Рябиновое танго

Фотограф и дизайнер работали увлеченно, глядя на них, увлеклась и Маша. Надевая очередной костюм, Маша просила несколько минут на то, чтобы привыкнуть к нему.
— Маша, мне нравится ваш подход, — хвалила ее Лариса Дмитриевна. — Жалко, что у меня всего одна готовая коллекция, с вами приятно сотрудничать.
Работая, они забыли о времени.
— Какой ужас! Метро закрылось! — посмотрев на часы, расстроилась Маша.
— Машенька, не волнуйтесь, вам нельзя! Игорь, как истинный джентльмен, не бросит дам в беде! Правда, джентльмен? — улыбнулась Лариса Дмитриевна.
Оказалось, что ей и Маше по пути, и Маша была рада тому, что хотя бы этим они не сильно затруднят Игоря. Втроем в машине ехали весело, перешли на ты, и Лариса Дмитриевна потребовала называть ее только по имени. Но после того как Лариса вышла у своего дома, веселье пропало.
— Маша, расскажи немного о себе, — попросил Игорь.
— Что рассказать? Окончила школу в Сибири, там осталась моя мама, учусь…
— Это я знаю, — перебил ее Игорь. — Ты сейчас одна?
— Да, я сейчас одна, но это ничего не значит. Скоро нас будет двое, ты же знаешь.
Некоторое время они ехали, храня молчание, только иногда Маша называла повороты.
— Все, мы приехали, — вздохнула она, обозначив конечный пункт маршрута.
— Давай посидим минутку, — тихо попросил Игорь. — Целый день в студии суета несусветная. Нет времени остановиться и подумать.
— О чем? — чуть слышно спросила Маша.
— О жизни хотя бы, — вздохнул Игорь и включил в машине свет. — Как ты себя чувствуешь? Ты не устала? — Он внимательно смотрел на Машу.
— Я не устала, — улыбнулась она, — но я пойду, а то уже поздно.
— Да, конечно. Завтра увидимся.
— До свидания. Спасибо, что подвез. До завтра, — уже выйдя из машины, тихо попрощалась Маша.
— Ну тихоня! Колись, кто этот супермен на супертачке? — смеясь, встретили ее девчонки в комнате.
— Супертачка? А по-моему, обыкновенная машина…
— Ты от главного не уходи, — перебила ее Лиза.
— И никакой он не супермен, это мой знакомый, мы вместе работаем.
— Ага, в детском саду, — рассмеялась Тамара.
— Зачем? У него в фотостудии. Он фотограф.
— Он фотограф, а ты там кто?
— А я там фотомодель.
— Иди ты! А где можно увидеть твои фотографии? — не скрывая иронии, улыбались девчонки, посматривая на ее живот.
— Пока нигде, но как закончим фотосессию, то фотографии будут в Интернете, в одном журнале мод, — не обращая внимания на их иронию, объяснила Маша.
Выполнив в первый день основной объем работ, фотосессию завершили на второй день.
— Маша, очень приятно было поработать с тобой, — сказала Лариса Дмитриевна в бухгалтерии, где Маша получила свои первые модельные деньги. — Может, наши пути еще пересекутся, я лично буду очень рада этому.
— Маша, спасибо за помощь, вы нас здорово выручили, — поддержал ее Игорь.
— Ну что вы! Мне приятно было поработать с вами! Мир рухнет, если люди не будут слышать друг друга.
Они обменялись номерами телефонов, и Игорь предложил подвезти Машу до общежития.
— А я еще не еду в Химки, мне нужно заехать на работу, я там три дня не показывалась, поэтому волнуюсь.
— Так я подвезу до работы, — предложил Игорь.
Маша отказывалась, но Игорь настаивал на своем. В машине они молчали. Игорь заговорил, когда они подъехали к детскому саду.
— Маша, очень не хочется прощаться с тобой. Можно я позвоню тебе, — тихо попросил он.
— Игорь, я не знаю…
— Не знаешь, стоит ли со мной общаться? — глядя Маше прямо в глаза, спросил Игорь. — Маша, ты мне нравишься. Скажи честно, я тебе совсем несимпатичен?
— Ну почему же? — смутилась Маша его прямоты. — Очень даже симпатичен, только вокруг тебя есть девушки и симпатичнее меня, а главное, не такие беременные, как я.
