Жемчуг в золоте (СИ)
— Меня зовут Йори, госпожа, — с улыбкой представились мне. — Вы уже знаете, какое платье хотите?
— Да, знаю.
И описала то, что ранее вспомнила и нафантазировала. Только Йори понемногу менялась в лице, и я поняла — что-то не так.
— Госпожа, — не переставая улыбаться, сказала она, — такой фасон вышел из моды семь лет назад. Открытые плечи сейчас не встретишь даже на балах.
Отец и Мать!
— О. М-м… я не следила за модой в последнее время. Тогда, выходит, я не знаю, чего хочу.
— Белый шёлк и золотые детали — это очень удачная идея! А фасон всегда можно подобрать. Есть те, что никогда не выходят из моды. Хотите взглянуть на шёлк, который у нас есть? Здесь несколько особенно удачных образцов…
Ну хоть в ткани я не промахнулась.
Она дала мне в руки тяжеленную кожаную папку с огромной коллекцией образцов тканей и со словами: «Шёлк здесь!» — открыла её на нужной странице.
Глаза у меня разбежались сразу же, и я, чтобы не тянуть время, принялась энергично листать образцы. Каких шелков тут только не было!.. Но мне нужен белый. Дошла до него. Я и не думала, что может быть столько вариантов! С узорами, с набивками, с объёмным шитьём… Но это всё не то. Я хотела просто белый шёлк, тонкий и нежный, чтобы на ощупь казался мокрым.
Его я и показала Йори. Та одобрительно кивнула.
— Что, если мы с вами сделаем так?..
Она быстро и схематично изобразила карандашом на бумаге эскиз. Она оставила прозрачные рукава с вышивкой, сделала пояс широким, а лиф — закрытым.
— Пожалуйста, встаньте перед зеркалом. Я покажу, как это будет выглядеть на вас.
Я сделала, как меня попросили, и почувствовала, как Йори ловко плетёт на мне иллюзию.
У меня перехватило дыхание.
— Вам нравится? — участливо спросила швея.
— Не то слово.
Моё свадебное платье — просто груда тряпья в сравнении с этой красотой. Широкие прозрачные рукава были покрыты тонкой золотой вышивкой. Такая же вышивка шла по лифу и украшала пояс. Больше никаких украшений не было. Жемчужно-белый шёлк, о котором я и мечтала, словно источал мягкий свет.
Я и не думала, что простота может выглядеть так роскошно. Ни пены кружев, ни пышного драгоценного шитья, ни тяжёлых тканей — а я уже чувствую себя так, словно выиграла отбор и стала принцессой, и мой наряд тому подтверждение.
— Я рада, — кинула Йори. — Завтра утром первая примерка. Если за это время придумаете что-то другое — дайте знать.
— Хорошо. Но как вы успеете?.. — задумчиво пробормотала я.
— Не волнуйтесь. Мы всё успеем. Это не так сложно, — улыбнулась Йори.
Что ж, доверюсь швеям. Не знаю, какие силы им помогут, но буду ждать примерки.
После меня к зеркалу встала Лалли. Как ни странно, она не капризничала и не задирала нос. Она выглядела счастливой и широко улыбалась. Интересно, что она придумала? Иллюзия в зеркале была видна только той, что в зеркале отражалась.
А вот Эби-Ши так и не встала перед зеркалом. Они со швеёй долго обсуждали что-то, и шидро всё качала головой, и вообще казалась озабоченной. Она так и не определилась с платьем? Да, сложно что-то придумать, когда маска у тебя серая и с едким прищуром.
Да что маска? Её волосы сразу выдадут, кто она, и маска не поможет. Хотя на маскараде сизая грива может оказаться париком, иллюзией или вовсе краской. Кто станет проверять? Эби-Ши разговаривает чисто и грамотно, без щёлкающего акцента шидро и их местечковых словечек. Видимо, она очень долго работала, чтобы избавиться от этого. Если бы я не знала, кто она, и слышала бы лишь её голос, не видя облика, я бы ни за что не подумала, что она шидро.
Возможно, она как раз и переживает, что этот праздник не для неё, ныряльщицы с Отцом и Матерью забытого острова. Но я бы на её месте не волновалась и использовала бы своё происхождение себе на руку. Это же маскарад!
