Джек Ричер: Без права на ошибку

– Конечно, – сказал коллега. – Вопрос в том, может ли повезти мне?
– Не настолько, – ответила Фролих.
Менеджер клуба наблюдал за тем, как Ричер входит в холл мотеля, где остановился. Потом скрылся в продуваемой ветром боковой улочке и набрал номер на мобильном телефоне. Прикрыл динамик ладонью и негромко заговорил, с должным почтением стараясь кого-то в чем-то убедить, хотя в голосе его слышалась тревога.
– Потому что он относится ко мне неуважительно, – ответил он на какой-то вопрос. – Сегодня было бы неплохо. – Это уже был ответ на другой. – Как минимум двоих, – прозвучал ответ на последний вопрос. – Этот парень настоящий амбал.
У стойки регистрации мотеля Ричер разменял один из оставшихся у него долларов на четвертаки и направился к телефону-автомату. По памяти набрал номер своего банка, назвал пароль и попросил перевести до конца рабочего дня в отделение «Вестерн юнион» в Атлантик-Сити пятьсот баксов. Потом отправился в свой номер, оторвал со всех обновок бирки и переоделся. Рассовал по карманам все, что было в летней одежде, саму эту одежду отправил в мусор и осмотрел себя в длинном зеркале с обратной стороны дверцы шкафа. «Осталось отрастить бороду, надеть темные очки – и можно идти хоть до самого Северного полюса», – подумал он.
О предполагаемом переводе денег Фролих узнала одиннадцать минут спустя. Она на секунду закрыла глаза, торжествующе сжала кулаки и достала с полки за спиной карту Восточного побережья. Ехать придется часа три, если, конечно, не помешают пробки. Можно успеть. Она схватила пальто, сумку и побежала в гараж.
С час Ричер просидел в номере, а потом вышел на улицу, чтобы проверить теплоизоляционные свойства нового пальто. Когда-то давно это называлось полевыми испытаниями. Он направился на восток, к океану, как раз против ветра. Ричер скорее почувствовал, чем увидел, что за ним кто-то идет. Подал признаки жизни чувствительный буравчик в районе поясницы. Ричер замедлил шаг и глянул в витрину магазина, как в зеркало. Ярдах в пятидесяти за спиной уловил какое-то движение. Далековато, подробностей не разглядеть.
Он двинулся дальше. Пальто оказалось добротным, но следовало бы обзавестись и шляпой. Впрочем, это было понятно с самого начала. Приятель, сделавший то самое замечание насчет теплой одежды, утверждал также, что половина всех тепловых потерь человека происходит через макушку – сейчас Ричер отчетливо ощущал это. Холодный ветер трепал волосы, глаза слезились. В ноябре на побережье Джерси не помешала бы вязаная шапка военного образца. Он сделал мысленную заметку: по дороге обратно из офиса «Вестерн юнион» поискать армейские магазины. По личному опыту он знал, что они часто располагались в тех же районах города.
Ричер дошел до дощатого настила и зашагал на юг, ощущая все тот же зуд в пояснице. Он резко обернулся, но ничего не увидел. Затем двинулся на север, в ту сторону, откуда начал путь. Доски под ногами были очень крепкие. На них указывалось, что они сделаны из какой-то особой твердой древесины, самой твердой из всех, какие можно отыскать в лесах мира. Легкий зуд в пояснице все не проходил. Ричер повернулся и вывел своих невидимых преследователей к центральному причалу. Сооружение было старинное, хорошо сохранившееся. Во всяком случае, Ричеру казалось, что причал выглядит так же, как и тогда, когда его только построили. Кругом было безлюдно, что при такой погоде неудивительно, и это лишь усиливало ощущение нереальности. Словно он разглядывал фотографию архитектурного памятника в учебнике истории. Однако кое-какие из маленьких старинных киосков были открыты, и в одном из них даже можно было купить кофе в современном пластиковом стаканчике. Ричер взял большую порцию без молока: на это ушли все оставшиеся деньги, зато напиток его согрел. Прихлебывая кофе, он дошел до конца причала. Выбросил стаканчик в урну и некоторое время стоял и смотрел на серый океан. Потом повернулся, направился к берегу и тут увидел двух идущих навстречу мужчин.
