Сдвиг по фазе

— Твой? — спрашиваю у парня.
Алекс кивает, и я кладу телефон себе в карман.
— Он мне нужен, — тут же следует нытье. — Пожалуйста, не забирайте…
— Доверия тебе больше нет, и если ты не запомнил номер Фрейзера, я избавляю тебя от искушения настучать ему о нашем визите.
Возвращается Клемент.
— Готов?
— Ага.
Великан подходит к Алексу.
— Вот тебе мой совет, солнышко: собери вещички да рви когти отсюда. Сныкайся, где тебя не смогут отыскать.
— Почему?
— Потому что начинает вонять жареным. И если через двадцать минут не смоешься, точно подпалишь себе зад.
Мы покидаем квартиру. На улице я предлагаю:
— Пойдем ко мне домой? Нужно сбросить технику и продумать следующие действия.
— Хорошая идея, к тому же давно пора завтракать.
Мы проходим несколько сотен метров, и Клемент достает изъятый на квартире Алекса мобильник и нажимает на нем кнопки.
— Полиция, — хрипит затем он в трубку.
— Вы что делаете?
Не обращая на меня внимания, он сообщает о пистолете, спрятанном в сливном бачке в квартире на Плендер-стрит, Камден. После чего отключает связь и бросает мобильник в канаву.
— Вы же собирались выбросить пистолет!
— Передумал. Если он не последует моему совету, минут через двадцать ему придется отвечать на уйму неприятных вопросов.
— Разве стучать не против ваших принципов?
— Вообще-то да, но иногда приходится платить той же монетой. Если наш умник действительно такой сообразительный, то уже собирает вещи, а нет, так фараоны будут вытряхивать из него объяснения насчет мужика в прихожей и пушке в ванной. Так или иначе, в ближайшем будущем Рейноту не стоит рассчитывать на его услуги.
Что ж, по крайней мере одним геморроем меньше. С болячкой покрупнее, боюсь, расправиться так просто не получится.
  
30
 
Клемент потребовал купить яйца и бекон, отвергнув мои предложения более здоровой пищи.
С ощущением дежавю ставлю перед ним на стол тарелку. Мысль о том, что в любой момент может нагрянуть полиция, напрочь отбивает у меня аппетит.
Пока великан расправляется с поздним завтраком, я пью чай и изучаю карту Стратфорда на экране ноутбука.
— При Алексе мне не хотелось говорить, но ведь Камерон упоминал Стратфорд в своем сообщении.
— М-м, верно.
Я переключаюсь на просмотр изображений улиц, и вся сложность стоящей перед нами задачи становится очевидной.
— Плотная застройка.
— Ты о чем?
— О Декапод-стрит. Без конкретного адреса шансов у нас практически нет. — Разворачиваю ноутбук экраном к Клементу. — Вот, взгляните.
Указанные Алексом координаты соответствуют перекрестку Декапод-стрит и Торнхэм-Гроув. Метров тридцать с одной стороны тянутся мелкие предприятия, а с другой — многоэтажки вперемешку со складами. Типичная городская панорама, и выявить необходимый адрес здесь просто нереально.
— А нельзя вычислить так же, как и квартиру компьютерного ушлепка? — предлагает Клемент.
— Даже если бы у меня была лишняя сотня, чтобы просмотреть всех до одного владельцев здешней недвижимости, где гарантия, что Рейнот просто не выкинул камероновский мобильник из окна машины, когда проезжал по району? Валяется себе в канаве или люке. В общем, зацепка для нас никакая.
— Значит, опять та же проблема — отсутствие инфы.
Остается еще один выход, однако он самый непривлекательный.
— Я вот думаю, не настало ли время обратиться в полицию.
— Ты это серьезно?
— Теперь у нас есть ноуты Алекса как доказательство, что меня подставили.
— Уверен насчет доказательства?
— Хм, можно проверить.
— Лучше так и сделай, прежде чем выкидывать белый флаг.
Открываю первый ноутбук, и на экране всплывает окошко с требованием пароля. Второй реагирует так же.
— Ну? — интересуется Клемент.
— Оба защищены паролями.
— Ну надо же! — фыркает он. — Готов поспорить, этот заморыш знает о компьютерах побольше тебя или полиции.
— Обо мне-то речи не идет, но в полиции найдутся специалисты, способные получить доступ к содержимому ноутбуков.
— Ладно, допустим, получили они этот доступ. И что они там найдут?
 