На следующее утро швеи пришли с наполовину готовыми нарядами. В швах моего платья чувствовалась магия — наверное, для того, чтобы быстро исправить что-то.
— Всё так, как вы хотели? — участливо спросила Йори, посматривая в зеркало из-за моего плеча.
В этот раз все разошлись по комнатам, чтобы не занимать очередь перед единственным зеркалом и не тянуть время. Платье ещё было не тронуто вышивкой, и я подумывала оставить его в таком виде, но Йори покачала головой.
— Нельзя! — с осуждением сказала она. — Бальные платья должны быть подобающе украшены. В таком простом наряде, какой он сейчас, являться неприлично.
Я спорить не стала. Неприлично так неприлично. Значит, дождусь вечера. Тогда мне покажут вышивку. Как они собираются успеть её доделать, мне неведомо. Впрочем, успели же как-то, считай, полностью его сшить за ночь?
— Я ещё добавлю несколько чарующих заклинаний в швы и плетение ткани, — проговорила Йори. — Это ничуть вам не повредит. На балах никто не скромничает с магическим очарованием.
О, я догадываюсь. Возражать против заклинаний не стала.
— Не понимаю, как можно кого-то не узнать в маске! — воскликнула Аяри, когда швеи ушли. — Мне кажется, если ты кого-то хорошо знаешь в жизни, то поймёшь, что это именно этот человек, даже если он будет в маске и в костюме.
Эби-Ши невесело усмехнулась.
— Вот и проверишь на балу, можно ли узнать принца и принцессу в масках. Уж они нас узнают точно — других масок у нас нет.
А вот это хороший вопрос.
Выходит, что любой, кто пригласит нас на танец, может оказаться кем-то из принцев, кем-то из министров, кем-то ещё положения настолько высокого, что ранее нам и не снилось. А может, нас пригласит сам король!
Интересно, почему наследник на свой день рождения решил устроить именно маскарад? Ведь он не узнает никого из гостей, и никто не узнает его. Возможно, он просто хочет расслабиться? Ведь если он останется неузнанным, то никакой регламент не будет над ним властвовать.
Говорят, место наследника держится за принцем Майнаром лишь за счёт права первенца. Говорят ещё, что он тяготится своим положением и вовсе не обладает качествами, которые нужны будущему королю. Король молчит, но все, затаив дыхание, ждут его решения. Созовёт ли совет? Чьё имя назовёт? Кого захочет видеть на троне после себя?
Неудивительно, что такое напряжение между братьями. Если старший брат действительно хочет освободиться от бремени титула, то королю нужно выбрать между средним и младшим, а у младшего есть такое преимущество!..
Почему я думаю об этом перед самым балом?!
И Эби-Ши всё ещё ходит смурее тучи.
Не могу пошевелиться.
Я вся обвита щупальцами. Кажется, их стало больше, они стали толще и длиннее. Они сковали всё мое тело: руки, ноги, шею.
— Очень скоро мы снова будем вместе. Всё не дождусь этого момента. — Длинный холодный язык жадно скользнул по моей щеке.
Хочется плакать от бессилия, но слёзы не идут. Так бы и прокляла, да он уже проклят.
— Я умирать не собираюсь, — прошептала я. — Возвращайся в свой Коралловый Чертог, проклятый кальмар.
— Я вернусь, — прошептал он. — Вернусь. Обязательно. Вместе с тобой. Там так холодно и одиноко… Я так хочу согреться…
Смех. Тихий, безумный смех прямо мне в ухо.
А плакать, наверное, не удаётся, потому что вокруг вода, и слёзы тут же становятся ею…
5
Теперь я знаю точно — его смерть не изменила ничего.
Во мне ничего не изменилось. Мне по-прежнему больно и страшно. Какой был в этом смысл, если от себя никуда никогда не деться?
Почему он снова появился именно сейчас? Почему?!
…С самого утра перед балом нам и мгновения не дали, чтобы спокойно вздохнуть. Помимо швей, нами занимались мастера причёсок. Им перечить было страшно — они так сосредоточенно работали, что за малейшее лишнее движение нас могла постичь кара. Причёски делались долго и утомительно. Мои волосы расчесали так, что они начали потрескивать при касании, потом нанесли какое-то средство, отчего они поддавались любой задумке, любому движению. А ещё оно приятно пахло.