тело Антонио. Чарльз в тусклом свете заметил свое искаженное отражение в обломках и не вовремя вспомнил дурацкую плохую примету. Он дернул плечами и отправился мыться перед дорогой. Ему хотелось избавиться от неприятного предчувствия и предрассудков о том, что раз он расколол проклятое зеркало, то накликал на себя тем самым беду. Он решил запереть дверь изнутри, чтобы альфа немного полежал здесь и его не сразу нашли.
Чарльз вернулся в комнату, вытерся и оделся в чистое. Сумка всегда была готова и спрятана под кроватью в спальне. Он прихватил с собой часы, запонки, зажим для галстука и наличные из бумажника Антонио. Вместо того чтобы идти через парадную, Чарльз спустился в переулок по балконам и спрыгнул на землю прямо в центре той самой компании шалопаев. Четверо альф-подростков с удивлением смотрели на него.
— Гляньте-ка, что у меня есть, — усмехнулся Чарльз. Он бросил себе под ноги личные вещи мертвого. Парни мгновенно кинулись собирать это, отталкивая и рыча друг на друга. А Чарльз спокойно вышел из переулка на музейную улицу, поймал такси и поехал на вокзал.
****
Две недели спустя Чарльз прилетел в Англию. По американским меркам база Дельты в Лондоне была небольшой. Никаких учебных корпусов и внутренней инфраструктуры, как в Сент-Луисе или Новом Орлеане. Всего лишь особняк пятнадцатого века и двадцать гектаров леса вокруг. В нем постоянно жили несколько макси, ответственных за агентов и задания в Англии, и слуги-беты. Официально же поместье принадлежало какому-то альфе, лояльно настроенному и спонсирующему деятельность Дельты. Чарльзу предоставили небольшую квартиру на окраине Лондона и деньги на неделю проживания.
Когда адреналин после родов и LSU снизились в крови, вся тяжесть произошедшего обрушилась на него. Он сильно осунулся: щеки впали, подчеркнув и без того острые скулы, под воспаленными красными глазами залегли черные мешки. Сегодня утром, когда он разделывал курицу, то одна из косточек глухо хрустнула у него в руке. Казалось бы, ничего особенного. Но Чарльз отреагировал болезненно. Он закрылся в ванной и долго сидел под ледяным душем, обхватив себя руками за плоский живот, и раскачивался вперед-назад. Перед глазами так и стоял красноватый альфеныш, весь в крови и слизи, а потом появлялась тонкая кисть Чарльза и хватала ребенка за шею, чтобы сдавить и хрустнуть косточкой — прямо как куриной. Эти видения преследовали омегу, мешали спать, а первую неделю и бодрствовать спокойно. Что-то в душе надломилось в тот момент и вовсе не желало больше заживать, а ныло и выкручивало.
Приемная Гурана была обставлена помпезно, очень шикарно: резная мебель, на стенах картины, расписные потолки и начищенный до блеска паркетный пол. Возле окна, слева от двойной двери, ведущей в кабинет, находился стол Джанко. Бета перебирал какие-то бумажки и выглядел крайне сосредоточенным. У высокого камина стоял приземистый, крепко сбитый альфа. Коротко остриженные волосы были некрасивого серовато-зеленого оттенка, а глаза — маленькими и злыми. Искривленный нос, множество шрамов на лице и отрезанное ухо свидетельствовали о том, что его уже переучили и сделали послушным зомби. Взгляд его Чарльзу не нравился. Слишком злобный. Очередной ебарь? Или просто охранник?