  
Ребята были размером что надо – не очень высокие, но широкоплечие. Одеты одинаково – в синие бушлаты и серые джинсы. Оба в вязаных серых шапках, плотно облегающих крупные головы. Сразу ясно: прекрасно знают, как надо одеваться в здешнем климате. Руки держат в карманах, поэтому насчет перчаток сказать что-либо затруднительно. Карманы бушлатов располагались довольно высоко, так что локти у незнакомцев торчали в стороны. Обуты парни были в тяжелые ботинки – такие носят сталевары или портовые грузчики. Оба казались слегка кривоногими; впрочем, может, они просто изображали развязную походку, стараясь нагнать на него страху. На лбу у обоих виднелись небольшие рубцы. Всем своим видом незнакомцы напоминали персонажей полувековой давности – ярмарочных борцов или громил с судоверфей. Ричер оглянулся: за спиной никого вплоть до самой Ирландии. Поэтому он просто остановился. И преспокойно прислонился спиной к перилам.
Футов за восемь до Ричера мужчины остановились и уставились на него. Ричер сжал кулаки, чтобы проверить, не слишком ли замерзли пальцы. Восемь футов – выбор расстояния любопытный. Значит, прежде чем сцепиться, они собираются поговорить. Ричер пошевелил пальцами на ногах, напряг мышцы икр, потом бедер, спины и плеч. Наклонил голову влево-вправо, потом немного назад, чтобы расслабить шею. Сделал вдох через нос. Ветер дул ему прямо в спину. Парень слева вынул руки из карманов. Перчаток на них не было. И либо у него артрит, либо в каждом кулаке по стопке четвертаков.
– У нас для тебя сообщение, – сказал он.
Ричер посмотрел на перила причала и раскинувшийся за ними океан. Поверхность его была серого цвета, ветер гнал приличную волну. Вода, скорее всего, ледяная. Побросать их туда было бы равносильно убийству.
– От менеджера ночного клуба, что ли? – спросил он.
– От его людей, да.
– А что, у него есть свои люди?
– Это Атлантик-Сити, – сказал переговорщик. – Так что у него есть свои люди, само собой.
Ричер понимающе кивнул:
– Дай угадаю. Я, значит, должен уехать из этого города, свалить отсюда, слинять, как можно быстрее смотаться и носа больше сюда не показывать, забыть, что я вообще здесь когда-то бывал.
– А у тебя котелок ничего, варит.
– Просто умею читать чужие мысли, – сообщил Ричер. – Работал когда-то в ярмарочном балагане. Прямо рядом с бородатой дамой. А вы-то сами разве не оттуда? Через три шатра от моего – вывеска «Самые уродливые близнецы в мире»?
Теперь руки из карманов вынул тот, что справа. Костяшки пальцев и у него, видно, поражены артритом, а может, в кулаках тоже зажато по стопке четвертаков. Ричер улыбнулся. Как ему все-таки нравятся эти стопки четвертаков в кулаках! Старая добрая техника. Выходит, огнестрельного оружия у них нет. Кому понадобятся монеты, если в кармане есть пистолет?
– Мы не хотим причинить тебе никакого вреда, – сказал тот, что справа.
– Но ты должен отсюда убраться, – добавил тот, что слева. – Нам не нужно, чтобы кто-то вмешивался в экономические процессы этого города.
– Так что пойди простым путем, – сказал тот, что справа. – Давай мы проводим тебя до автобусной станции. А то ведь и старики тоже могут пострадать. И не только в смысле финансов.
Ричер услышал в голове абсурдное сейчас наставление из детства, голос матери произнес: «Пожалуйста, не надо драться в новой одежде». Потом раздался голос инструктора по самообороне без оружия в учебном лагере: «Бей быстро, бей сильно, бей много». Он подвигал плечами под пальто, немного размял их. И вдруг почувствовал огромную благодарность к женщине в магазине, убедившей его взять пальто на размер побольше. Он смотрел на парней, и в глазах его не было ничего, кроме искорок легкого веселья и абсолютной уверенности в себе. Он немного сдвинулся влево. Они проделали то же самое. Он приблизился к ним, уменьшив треугольник, образованный их телами. Поднял руку и пригладил растрепанные ветром волосы.