— Возможно, запись о взломе Алексом сети. «Здравого ума».
— Возможно или точно?
— Не знаю.
— А как насчет этого Камерона?
— В смысле?
— Думаешь, Рейнот хотел всего лишь поговорить с ним по душам?
— Разумеется, нет. Нам прекрасно известно, зачем Фрейзер так рьяно искал Камерона.
— Вот-вот, и ко времени, когда фараоны удосужатся поковыряться в этих твоих компьютерах, парень наверняка будет уже мертв, а Рейнот приступит к производству нового препарата.
— Да, но если я все расскажу полиции, они будут обязаны начать расследование. И тогда найдут Фрейзера и, надеюсь, Камерона.
— Док, ну поставь себя на их место. У них имеются веские доказательства, что ты педофил, и вот ты заявляешься к ним с какой-то мутной байкой про Рейнота, а улик у тебя ноль — как думаешь, поверят они тебе?
— Я должен попытаться.
— Это чертовски рискованная игра, док. Если проиграешь, несколько лет в тюряге тебе обеспечены, а там все будут знать, за что ты мотаешь срок — можешь не сомневаться, станешь мишенью с первого же дня. Парнишку тем временем, как пить дать, закопают где-нибудь в лесочке, а все городские толкачи будут носить Рейноту бабки за его новую дурь. Посмотри фактам в лицо: есть только один человек, который может подтвердить твою историю. Этот парень — гарантия твоей свободы, и мы его отыщем.
Все игроки, которых мне доводилось встречать, из-за своего пристрастия рано или поздно оказывались на грани финансового краха. Я же теряю куда больше, нежели просто деньги. И Клемент прав насчет Камерона. Обращение в полицию сейчас поставит на карту и его жизнь, и мою собственную.
— Тогда предлагаю отправиться в Стратфорд, походить да посмотреть там, — уступаю я. — Все лучше, чем сидеть здесь и ничего не делать.
— У меня есть идея получше.
Мне приходится смиренно дожидаться, пока он не отправит последний кусок бекона в рот и не запьет его чаем. Наконец, Клемент облизывается и переходит к делу:
— Помнишь, я рассказывал тебе про одного владельца паба? Жене которого изуродовали лицо за его угрозу настучать на Фрейзера.
— Кое-что, да.
— Его пивная находилась в Ист-Энде.
— И что?
— Навряд ли совпадение, а? Стратфорд расположен в Ист-Энде, паренек в телефонном сообщении упоминал Стратфорд, и теперь нам известно, что его телефон мелькал на Декапод-стрит, тоже в Стратфорде. Может, Рейнот там и окопался.
— Вы же говорили, что он в Чизике живет.
— Так и есть, но на собственном пороге обычно-то не гадят. Вполне логично, что он обтяпывает свои махинации на другом конце города.
— Допустим.
— Но тащиться в Стратфорд и наудачу бродить по улицам бессмысленно. Потребуется целая вечность, а у нас ее нет.
— Так что вы предлагаете?
— Самому не нравится, но другого выхода не вижу.
— Говорите же.
— Нам нужно побазарить с тем, кто знает, как Фрейзер Рейнот добился своего положения. Кто в курсе, чем он занимался все эти годы и, возможно, где его логово.
— И кто же это может быть?
— Редж Сазерленд.
— Кто он?
— Да мой старый кореш. И если Редж о чем-то не слышал — значит, этого и не было. Уж он-то всегда держал ухо востро.
— Вы говорите о нем в прошедшем времени.
— Я не видел его… В общем, довольно давно.
— Что ж, будем надеяться, что ваш друг сможет нам помочь. Хотите воспользоваться моим телефоном?
— Это еще зачем?
— Позвонить ему, разумеется.
— Э нет, звонить я не буду.
— Вот как? Почему?
— Потому что он, скорее всего, присутствовал на моих похоронах.
Я устало вздыхаю.
— Непредвзятость, док, непредвзятость. Помнишь?
— Да, — хмурюсь я. — Стараюсь изо всех сил.
— Редж живет в Холлоувее, это недалеко.