— Маш, не забывай, что я все-таки художник и у меня свое видение прекрасного. Но ты не ответила на мой первый вопрос, — заметил Игорь. — У тебя так много друзей, что еще один новый друг будет явно лишним?
— Нет, с друзьями у меня теперь напряженка, — горько усмехнулась Маша. — Если ты предлагаешь мне дружбу, то я разрешаю тебе позвонить мне. Я не думаю, что от дружбы кто-нибудь когда-нибудь отказывался.
 
— Ну спасибо и на этом, — улыбнулся Игорь, — я обязательно позвоню.
Они попрощались, Маша вышла из машины и направилась к саду. Она не обернулась, но слышала, как отъехала машина Игоря.
В своем кабинете она нашла несколько кусков яркой ткани и записку от музыкального руководителя с просьбой сшить небольшую ширму. На столе Маша нашла подробную инструкцию и куски картона. Сориентировавшись, приступила к работе. Но работа не спорилась. Маша часто останавливала машинку и сидела задумавшись. Такой ее и увидела Рогнеда Игоревна.
— Маша, ты хорошо себя чувствуешь? — заволновалась она.
— Хорошо, спасибо. Просто думы одолели.
И Маша рассказала Рогнеде Игоревне, как рассказала бы своей маме, о предложении Игоря.
— И о чем ты задумалась? Что в этом плохого? — удивилась та.
— Я не знаю, возможны ли между мужчиной и женщиной дружеские отношения? К другим я не готова, и не только из-за моей беременности, — покраснев, призналась Маша.
— Все зависит только от тебя: если ты хочешь, чтобы отношения были только дружескими, то они и будут такими. У тебя так много друзей, что можно отказаться от одного? Ты хотя бы попробуй, — улыбнулась Рогнеда Игоревна.
Улыбнулась и Маша, второй раз за вечер услышав одни и те же слова.
Ночью, лежа в постели, Маша опять думала об Игоре. Ей нравился этот симпатичный синеглазый брюнет, нравился его азарт, его увлеченность своей работой, но она не думала о нем как о мужчине, не могла пока думать о нем и как о друге. Засыпала Маша тревожно. Почувствовав ее тревогу, заволновался и малыш.
— Малыш, у нас с тобой совсем нет друзей. И хотя бы один друг нам с тобой точно не помешает, — шептала она, прижимая ладонь к животу. — Похоже, что он хороший человек, не годится обижать его отказом, — решила Маша за себя и за своего малыша.
Дружно наступала весна. Под ласковым весенним солнцем оживала не только природа. Его лучи отогревали человеческие сердца, уставшие от зимы и одиночества. Солнце согревало не только тело, но и душу, которая в подтаявшем состоянии и впитывала, и отдавала больше любви, тепла, добра и света. Теплый весенний ветер уносил печали и тревоги, веял свежестью и надеждой. Жажда жизни становилась особенно острой.
— Малыш, ты слышишь этот запах новой жизни? — шептала Маша, нюхая размятый в руках клейкий березовый листочек. — Так пахнет весна.
С приходом весны, новой работой, новыми знакомствами Маша окончательно забыла о зимней хандре, прежних страхах и тревогах.
С тех пор как Маша рассталась с ведром и шваброй, ее работа стала приносить ей больше морального удовлетворения. Она шила то какой-то сказочный колпак-невидимку к открытому занятию, то фартук с волшебными карманами, то чудесный мешочек, то костюм для какого-нибудь сказочного персонажа. Еще благодаря Рогнеде Игоревне у Маши появилась возможность небольшого дополнительного заработка. Директор так разрекламировала свое маленькое кимоно, что у Маши появились клиенты.
— Маша, с бельем и костюмами у нас теперь полный порядок, поэтому ты вполне можешь немного поработать на себя. Ты понимаешь, о чем я?
— Я понимаю, Рогнеда Игоревна, но я не могу брать деньги, мы ведь вместе работаем! — искренне возмущалась Маша.
— Это твой труд, Маша, он должен быть оценен и оплачен! Ты должна думать о ребенке, а шитье — дополнительный источник пополнения твоих скудных капиталов! — спорила со своей протеже директор.
Женщин в саду было много, не у всех были мужья, стандартные фигуры, большие зарплаты, поэтому клиенты у Маши были всегда.
К лучшему изменилась и личная жизнь Маши: в ней как-то незаметно, но довольно быстро и прочно утвердился Игорь. В первый раз он позвонил на следующий день после того, как предложил ей дружбу.