Сдвиг по фазе

Программа завершается, и я отрываюсь от дивана, чтобы задернуть шторы.
— Закончила, — радостно возвещает появившаяся в комнате жена.
— О, прекрасно!
— Иди посмотри.
Она берет меня за руку и ведет на кухню.
— Как, лучше, а?
Кухней теперь и вправду можно пользоваться по прямому назначению. В углу еще громоздится несколько коробок, однако число их не идет ни в какое сравнение с прежним.
— Гораздо лучше!
Поцелуем я демонстрирую свою благодарность и затем спрашиваю:
— А что на ужин?
— Тефтели с макаронами пойдут?
— Звучит неплохо.
— Вот и замечательно. Ты садись, а я займусь готовкой. И заодно расскажешь, почему сегодня вернулся раньше.
И тут раздается звонок в дверь.
— Да, хм, объясню через минуту. А это, похоже, пришел парень за своим мобильником.
Устремляюсь к холодильнику и хватаю с него черную вещицу. И лишь ощутив телефон в руке, понимаю, что у меня проблема.
— Это же не айфон! — набрасываюсь я на жену.
Этот мобильник не только значительно меньше кэмероновского, но на нем еще и логотип «Моторолы»!
— Что?
— Это… Это же какой-то старый паршивый «Андроид»! Где айфон, что я оставил на столе?
— Ты же говорил, что потерял черный мобильник.
— Нет! Я сказал «черный айфон»! Где он?
Паника на лице Лии почти наверняка отражает мою собственную.
— Я… хм, не знаю.
Снова раздается дверной звонок.
  
13
 
В мою жену встроен эдакий предохранитель: когда напряжение достигает пика, она попросту отключается.
Спроси я ее о нахождении телефона Камерона хоть сто раз, все равно не получу никакого ответа, не говоря уж о путном.
Из прихожей доносится третий звонок, за которым следует нетерпеливый грохот в дверь.
— Черт, — ругаюсь я себе под нос.
Понятия не имею, как поступить, однако бездействие ситуацию точно не улучшит. Беру себя в руки и решаюсь на единственно возможный шаг: просто открою дверь и спокойно объясню, что мы не можем найти телефон.
— Иду! — кричу я и спешу в прихожую.
Визитер кажется мне смутно знакомым. Ростом за метр восемьдесят, стриженный наголо, а физиономия из той категории, что только родная мать и способна любить. По-видимому, это один из тех двух типов, что преследовали Камерона в «Герцоге».
— Дэвид Нанн? — сухо осведомляется громила.
— Да.
— Шеф предупреждал тебя о моем приходе. Насколько я понимаю, у тебя кое-какая его штукенция.
— Ах да. Только вот возникла небольшая проблема.
— Вещь у тебя? Да или нет?
— Э-э, да, вроде того.
— Ну так неси!
— Эта вещь… Понимаете, она временно потерялась. Если вы заглянете через день или два, мы как раз ее отыщем.
— Потерялась, говоришь?
— Примите мои извинения.
— Да не переживай, братан, — улыбается вдруг здоровяк. — Запиши мой телефон и позвони, когда найдется.
— О, прекрасно, — облегченно вздыхаю я. — Подождите, только возьму блокнот.
Едва лишь я успеваю развернуться, как тип внезапно переступает через порог и с силой меня толкает. Застигнутый врасплох, я неловко спотыкаюсь о собственную ногу и лечу вперед. А в следующее мгновение опытным путем выясняю, что ковер у нас в прихожей отнюдь не мягкий.
Верзила нависает надо мной. Судя по его перекошенной роже, изначально продемонстрированное им великодушие было, увы, притворным.
— Где гребаный телефон? — рычит он.
— Я же вам сказал… Потерялся!
— У тебя тридцать секунд, чтобы найти его.
— Но ведь я не знаю, где он!
Громила делает еще один шаг вперед и невозмутимо ставит правую ногу на растопыренные пальцы моей руки, которой я опираюсь о пол.
— Господи! — корчусь я, в то время как он надавливает все сильнее. — Мне же больно!
— Да я даже не начинал. Так собираешься искать мобилу?
Похоже, теперь головорез переносит на правую ногу вес всей своей туши. Я закусываю губу, чтобы не закричать. Меньше всего мне хочется, чтобы в прихожую прибежала Лия и этот подонок заполучил новую жертву.
— Пожалуйста! — умоляю я. — Мне нужно всего несколько часов, чтобы отыскать его.
Я поднимаю взгляд вверх, надеясь прочитать на его лице хоть какую-то уступку. Ничего подобного, только перекошенный оскал.
 
— Даю тебя пять минут, — ухмыляется тип. — А потом я…
Вдруг, словно ниоткуда, в поле моего зрения возникает рука и словно огромный черный питон обвивается вокруг шеи приспешника Кингсленда. Тот машинально переступает, чтобы сохранить равновесие, и моя кисть освобождается из-под его ботинка. Пока мой мучитель пытается освободиться, я быстро встаю на ноги и только тогда вижу лицо своего избавителя.
— Привет, док!
— Вы?
— Ага, я.
Теперь в моей прихожей целых два склонных к насилию типа, и один из них вот-вот насмерть задушит другого. Впрочем, через пару секунд громила, в прошлый раз чуть не убивший у меня на глазах торговца наркотиками, тащит своего противника к двери. Оказавшись за порогом, он убирает руку с шеи своей жертвы. Бритоголовый, который теперь кажется не таким уж и здоровяком, жадно хватает воздух, однако навряд ли даже успевает наполнить легкие, поскольку получает сокрушительный удар в грудь. Мне кажется, что я слышу хруст сломанных ребер.
Мой обидчик валится с ног, а его обидчик рявкает:
— Добавить?
Бритоголовый, задыхаясь, поспешно отползает, и из прихожей мне его уже не видно. Добавки, видимо, он не хочет.
Громила разворачивается ко мне:
— Нам нужно поговорить, док.
— Я…
Он бесцеремонно заходит обратно в квартиру и закрывает за собой дверь. Похоже, я избавился от одного незваного гостя только для того, чтобы мне угрожал другой.
— Пожалуйста, я не хочу неприятностей.
— От меня у тебя их не прибудет. Уж поверь мне на слово.
— Чего же вы тогда хотите?
— Я же сказал — поговорить.
Мы встречаемся во второй раз, и в обоих случаях он едва не убил человека. Определенно, не тот тип, которого хочется пригласить в дом — но и раздражать такого тоже не тянет.
— Может, скажете хотя бы, как вас зовут?
Он протягивает лапищу, которой можно рыть котлованы.
— Клемент.
С некоторой опаской пожимаю руку. Рукопожатие крепкое, но без агрессии.
— О чем вы хотите поговорить, Клемент?
— Так и будем стоять в прихожей?
— Э-э, простите.
Я распахиваю дверь в гостиную и жестом приглашаю великана в комнату.
Клемент проходит пригнувшись, чтобы не снести головой косяк. Я следую за ним, однако на всякий случай держусь поближе к выходу.
— Только въехал, что ли? — указывает он на груду коробок Лии в углу.
— Нет, это товар моей жены.
— Ничего, если я сяду?
— Да, конечно.
Он плюхается в кресло, совершенно не рассчитанное на его габариты.
— О, здравствуйте.
Оборачиваюсь и вижу в дверях Лию. Только этого мне и не хватало.
— Простите меня, пожалуйста, — говорит она Клементу. — Дэвид не виноват.
Судя по всему, жена решила, будто он явился за пропавшим айфоном.
— Хм, на этот счет не переживай, дорогая. Мы сейчас быстро переговорим с Клементом, а потом поужинаем.
— Тогда я накрою на троих, — отзывается Лия.
Опять не поняла. Я раскрываю рот, чтобы поправить ее, но тут вмешивается наш гость:
— Очень мило с твоей стороны, пупсик. А что на ужин?
— Тефтели с макаронами.
— Класс. А чайком у вас нельзя разжиться?
— Конечно-конечно. Сейчас поставлю чайник.
— Вот спасибо.
Клемент подмигивает Лие, а она улыбается в ответ и убегает на кухню. Поверить не могу, что стоял да хлопал глазами, пока дело не свелось к семейному ужину с предположительным психопатом.
— Твоя благоверная? — осведомляется упомянутый предположительный психопат.
— Да.
— Повезло тебе, док.
— Спасибо… Только не называйте меня доком. Я не доктор.
— Ну, ты самое близкое к доктору, что мне встречалось за последнее время.